NOVEMLYRICI.NET • ДЕВЯТЬ ЛИРИКОВ • ЖИЗНЬ И ПОЭЗИЯ

АЛКМАН • СТЕСИХОР • АЛКЕЙ • САПФО • ИВИК • АНАКРЕОНТ • СИМОНИД • ПИНДАР • ВАКХИЛИД

Переводчики: Гаспаров М. [254]


[1-Й ПАРФЕНИЙ]

...
Не хватит нам пурпура
Состязаться с соперницами;
Нет у нас змеек,
5Чеканенных из золота;
Нет лидийских повязок
Для девушек с томными очами;
Нет таких кос, как есть у Нанно,
Нет Ареты, которая — как богиня,
10Нет Силакиды, нет Клеэсисеры;
Не пойти нам к Энесимброте, не сказать ей:
«Дай нам Астафиду,
Дай нам приглянуться
Филилле, Дамарете, милой Янфемиде!»
15А нам и не надо —
Ведь у нас зато есть Агесихора!
Вот она с нами —
Прекрасная в лодыжках;
Стоя рядом с Агидо,
20Славит она праздник наш;
Боги, боги,
Слушайте молитвы их!..

[Алкман]


* * *

Ты на Кипре ль, в Пафосе иль в Панорме...

Перечисляются места культа Афродиты: Пафос на о-ве Кипр, Панорм (совр. Палермо) — в Сицилии.

[Сапфо]


* * *

Погрузясь в сон, речь я вела с Кипридой...

[Сапфо]


* * *

Зачем, Сапфо, благодатную Киприду...

[Сапфо]


* * *

Бедный Адонис!

[Сапфо]


* * *

Кто с небес снизошел, в пламенный плащ стан свой окутавши...

Речь идет об Эроте.

[Сапфо]


* * *

Ты и слуга мой Эрот...

[Сапфо]


* * *

Золотоблещущей спутнице Афродиты.

[Сапфо]


* * *

[Музы] мне в почет принесли даренья
От своих трудов...

[Сапфо]


* * *

И ты, Каллиопа, и ты...

Каллиопа — муза эпической поэзии.

[Сапфо]


* * *

Вот встала Луна огромным кругом,
Вот вкруг алтаря обстали [жрицы]...

[Сапфо]


* * *

Белую козу для тебя [я в жертву]...

[Сапфо]


* * *

В былые года музыке в лад критянки
Вокруг алтаря в нежной кружились пляске,
...по мягкой траве мягкой ногой ступая...

[Сапфо]


* * *

...А мои о вас, моих милых, думы
Ввек неизменны.

[Сапфо]


* * *

И сладкозвучнее лир, и золотее золота...

[Сапфо]


* * *

...ты припомнишь,
Как, бывало, мы в молодые годы
Делали то же.

Много было милого в Митилене,
5Городе...
Горькой нас...

[Сапфо]


* * *

А в ту пору девочкою была ты.
Заведем же песню теперь, подруги,
Обще чередой, чтобы в ней звучали
Радость и милость.

5Путь наш — в брачный дом: не тебе ли ведать
Это лучше всех? Отпусти, простившись,
Девушек-подруг, и да будут боги
К нам благоскллонны.

Ибо нет путей к олимпийским высям
10Для земных людей...

[Сапфо]


* * *

Ты была мне когда-то, Аттида, любимицей...
Ты казалось неловкою маленькой девочкой...

Два стиха объединил римский грамматик Теренциан Мавр.

[Сапфо]


* * *

...обо мне забыла
Или полюбила кого на свете
Больше, чем меня...

[Сапфо]


* * *

Гиринны моей краше моя нежная Мнасидика...

[Сапфо]


* * *

Добрый день, славная дочь Полианакта!

[Сапфо]


* * *

Сладкоголосую деву...

[Сапфо]


* * *

Ты, моя забота...

[Сапфо]


* * *

Засыпать на груди нежной любимицы...

[Сапфо]


* * *

...а ногу
Пестрый сапожок обувал, лидийской
Тонкой работы.

[Сапфо]


* * *

...заплетала цветы в венки...

[Сапфо]


* * *

Достойный дар Андромеде был наградой...

[Сапфо]


* * *

От Горго́ мы пресытились...

Горго — соперница Сапфо.

[Сапфо]


* * *

...выступи, если любишь:
Пусть из очей ясное вспыхнет чувство...

[Сапфо]


* * *

И по капле боль...

[Сапфо]


* * *

Обжигаешь наш несносным жаром...

[Сапфо]


* * *

Не достать до небес, хоть и вскинув ладонями...

[Сапфо]


* * *

Пусть даже гнев в груди бушует —
Праздный язык удержи от брани.

[Сапфо]


* * *

Я промолвила: «Господи,
Будь, Киприда, свидетелем:
Нет на свете мне истинной радости —
Лишь тоска и желание
5Пасть к росистому берегу
Ахеронта, поросшему лотосом...»

[Сапфо]


* * *

...что нежная девушка
Цветы собирала...

[Сапфо]


* * *

На ее берегах золотые цветут эревинфы...

Эревинфы — растение типа вьющегося горошка.

[Сапфо]


* * *

Соловей сладкогласый, вешний вестник...

[Сапфо]


* * *

В нежные сердца проникает холод,
Поникают крылья...

[Сапфо]


* * *

...властная Эос.

[Сапфо]


* * *

«Отдадим», — говорит отец...

[Сапфо]


* * *

Слава деве, слава, и зятю слава...

[Сапфо]


* * *

Девушки всю ночь бы тебе во славу
И темнокудрявой твоей невесте
Пели бы песни.

Встань, жених, не медли, ступай и скликни
5Молодых ровесников, и до света,
Словно соловьям, не смежит нам очи
Сон мимолетный.

[Сапфо]


* * *

Белой белей скорлупы...

[Сапфо]


* * *

...я раскинусь на мягких подушках...

[Сапфо]


* * *

...не толкни малого камешка...

[Сапфо]


* * *

Ни медуницы, ни меда мне...

[Сапфо]


* * *

...очи их ночь напролет смежены...

[Сапфо]


* * *

Черный сон ночной на глаза...

[Сапфо]


* * *

...пестрые краски смешались воедино...

[Сапфо]


* * *

Кличет сына она...

[Сапфо]


* * *

Голос, как мед...

[Сапфо]


* * *

Сказки сплетать...

[Сапфо]


* * *

Золотом вздутый кубок.

[Сапфо]


* * *

Пряла Малида ниточки тонкие, льняные...

Малида — по античным источникам, прозвище Афины.

[Сапфо]


* * *

Таков-то в Фивы юноша въехал в колеснице...

[Сапфо]


* * *

А Елене в грудь заронила жажду,
Чтоб она, аргивянка, в исступленье
С вероломным вместе пустилась гостем
В дальнее море,

5Оставляя дома и дочь родную,
И супругам выстеленное ложе:
Так гнала Киприда любовью чадо
Зевса и Леды.

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
10. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Черная земля поглотила много
Братьев, павших в прах на равнине Трои
Ради Елены.

На Лесбосе представители некоторых знатных родов возводили свое происхождение к ахейским героям, сражавшимся под Троей. Отсюда враждебное отношение Алкея к Елене.

[Алкей]


* * *

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
На них, творящих срам и нечестие,
Обрушилась Неотвратимость,
[Крепкой петлей] захлестнувши выи.

5Стократ бы лучше мужи ахеяне
. . . . . . . . . . . . . . предали гибели:
Суда их, миновавши Эги,
Верно бы, в мирное вплыли море,—

Но как во храме дочерь Приамова
10Кумир Афины многодобычливой
Обвив руками за колена,
Лютое городу...

. . . . . . . . . . . . . . пал Деифоб за ним,
И над стенами к небу дарданскими
15Взметнулся плач детей и женщин,
Всю оглашая равнину Трои.

Эант объятый гибельным бешенством,
Ворвался в сеь Паллады священную,
Страшнее всех богов блаженных
20Казнь назначающей святотатцам;

Двумя руками деву молящую
Прочь от кумира Зевсовой дочери
Локриец оторвал, без страха
Перед воительницей-богиней.

25Но, исподбровья черные ужасы
Метнув, богиня к морю низринулась
И в темной, как вино, пучине
Взбила мгновенную непогоду...

Имеются в виду события, происшедшие в ночь взятия Трои.

 

Эга — населенный пункт на Евбее, у которой потерпел кораблекрушение Эант локрийский.

Дочерь Приамова — Кассандра.

[Алкей]


* * *

Не плыть ковшу в кувшине с густым вином.
К чему стараться? Знаем и ты и я,
Что от рассвета до заката
Нам не дано распевать за чашей.

5Так что ж мы медлим в море отважиться,
Как будто зимней скованы спячкою?
Скорее встанем, весла в руки,
Крепким напором на шест наляжем

И оттолкнемся, в море открытое
10Направив парус, реей расправленный,—
И веселее станет сердцу:
Вместо попоек рука при деле...

[Алкей]


* * *

Тысячу и две, чтобы мы вступили
В город священный,

И не ждали впредь никакой услуги;
Но как хитрый лис, от беды надеясь
5С легкостью скрыться...

Цари Лидии проявляли постоянный интерес к островам, расположенным \ побережья М. Азии. Возможно, субсидируя Алкея и его сторонников, они рассчитывали укрепить свои позиции на Лесбосе.

 

Город священный — вероятно, Митилена. Кого Алкей называет хитрым лисом, неясно.

[Алкей]


* * *

А он, гордясь свойство́м с родом Атреевым,
Пусть грызет горожан так, как Мирсил их грыз,
Покуда нас Арес не призовет к мечам,—
И не раньше тогда гнев наш уляжется,
5Чем кончится раздор братоубийственный,
Нам терзавший сердца с той приснопамятной
Поры, как некий бог вверг наш народ в беду,
А Питтаку принес славу желанную...

Стихи направлены против Питтака.

[Алкей]


* * *

Худородный Питтак общей хвалой ставлен тиранствовать
Нал усталым от мук злобной судьбы бедственным городом...

Стихи направлены против Питтака.

[Алкей]


* * *

Твоя пора урочная минула,
И что созрело, то и сбирается;
Еще, быть может, добрый отпрыск
Новые тяжкие свесит гроздья,

5Но слишком поздно: здесь, в винограднике,
И я боюсь, что их ощиплют
Раньше, чем кислое станет спелым,
Затем, что те былые садовники

[Ушли в изгнанье]...

Стихи направлены против Питтака.

[Алкей]


* * *

Здесь, в священной земле, Агесилаев сын,
Мне приходится жить, как мужики живут,
И завидовать тем, кто слышит,
Как вестник зовет люд на собрание

5И совет, Этот крик знали отец и дед
С молодых своих дней и до седых волос
Меж взаимной вражды сограждан.
А мне суждено вдалеке от них,

На чужой стороне скрывшись, как беженцу
10Точно как Ономакл...
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Так по черной земле тропы измеривши,
Я пришел, наконец, в божье святилище,
15Где с пути не сбивает злоба
И радуют взгляд людные празднества:

Собираются здесь жены лесбийские
Состязаться в том, кто всех красивее.
А вокруг ежегодным хором
20Взлетают к богам звонкие выклики...

[Алкей]


* * *

Две сестры несносимые, Бедность и Бедствие,
Вы немалый народ под ярмо повергаете...

[Алкей]


* * *

Не поддавайся духом в несчастиях!
Какая прибыль нам от душевных мук?
Нет, Бикхид: лучшее лекарство —
Кликнуть вина и напиться пьяным.

[Алкей]


* * *

[В эту пору], когда наступает весна, расцветая,
Растворите мне в чаше медвяную винную влагу
Поскорей...

[Алкей]


* * *

В этот город летят из-за озер птицы...
[С тех далеких] вершин, где аромат...
[Где над] синей водой, свежей водой лозы...

[Алкей]


* * *

Не изжить зол, не избыть бед, вековать мне в горькой доле...
. . . . . . . . . . . . . . подошла хворь, ей конца нет...

Начало стихотворения, содержавшего жалобу девушки. Дальнейший контекст неизвестен.

[Алкей]


* * *

Взяли для Крона тебя на грудь Хариты...

[Алкей]


* * *

Ибо Зевс Кронион блюдет исход
Каждого дела.

[Алкей]


* * *

Твоя нам дочь да будет водителем.

Твоя... дочь... — вероятно, Афина.

[Алкей]


* * *

Нимфы! Молвит молва: Зевс — вам отец, грозный эгидою.

[Алкей]


* * *

Как от отцов к нам дошло преданье...

[Алкей]


* * *

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Она сплотила силы развеянных
Мужей, вдохнувши в них порядок.
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Она сплотила — вероятно, имеется в виду Афина.

[Алкей]


* * *

...Ахилл, царящий над скифами...

По одной из версий мифа, Ахилл вскоре после смерти был перенесен на о-в Левку в устье Дуная; отсюда его связь со скифами.

[Алкей]


* * *

Зевса Крониона поросль, Аякс — после Ахилла лучший.

[Алкей]


* * *

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
И Посейдон еще не вздыбил
Острым трезубцем седое море.

О начальном этапе отплытия ахейцев из-под Трои (?).

[Алкей]


* * *

Ты был мне другом: вместе, как водится,
Мы хлеб и соль водили за трапезой...

[Алкей]


* * *

Меланхр, меж граждан достопочтеннейший...

[Алкей]


* * *

И того-то отца побить камнями
Впору, а его уж отца — подавно:
Нет на нем стыда...
Всем ненавистный.

Против Питтака.

[Алкей]


* * *

. . . . . . . . . . . . . . и надменным духом
Ввысь возлетает.

Против Питтака.

[Алкей]


* * *

Не во всем...
Не лишенный ума...
Аполлонов алтарь был нам оградою,
Чтоб не встал на виду
5Отпрыск худых отцов.

Против Питтака.

[Алкей]


* * *

Наш удел — на весу: все вверх дном опрокинется,
Если в городе власть заберет он, рехнувшийся...

[Алкей]


* * *

...Между землею и снежным небом...

[Алкей]


* * *

...Ежели Зевс нам поможет в деле...

[Алкей]


* * *

Кто знает дело, кто многоопытен,
Тот путь морской наметит от пристани;
Когда же ты в открытом море,
То повинуйся волне и ветру...

[Алкей]


* * *

Для нас победу боги бессмертные...

[Алкей]


* * *

...Вино — окошко в человеке...

[Алкей]


* * *

Будем пить! В небесах катится Сириус...

[Алкей]


* * *

...это, милый, вино и правда...

[Алкей]


* * *

То мне вино усладительней меда,
То возбудительней острого терна...

[Алкей]


* * *

Иду на пир — дорогу мне! Прошу тебя, впусти меня.

[Алкей]


* * *

Льется вина плеск из теосских чаш...

Теос — город на малоазийском побережье, родина Анакреонта.

[Алкей]


* * *

Ты ль, подсев к Диномену,
Цедишь вино из кубка...

[Алкей]


* * *

В дальних краях обитая...

[Алкей]


* * *

И, вскинув шлем, усеянный золотом...

[Алкей]


* * *

...В Аресовой смешались брани...

[Алкей]


* * *

Между вами и нами
Благородством отменные...

[Алкей]


* * *

Не прикрывая умысла обиняками...

[Алкей]


* * *

Красна погибель в брани Аресовой...

[Алкей]


* * *

...не повредить нашему ближнему...

[Алкей]


* * *

Если будешь болтать все, чего хочется,
Будь готов услыхать, что и не хочется...

[Алкей]


* * *

Никак не сажай в землю древес до виноградных лоз...

[Алкей]


* * *

Осторожнее, друг, ты шевели зыбкие камешки:
Тронешь круто — и вмиг грянет обвал прямо на голову.

[Алкей]


* * *

Безбурные вздохи легких ветров...

[Алкей]


* * *

. . . . . . . . . . . . . . щедро дарившие.
Вот урок мой для всех бывших и будущих:
Кто блуднице дает — тот одинаково
Мог бы бросить свой дар в море соленое.
5Если скажешь ты «нет» — вот доказательство:
Так бывало с любым, кто ни повадится
К блудным девкам: едва дело доделано,
Как навалится срам гиблого нищенства...

[Алкей]


* * *

...Кружусь я в вихре, обезумев...

[Алкей]


* * *

Первый — Антандр, лелегийский город...

Антандр — город в Троаде.

Лелеги — догреческое население ряда областей Эгейского бассейна.

[Алкей]


* * *

Если ты пришельцу сможешь сказать: «Сам я оттуда же»...

[Алкей]


* * *

Тяжкий камень навис над его головою, друг мой...

Тяжкий камень — возможно, говорится о Сисифе.

[Алкей]


* * *

...И над большим народом правил...

[Алкей]


* * *

Чадо скалы и седого моря...
Ты развлекаешь детей, морская черепаха...

[Алкей]


* * *

...И выступает, обут по-скифски...

[Алкей]


* * *

Твое жилье, твое злополучие...

[Алкей]


* * *

...когда спасаешь их, гибнущих...

[Алкей]


[13 a + 13 b]

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
[Эрос,] грознейший между бессмертными,
От златокудрого Зефира
Пышнообутой рожден Иридой...

Зефир — западный ветер.

Ирида — радуга.

[Алкей]


[18 + 19] (БУРЯ
КОРАБЛЬ)

Мы потерялись в сшибке морских валов!
То справа грянет в борт перекатный вал,
То слева, а меж тем и этим
Мечется черное наше судно—

5И мы без сил страдаем под бурею:
Вода под самой плещется мачтою,
Разорван парус, и лохмотья
Крупными клочьями свисли с

Трещат канаты...

102.

Волна под вихрем опережающим
Встает, и нам без счету вычерпывать
Захлестывающую воду...
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

15. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Огородиться бы скорее
И безопасной достичь лагуны!

Не поддавайтесь оцепенению!
20Когда невзгода встала насущная
Перед глазами, — всякий помни
Быть пред бедой настоящим мужем.

Не посрамим своим малодушием
Достойных предков, в мире почиющих...
25. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Нам ненавистно самовластье,
30Мы не хотим над собой тирана.

3.

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
...И кораблю не до поклажи:
35Лишь самому бы остаться целым.

Ревущим валом тяжко исхлестанный,
Устав бороться с бешеной бурею
И ливнем; чает он, что скоро
Треснет над треньем незримой мели.

40Но пусть он праздно бьется и мечется —
О нем хочу забыть я, товарищ мой,
И вместе с Бикхидом и с вами
Душу отрадным предать утехам,

Чтоб вновь и вновь...
45Мешать вино...

[Алкей]


[20]

Приспело время: пей, через силу пей!
Пусть пьян напьется каждый: погиб Мирсил!

[Алкей]


[33] ΠΡΟΣ ΑΝΤΙΜΕΝΙΔΑΝ (АНТИМЕНИДУ)

Ты с чужбины принес меч с рукояткою
Из слоновой кости, вкованной в золото:
Ты его заслужил при вавилонянах,
Их народ из беды вызволив подвигом —
5Ты такого убил рослого витязя,
Что пяти был локтей без четырех перстов...

Брат Алкея служил в конце VII — нач. VI вв. в войске вавилонского царя Навуходоносора.

[Алкей]


[34 + 35]

Льет ливнем Зевс, ненастье великое
Напало с неба, смерзлась вода в ручьях
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

5Долой ненастье! Жарче огонь раскинь,
Вино разбавь нескупо медвяное
И запрокинься головою
Между подушек из мягкой шерсти...

[Алкей]


[36]

Пусть сплетут венки из цветов пахучих,
Пусть наденут нам на крутые шеи,
Пусть плеснут на грудь, умащая тело,
Сладкую мирру...

[Алкей]


[39] (ЛЕТО)

Влей в иссохшую грудь каплю вина! Встала звезда в выси —
Нынче тяжкие дай: все от жары мучится жаждою.
Лишь цикада в листве, сладко звуча, льет из-под крылышек
Звонкой песни поток—а между тем...
5Над широкой землей жар распростерт всеиссушающий.
Колкий сколим зацвел. Жены теперь мерзки от похоти,
А мужчины — без сил: мышцу и мозг высушил Сириус...

Сколии — род колючего кустарника.

Сириус находится в зените с 22 июля по 23 августа.

[Алкей]


[41]

Выпьем! Надо ли нам ждать темноты? С палец осталось дня!
Принеси нам больших чаш расписных, мальчик, любимый мой!
Для забвенья забот бог, что рожден Зевсом с Семелою,
Нам вино даровал. Лей до краев! Два к одному смешай
5Воду с чистым вином: пусть поспешат чаша за чашею
Друг за другом вдогон...

[Алкей]


[42]

Лей душистый елей мне на чело многострадальное
И на грудь в седине! С теми, кто пьет, [буду я пьянствовать].
Много мне и другим вынести бед боги назначили...

[Алкей]


[46]

Позовите ко мне, о друзья, дорогого Менона!
Коли он поспешит, веселее мне станет веселье!..

[Алкей]


[49]

Так молвил Аристодам
Разумное в Спарте слово:
«В богатстве — весь человек;
Кто добр, но убог, — ничтожен».

Аристодам — полулегендарный спартанский мудрец (вероятно, VII в.).

[Алкей]


[5] ΕΙΣ ΕΡΜΗΝ (К ГЕРМЕСУ)

Радуйся, державец горы Килленской!
О тебе пою, на святых вершинах
Майею рожденный владыке Зевсу,
Кронову сыну.

Гора Килленская в Аркадии.

[Алкей]


[84]

Что за птицы летят из-за морей с дальних краев земли?
Стаи уток в выси, с шеей рябой, крылья раскинувши...

[Алкей]


[9] ΕΙΣ ΑΘΗΝΑΝ (К АФИНАМ)

Афина Дева, в битвы ведущая,
Над Коронеей мудро царящая
У Коралийского потока
Где возвышается храм прибрежный.

Коронея — город в Беотии с храмом Афины, воздвигнутым над Коралийским потоком.

[Алкей]


АПОЛЛОНУ

Владыка Феб, сын Зевса всевышнего...

[Алкей]


АЛКЕЙ В СВЯТИЛИЩЕ ГЕРЫ

1.

В былые годы мужи лесбийские
На видном месте это святилище
Богам блаженным посвятили
5И алтари возвели в ограде.

Здесь славят Зевса именем Встречника,
Здесь нареклась богиня Эолии
Вселенской Матерью, а третьим
Здесь Дионис-Сыроядец чтится

10С челом безрогим. Ныне, могучие,
Явите милость к нашим молениям
И вызволите нас из бедствий
Доли изгнаннической убогой.

А сыну Гирра, клятвопреступнику,
15Да будет казнь от мстящей Эринии —
Не вместе ль дали мы обеты,
Что не отступит никто из наших,

Но или в землю ляжем, приняв судьбу
От тех, кто были сильными в городе,
20Или, повергнув их мечами,
Вызволим граждан из горькой муки?

А он, толстяк, не в сердце давал обет —
И, выждав время, нынче на горе нам,
Поправ свою ногами клятву,
25Он пожирает несчастный город...

2.

Здесь, в священной земле, Агесилаев сын,
Мне приходится жить, как мужики живут,
И завидовать тем, кто слышит,
30Как вестник зовет люд на собрание

И совет, Этот крик знали отец и дед
С молодых своих дней и до седых волос
Меж взаимной вражды сограждан.
А мне суждено вдалеке от них,

35На чужой стороне скрывшись, как беженцу
Точно как Ономакл...
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Так по черной земле тропы измеривши,
40Я пришел, наконец, в божье святилище,
Где с пути не сбивает злоба
И радуют взгляд людные празднества:

Собираются здесь жены лесбийские
Состязаться в том, кто всех красивее.
45А вокруг ежегодным хором
Взлетают к богам звонкие выклики...

Алкей описывает свое изгнание в отдаленном конце Лесбоса близ святилища, посвященного Зевсу, Гере (богиня Эолии) и Дионису. В культ Диониса входили экстатические оргии, сопровождаемые поеданием сырого мяса (19, ст. 8).

 

1. Сын Гирра — Питтак. Эриния — божество родовой мести, преследующее за пролитие родственной крови, клятвопреступление и т. п.

2. Агесилаев сын — глашатай в Митилене. Собираются здесь жены... — Речь идет о ритуальных состязаниях в красоте, происходивших в рамках культа Геры.

[Алкей]


ГЕФЕСТУ

И никто из богов не был силен освободить ее...
Погрозился Арес: будет Гефест пригнан насилием...
. . . . . . . . . . . . . . стать меж двенадцатью...
. . . . . . . . . . . . . . смехом гремят боги бессмертные...

Речь идет о том, как Гефест, изгнанный Герой за его хромоту с Олимпа, послал ей трон с невидимыми золотыми нитями, которые опутали ее так крепко, что никто из богов не смог ее освободить. Удалось это только Дионису, который напоил Гефеста допьяна и в таком виде доставил на Олимп.

 

...стать меж двенадцатью... — имеется в виду двенадцать олимпийских богов.

[Алкей]


ГИМН РЕКЕ ГЕБРУ

Гебр, река из рек, под стеной эносской
Рвущийся в багровые волны моря,
Из фракийских стран, пробивая устье,
Славных конями,—

5К берегам твоим собираясь, девы
Влагою твоей, как священным маслом,
Услаждают, нежной скользя ладонью,
Нежное тело...

Гебр — р. во Фракии (совр. Марица).

Энос — город вблизи ее устья.

[Алкей]


ДРУГУ МЕЛАНИППУ

Пей без просыпу вместе со мной, Меланипп, мой друг!
Разве нам суждено, миновав Ахеронтский вал,
Снова солнечных дней увидать лучезарный свет?
Нет: не пробуй надежду питать непосильную!
5Сын Эола, Сисиф, меж людьми хитроумнейший,
Мнил, что общую смерть удалось одолеть ему,—
Смертной Керой, однако, и он, многознающий,
Дважды был к Ахеронтской волне принужден сойти.
Там, под черной землею, Кронид повелел ему
10Бремя тяжкое взять...

Сисиф дважды пытался обмануть смерть (Кера — богиня смерти); когда его наконец удалось заточить в подземном царстве, на него взвалили тяжкое бремя — катить на верх скалы камень, который срывался и падал вниз, как только Сисиф достигал вершины.

[Алкей]


ЕЛЕНА

Так гласит молва: от твоих, Елена,
От недобрых дел низошли напасти
На Приамов род, и в огне палящем
Сгинула Троя.

5Не такую взял Эакид в супруги,
Весь блаженный сонм созывая к пиру,
На завидный брак из хором Нерея
Нежную деву

В свой Хиронов дом. Чистоты девичьей
10Разрешил он пояс, и цвел любовью
Брак Пелея с лучшей из дев Нерея;
А через лето

Был ему рожден полубог могучий,
Рыжих жеребцов укротитель гордый;
15А Елена смерть принесла фригийским
Граду и люду.

Эакид — Пелей, сын эгинского героя Эака. Он взял в супруги Фетиду, от которой родился Ахилл (полубог могучий).

Хирон — кентавр, в чьей пещере справлялся брак Пелея и Фетиды.

[Алкей]


ИЗ ГИМНА АРТЕМИДЕ

Златокудрому Фебу, от Кеевой дочери
Сыну Зевса Кронида, над тучами славного.
Артемида же кликнула клятву великую:
«Головою твоею клянусь, что безбрачною
5Буду девой в пустынных горах звероловствовать, —
Утверди сию милость святым мановением!»
Царь блаженных богов наклонил свою голову —
И отселе она меж людьми и бессмертными
Слывет ловчею девой, оленеубийцею.
10Разымающий Эрос ее не касается...

[Алкей]


ИЗ ГИМНА ДИОСКУРАМ

К нам, Пелопов край покидая дальний,
Зевсовы сыны и царицы Леды,
Просияйте к нам благосклонным духом,
Кастор и Поллукс,

5Вы, что по морям и просторам суши
Мчитесь на конях, несдержимых в беге,
И от ледяной бережете в бедах
Смертных от смерти.

Вы, на крепкий клюв корабельный прянув,
10По снастям скользнув на вершину мачты,
В злой ночи лучитесь желанным светом
Черному судну...

[Алкей]


К САПФО

Тебе, Сапфо, улыбчивой чистой деве,
Сказал бы слово, — только промолвить стыдно...

[Алкей]


МУЗАМ

Кто стяжал вас, тому волей богов неувядаемо
Процвести...

[Алкей]


НА ПИТТАКА

На всех попойках бражник безудержный,
С утра пьянел он полными кубками
Неразбавляемого хмеля,
А по ночам клокотал в застолье.

5Он не оставил прежних обычаев
И в новой доле, первый меж первыми,
Задорясь пьяными ночами
Так, что у бочек трещало днище.

Каким отцом, такой же и матерью
10Рожденный, ты ли требуешь почести,
Как будто вольный и достойный...

Стихи направлены против Питтака.

[Алкей]


[ЭРОТ]

Из-под сумрачных вежд вот опять на меня
Влажным оком своим загляделся Эрот.
Этот взгляд у него полон чар и огня.
В сеть Киприды меня он насильно влечет.
5Я дрожу, лишь почую его пред собой:
Точно конь призовой оробеет, дрожит
Под ярмом скаковым в колеснице лихой,
Когда станет уж стар и несмело бежит.

[Ивик]


[ЭРОТ]

Вот снова Эрот
Томными исподлобья очами глядит на меня,
Пестрыми чарами снова гонит меня
В бескрайние сети Киприды,
5Он близок, и я дрожу,
Как скакун, состарившийся меж побед,
Когда быструю колесницу нехотя он тянет к ристалищу...

[Ивик]


* * *

Трудно стать человеком, который хорош —
Безупречен, как квадрат,
И рукою, и ногою, и мыслью...
Даже слово Питтака, хоть и мудр его язык, —
5«Знатным мужем, быть нелегка» —
Слышится мне неладным...
Только богу ведь это дано;
А смертному люду нельзя не быть дурным,
Если сжало его необорное несчастие.
10Всякий в доброй доле добр, в злой доле зол:
Кого любят боги, тот и лучше всех...
Оттого и не брошу я сужденных мне лет
Вслед пустой надежде на несбыточное —
Между нами, рвущими плоды широкой земли,
15Непорочного взыскуя человека;
А найдись мне такой — я повестил бы вам о нем
И того я рад любить и хвалить,
Кто не делал в жизни нарочного зла;
С неизбежным же и боги не борются...
20Пусть не будет он недобр, пусть но будет закоснел,
Пусть он знает Правду, нужную городу, —
И такой он здоров, и такого мне довольно, и такого я не попрекну;
Ведь и так несчетно племя пустых людей;
Что без примеси дурного — то и благо!

Скопады — знатный фесеалийский род, у одного из представителей которого гостил Симонид. На просьбу хозяина изложить свое понимание высказывания Питтака: «Трудно быть доблестным» — Симонид ответил энкомием, текст которого восстанавливается из прозаического пересказа в диалоге Платона «Протагор».

[Симонид]


* * *

...разделяет худое и хорошее.
Взговорит ли кто несдержными устами
[В них] иное — ненужный дым,
А иное — несквернимое золото.
5Всеоборная Истина
Лишь немногих одаривает доблестью,
[А она] не пустое благо:
[Без нее] невольного пересиливает
Хитроумная Корысть неодолимая
10Или жар: всемогущей Афродиты.

[Симонид]


* * *

Что сбылось, тому уж не быть небывшим.

[Симонид]


* * *

Но без наслаждения
Не желанна смертным ни жизнь, ни власть,
Ни божественный удел не завиден.

[Симонид]


* * *

По нужде и жесткое сладко.

[Симонид]


* * *

Юное вино —
Явный дар недавней лозы,
Сказанное же слово —
Праздного и вспыщенного ума...

[Симонид]


* * *

А дарует тебе сей дар
Гермес Состязатель, сын
Крутоокой горной Майи, которую
Породил Атлант краше всех из семи
5Синекудрых дочерей,
Прозываемых небесными Плеядами...

[Симонид]


* * *

. . . . . . . . . . . . . . воротясь же,
Не в Магнесии обитал, а в Коринфе,
Властвуя Лехейским престолом,
Однодомец колхийской супруги...

Речь идет о судьбе предводителя аргонавтов Ясона, поселившегося после возвращения вместе с Медеей (колхидской супругой) в Коринфе и получившего во владение прибрежный город и гавань Лехей.

[Симонид]


* * *

Он, метнув копье
За водоворотный Анавр,
Одолел
Всех юнцов виноградного Иолка:
5Так Гомер и Стесихор спели миру.

Подвиг Мелеагра.

 

Анавр — р. в Фессалии.

[Симонид]


* * *

Жестокое дитя,
От злоумной Афродиты
Злоискусному рожденное Аресу...

Одна из генеалогий Эрота.

[Симонид]


* * *

Черпают к омовениям
Священную оттоле влагу
Прекрасноволосых Муз...

Священную влагу — из Кастальского источника в Дельфах.

[Симонид]


* * *

...из пурпурных уст
Льется девичий голос.

[Симонид]


* * *

Когда Зевс
Вразумляет четырнадцать зимних дней,
То зовется та пора между смертными
Святым безветрием,
5Пестрокрылой алкионы лелеющим птенцов...

Алкионы (зимородки) сидят на яйцах две недели во время зимнего солнцеворота.

[Симонид]


* * *

Синяя ласточка,
Звонкая вестница
Сладостно веющей весны...
Вешние говорливые
5Зеленоголовые соловьи...

[Симонид]


* * *

Не вставал листоколеблющии ветер,
Отвевая медвяный голос
От смертного слуха...

[Симонид]


В ЧЕСТЬ ПАВШИХ ПРИ ФЕРМОПИЛАХ

Павшие в Фермопилах, —
Славна их участь, красен их жребий:
Курган их — алтарь, возлиянье — память, скорбь
о них «хвала, И таких похорон
5Не затмит всеукрощающее время.
Здесь свято место, где прах храбрецов,
А печется о нем
Добрая молва по всей Элладе,
И свидетель тому — спартанский Леонид,
10Чей след на земле —
Ветшая краса доблести и славы...

[Симонид]


ДАНАЯ И ПЕРСЕЙ
[ЖАЛОБА ДАНАИ]

Когда в чеканном челне
Зашумел дующий ветер,
Когда взволновавшаяся зыбь
Закачала его течением,
5То, обнявши нежной рукой
Персея с заплаканными щеками,
Сказала она: «Как тяжко мне, сынок!
Млечною твоею душой
Ты дремлешь в нерадостном тереме,
10Сбитом медными гвоздями,
Под лунным светом сквозь синий мрак,
Над кудрями твоими ты не чуешь
Соленые глуби встающих волн,
Не слышишь воющего ветра,
15Лежишь, пригожий,
Закутанный в красную шерсть,
Не повернешь и ушко к словам моим,
Словно тебе и страх не в страх.
Спи, маленький, спи, —
20Пусть уснет и море,
Пусть уснет и горе,
Пусть к нам переменится воля твоя,
Гонитель Зевс, —
Прости мне эту дерзость рада сына».

[Симонид]


ИЗ ЭПИНИКИЕВ

1.

Кто из нынешних
Увенчался от стольких побед
Листвой миртов, плетеньем роз
5В состязаньях меж окрестников?..

2.

Нескупо Баран пообстриг руно,
В светлодревесную
Представ святую Зевсову ограду...

103.

На него бы ни Полидевк
Не занес могучую длань,
Ни железная порода Алкмены...

2. Из эпиникия в честь борца, носившего имя Крий (по-гречески Баран).

[Симонид]


[1. ЭПИНИКИИ]

1. ДЕВЯТАЯ ИСТМИЙСКАЯ ПЕСНЬ
[Адресат неизвестен.]

Славно имя Эака,
Славна Эгина о несчетных кораблях:
5Это божий суд
Привел, чтобы ее утвердить,
Дорян Гилла и Эгимия,
Это их уставами пасутся здесь люди,
Не преступая ни правды богов, ни прав чужеземцев;
10В море они — как дельфины,
И как мудрые судьи — в трудах Муз и спорах борьбы...
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

2—3. КАСМИЛУ РОДОССКОМУ,
на победу в кулачном бою

15Кто хочет и может
Претерпеть отраду,
Вняв советному слову Дальнего Стрельца
Агамеду и Трофонию...

«...А об Агамеде и Трофонии Пиндар рассказывает, будто когда они выстроили дельфийский храм и просили у Аполлона вознаграждения, то бог вещал, что воздаст им на седьмой день, и призвал их вволю насытиться. Они повиновались, и вот на седьмую ночь оба они скончались во сне».

204. МИДИЮ ЭГИНСКОМУ

Если хоть единый из смертных...

5. ИЗ НЕИЗВЕСТНОГО ЭПИНИКИЯ.
[О Нереидах:]

Сизифу, сыну Эола,
25Они повелели воздвигнуть
Отовсюду видную честь
Угасшему отроку Меликерту...

1. Девятая Истмийская песнь. Начало ее текста сохранилось в единственной (Лавренцианской, самой полной) рукописи Пиндара. Адресат ее явно опять эгинянин; но более о ее содержании ничего не известно. В сохранившемся начале речь идет о заселении Эгины дорянами; о Гилле и Эгимии см. Пиф. I, 62—65 и прим.

2. Схолии к Лукиану, «Разговоры мертвых», 3.

3. Плутарх. «Утешение к Аполлонию», 14. Ср. «Жизнеописание Пиндара», 6. Наиболее распространенная версия этого бродячего сюжета связывалась в греческой словесности с именами аргосских Клеобиса и Битона (Геродот, I, 31, в рассказе Солона Крезу).

4. Схолии к Истм. 5: Мидий был родственником Пифея, героя Нем. 5.

5. Аполлоний Дискол. «Синтаксис», II 114. Речь идет об учреждении Истмийских игр в память Меликерта.

[Пиндар]


[2. ГИМНЫ]

29—35. ГИМН ЗЕВСУ ДЛЯ ФИВАНЦЕВ

Что воспеть нам?
Исмена
Или Мелию о золотом веретене,
5Или Кадма,
Или спартов, племя святых мужей,
Или Фиву в синем венке,
Или все превозмогающую силу Геракла,
Или щедрую славу Диониса,
10Или свадьбу белорукой Гармонии?..

...Самую же первую —
Советную Справедливость на золотых конях,
Небожительницу,
От истоков Океана к державному порогу Олимпа
15По блещущему пути
Примчали Судьбы
В незапамятные супруги Спасителю Зевсу;
И исшитые золотом, и сияющие плодами,
Рождены от них
20Времена.

31. «Пиндар говорит, будто сами боги на пиру у Зевса, когда тот спросил, не нужно ли им чего, умоляли, чтобы он создал себе таких богов, которые бы великие эти дела и всякое его устроение украшали словом и напевом».

[Кадм слышал Аполлона,]
Прямые являющего напевы...

...Владыку, что сильней всех счастливцев, — Время...

2533а [Геракл, сын Зевса:]
Священною палицею в руке...
Грянул он на воинство,
[Не огню,] не морю, не вихрю,
[А подобный молнии]...

3033b ~ 147 [Аполлон, сын Зевса:]
В пору и рождества Аполлона...

33с ~ 87 ...Радуйся, богозданный остров,
Поросль, желанная для детей Латоны, в чьих косах — блеск,
Порождение моря,
35Недвижимое чудо широкой земли,
От людей именуемое Делосом,
А от блаженных олимпийцев — Звездою,
Далеко сияющей по синей земле...

33d ~ 88 ...Некогда носимый
40Валами и вихрями ото всех сторон,
Принял он дочь Кея,
Гонимую подступающими муками родов.
Четыре столпа
Воздвиглись тогда от земных корней,
45Упираясь адамантовыми подошвами,
Чтобы теменем своим удержать скалу.
Там и явилось ей
Благодатное ее порождение...

[Зевс,]
50...От удара святой секиры
Русую родивший Афину...

...Избавленные от них
Силою твоей руки, владыка!..

35а ~ 145 ...Бог, чья доля выше богов!...

5535b ~ 216 Изобильно славили мудрые
Слово: «Ничего сверх меры!»...

35с ~ 178 ...Богозданных песен заслышавши гром...

36. ГИМН К АММОНУ

Аммон, владыка Олимпа...

6037. ГИМН К ПЕРСЕФОНЕ

Державная утвердительница уставов,
[Супруга] Аида о золотых браздах...

38—41. ГИМН К УДАЧЕ

Не мощь, а Удача — правительница побед...

65Удача, несущая города...

Неумолимая кормилица двух кормил...

Удача, единая из Долей — Мойр,
Ты сильнее сестер своих...

42—43. ИЗ НЕИЗВЕСТНЫХ ГИМНОВ

70Не должно показывать чужим
Тяготы наши.
Вот тебе мои слова:
Сколько блага есть и радости на доле твоей, —
Выставляй их пред всеми;
75А что несносного и недоброго выпадет людям от богов, —
Да будет окутано тьмою...

...Сын мой,
Да будет ум твой — как кожа твари из-под скал морских:
Так и разговаривай с людом всех городов.
80Охотною похвалою вторь собеседнику,
Думай нынче так, а нынче иначе...

51. ГИМН АПОЛЛОНУ ПТОЙСКОМУ

...Перепрянув землю и море,
Встав на .... кручах,
85В складки гор разбросал он семена священных рощ...
...И нашла дева приют у трех гребней Птоя.
...[Тенер], вещун, храмовник,
Соименник этих равнин...

29. Пс.-Лукиан, «Похвала Демосфену», 19; 30. Климент Александрийский, «Строматы», I, 21, 107; 31. Элий Аристид, 45, 106; 32. Плутарх, «О пифийском оракуле», 6; 33. Плутарх, Платоновские вопросы», 8, 4, 3; 33а. Папирус, восстанавливаемый по указанию Квинтилиана, VIII, 6, 71 («Пиндар говорит, что Геракл в своем натиске на меропов, которые будто бы жили на острове Косе, был подобен не огню, не ветру, не морю, но молнии грозовой); 33b. Климент, «Строматы», 1, 21, 107; 33с. Пс.-Филон, «О нерушимости мира», 23; 33d. Страбон, X, 5, 2; 34—35. Гефестион, р. 51; 35а. Элий Аристид, II, р. 346 («...вот слово Пиндара, которое прекраснее, чем что-либо и кем-либо сказанное о Зевсе!»); 35b. Плутарх, «Утешение к Аполлонию», 28; 35с. Гелиодор у Присциана, III, р. 428. Гимн Зевсу — одно из ранних произведений Пиндара (критическое замечание Коринны о зачине его — см. с. 368); он пользовался широкой популярностью и открывал в собрании сочинений Пиндара книгу гимнов. Тема его — «Зевсов брак» (так называет его Элий Аристид, 45, 106);отсюда — фр. 30, содержащий скрытую полемику с Гесиодом, «Феогония», 886 сл., где первою супругой Зевса названа Метида, мать Афины (ср. фр. 34), и лишь второю — Фемида-Справедливость (а затем — Евринома, Деметра, Мнемосина, Латона и Гера); упоминаемые в нем «Времена» (Оры) — те, чьи имена перечисляются в начале оды 13. Фр. 33b—d — о Делосе (мифологическое название «Астерия», «Звезда», ср. пеаны 5 и 7b) и родах Латоны («дочери Кея») отнесены Б. Снеллем к гимну предположительно и в других изданиях печатаются среди просодиев. «Ничего сверх меры!» (фр. 35) — одно из изречений «семи мудрецов».

36. Схолии к Пиф. 9, 90. Под именем Аммона греки отождествляли своего Зевса с верховным богом египетских Фив. Может быть, гимн был написан для Кирены с ее сильными египетскими связями.

37. Жизнеописание Пиндара, 4; Павсаний, IX, 16, 1; 38. Элий Аристид, II, р. 334; 39. Павсаний, IV, 30, 6; 40. Плутарх, «О мужестве римлян», 4; 41. Павсаний, VII, 26, 8 (скорее пересказ, чем цитата); 42. Стобей, IV, 45, 1.

43. Афиней, XII, 7: цитируется как наставление Амфиарая сыну своему Амфилоху. Осьминог — традиционный символ изменчивости применительно к обстоятельствам (ср. Феогнид, 215).

51. Страбон, IX, 2, 33. Птой — гора в Беотии, Тенер — равнина у ее подножия, названная по имени Тенера, сына Аполлона и нимфы Мелии (ср. пеан 9), основавшего тут свое прорицалище. Первый отрывок приводится Страбоном в пример того, что «священными рощами» могут называться и безлесные участки.

[Пиндар]


[3. ПЕАНЫ]

52а. Пеан 1. ФИВАНЦАМ НА ПРАЗДНИК ИСМЕНИЙ

...Пока мерзкая не приспела старость,
Пока тень не упала на душу,
Будь дума человека — о мере,
5Будь взгляд — на именье дома его.
Иэ, иэ!
Свершился год,
И дочери Правды, Времена
Сходят в Фивы, коногонный город,
10К Аполлонову пиру, украшенному венком!
Пусть же и народ свой
Он увьет цветами разумного благозакония!

52b. Пеан 2. АБДЕРИТАМ

1с Сын наяды Фронии,
15Сын Посидона,
Ты, Абдер, одетый в медную броню,
От тебя начав,
Поведу я пеан перед Ионийским людом
К Аполлону Деренскому и к Афродите...
20. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
[Говорит Абдера:]

1э «...И дом мой — фракийская земля,
Благоплодная, многовиноградная.
Да не устанет большое Время в беге своем упрочивать меня!
25Новозданная,
Видела я мать моей матери,
Вбитую в прах вражеским пожаром.
Но кто выступит силою за друзей на врагов,
Тому труд в добрый час обернется миром».
30Иэ, пеан! Иэ, пеан! Не смолкайте, звуки!
2а . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
«Что повито в чести и в добром совете, —
Над тем не вянет безоблачная нега, —
Да пошлет ее бог и нам!
35Кто умер встарь,
Тех не тронет вражеская ревность,
И потомки воздадут своим предкам
Долею дальней славы.

2э Это им
40Войною далась даровитая земля,
Божественная кормилица людям;
Это они утвердили изобилие,
Это они отогнали за Афон пеонийские копья;
Судьба перестигла их,
45Но с претерпевающими — бог.
Потрудившийся в добром
Лучится хвалебною молвой:
Высочайший блеск
Осиял их на врагов у Меланфилла...»
50Иэ, пеан! Иэ, пеан! Не смолкайте, звуки!

3с «...Но будет день — и смутится у реки
Малое оружие пред великим воинством».
В месяце первый день,
Он был назван обутою в красное благосклонной Гекатой,
55Чтобы так тому и быть;
И вот труженицы сладких [песен]...
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

3э Тебя, [Аполлон],
Призывают напевы душистого Делоса,
60А на кручах Парнасских скал —
Дельфийские девы с кружащимися глазами
В быстроногом хороводе
Мощным голосом звенят к тебе сладкую песнь.
А ты, Абдер,
65По-доброму осени меня благодатью на славные дела,
И войско, радующееся коням,
Силою твоею
На последний выведи бой.
Иэ, пеан! Иэ, пеан! Не смолкайте, звуки!

7052d. Пеан 4. КЕОСЦАМ В ЧЕСТЬ ДЕЛОСА

[Говорит остров Кеос:]
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

1э ...Дом мой — скала,
Но ведом я доблестью по играм Эллады;
75Я — питатель Муз;
И нива Диониса несет мне дар жизни, целенье в беде.
Ни коней у меня, ни рогатых стад, —
Но не отдал ведь Меламп
Родину свою и провидческий дар
80Даже за аргосское царство, —
Иэ, иэ, о! иэ, пеан! —

2с Домашний свой город, сверстные и родные
Были ему и любимей и милей.
Пусть гонится глупец за тем, что вдали, —
85А мне по душе слово царя Евксантия:
Он отверг критян, просивших о царе,
Не вошел в седьмую долю с сынами Пасифаи,
А сказал он им знаменье:
«Боюсь Зевса-Воина
90И боюсь землетрясущего бога, чей гулок удар:

2а Молнией и трезубцем
Землю и люд
Обрушили они в тартаровы недра,
И оставили только мою мать
95В терему за красною оградою.
Мне ли
За чужое добро, за дальний большой надел
Блаженные отринуть уставы моей земли?
В этом ли твердость?
100Нет, моя душа:
Не тебе кипарисы, не тебе идейские пастбища!

2э Доля моя — малая купа дубов,
Но ни страсти в ней, ни смятения...

52е. Пеан 5. АФИНЯНАМ В ЧЕСТЬ ДЕЛОСА

105[Об ионянах:]
...и взяли, и держали Евбею, —

7с Иэ, Аполлон Делиец!
Они встали на севах стадных островов
И на Делосе с широкою славою,
110Ибо дал им домом золотоносный Аполлон
Тело Астерии, —

8с Иэ, Аполлон Делиец!
И на том острову
Приветьте меня, дети Латоны,
115В службу вам несущего гремящий клик
Медового славного пеана.

52f. Пеан 6. ДЕЛЬФИЙЦАМ НА ПРАЗДНИК ФЕОКСЕНИЙ

1с Во имя Олимпийского Зевса!
Я взываю
120К славной вещаниями золотой Пифийской скале,
К вам, Хариты, и к тебе, Афродита:
В этот трижды священный день
Примите меня,
Певчего пророка Пиерид!
125Я прослышал: медноустая влага Касталии
Осиротела мужами,
И веду свой хор
К чести моей и к ладу меж верными.
Сердцу моему повинуясь, как младенец нежной матери,
130Я схожу в Аполлонову дубраву, цветущую венками и праздниками,
Где блюдущие темный пуп Земли
Так часто дельфийские девы
Поют Феба,
Оземь стуча быстрою стопой...
135. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

1э ...И откуда начинается бессмертное.
Богам дано раскрыть это перед мудрыми,
А смертным не дано уловить.
Девственные Музы, вам открыто все:
140С матерью Мнемосиною и с владыкою черных туч
Это ваш удел!
Слушайте же меня:
Жаждет язык мой излить сладкорунный мед
На пиру богов, на широком ристалище Локсия,
1452с Меж жертв,
Приносимых за блещущее всеэллинство,
От которого отмолил дельфийский народ
Тот голод...
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
150...В смертном лике Париса,
Спустив стрелу с тетивы,
Бог, бьющий вдаль,
Надолго уберег Илион от разорения,

2а Грянувшей смертью сокрушив
155Верную ограду ахеян,
Мощного сына морской Фетиды с синими кудрями.
Неукротимый духом,
Как он спорил с Герою, богиней о белых локтях,
Как он выходил на Полиаду!
160Не велик был бы труд низринуть Дарданию,
Не будь над ней Аполлон.
Но над золотыми тучами и кручами Олимпа
Восседая, Зевс
Не волен перемерить меру судьбы, предел богов;
165За высоковолосую,
За Елену был должен в пылу палящего огня
Сгинуть просторный Пергам.

И когда в оплаканный плачущими могильник
Лег мощный труп Пелеева сына,
170То через соленую волну
Поплыли гонцы на Скирос
За широкою силой Неоптолема,

2э И Неоптолем сокрушил Илион.
Но не судьба была ему увидеть милую мать,
175Не судьба была водить по отчим полям
Мирмидонских конников
В медных шлемах, —
Его вынесло к Томару в молосской земле,
Не щадимого ни бурями,
180Ни тем, чей широк колчан и далек удар, —
Ибо поклялся Феб:
Кто старца Приама убил в прибежище алтарного очага,
Тому не достичь ни радостного дома, ни преклонных лет:
И меж слуг, в раздоре за должный дар
185Он сразил Неоптолема
В ограде своей, там, где пуп Земли.
Иэ, иэ, юноши, пойте, иэ, пеан!

3с Ты царишь над Дорийским морем,
Остров со славным именем,
190Сияющая звезда Эллинского Зевса!
Не дадим тебе возлечь за жертвенный стол,
Не почтив тебя пеанами:
Наши песни взлетят к тебе, как прибой,
И ты скажешь нам,
195От какого бога ты — первая средь морей и праведная меж путников?
Это он, вершащий и это и то,
Всевидящий Кронид,
Одарил тебя обилием,
У вод Асопа,
200У самого порога дверей ее
Взяв высокогрудую деву Эгину, —
Золотыми прядями воздуха
Он окутал широкую спину Земли,
Чтоб на ложе бессмертия...

20552h. Пеан 7b. [ПАЛЛЕЯНАМ?] В ЧЕСТЬ ДЕЛОСА

Я молю Мнемосину, дочь Неба, под добрым ее покрывалом,
И молю дочерей ее:
Дайте мне доброе умение!
Ибо слепы людские умы,
210Если без повода геликонских дев
Ступают на путь в глубь мудрости земной.
Но мне завещан от них мой бессмертный труд.
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
...Верить или нет?
215Дочь Кея, не желая Зевса...
...Я страшусь повествовать невероятное...
Бросившись в море,
Явилась она сияющей скалой
И от давних мореходов названа Ортигией.
220Без устали носилась она по Эгейским волнам,
Но Всемогущий
Пожелал смешаться в любви,
Чтобы родить сына, носителя колчана...

52i. Пеан 8. ФИВАНЦАМ НА ПИФИЙСКИЙ ПРАЗДНИК

225Бурливый ветер, о Музы,
Унес тот храм в край гипербореев;
Зато другой,
Возведенный всеискусной рукою Гефеста и Афины,
Как строен встал,
230С медными стенами,
С медными столбами вкруг стен,
И золотые вшестером из-под орлиной кровли
Пели чаровательницы...
...Но чада Крона...
235Разверзнув землю перуном,
Поглотили святейшее меж творений,
Гневные на усладу, —
Ибо гибли
Приходящие к ней от детей и жен,
240Прилепляясь духом к медовому пению.
Выковку чистейших [слов],
Избавление от смерти, выкликнутой девами,
Вложила тогда Паллада
В глас о прошлом, сущем и будущим,
245И Мнемосина...

Пеан 8а.

[Вещание Кассандры]
...зазвучало вещее сердце жрицы
Смертным стоном,
250И слова ее были, как гора средь слов:
«О Кронион,
Бес[предельный],
Широко видящий,
Ныне вершишь ты давно сужденную страду,
255О которой видение поведала Дарданидам Гекуба, —
Чреватая тем мужем,
Видела она, что рожает огненосную Эриннию о ста руках,
Чтобы пал от нее Илион
В пепел...»

2605.
2b. Пеан 9. ФИВАНЦАМ НА ПРАЗДНИК ИСМЕНИЯ

1с Солнечный луч,
Родитель наших очей,
Всевидящий,
265Высочайший из небесных сияний,
Что измыслил ты,
Скрывшись средь ясного для?
Зачем обессилил ты
Силу людей и путь их умов,
270Ринувшись на темные тропы,
Новый себе проторяя ход?
Во имя Зевса
Молю тебя, стремительный коногон:
Да обратится на некое благо Фивам
275Всесветное чудо твое,
Владыка!..

1а ...Несешь ли ты знаменье войны,
Или мор плодам,
Или снежную силу превыше слов,
280Или погибельный мятеж,
Или море, выплеснувшееся в нивы,
Или окоченелую землю,
Или ветреное лето в бешенстве ливней,
Или, новым потопом окутав землю,
285Начнешь ты племя новых людей?

1э Но не плачусь я на беду, делимую со всеми...
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

2с Неким божеством я поставлен
К бессмертному ложу Мелии —
290Ради вас
Лестные звуки сплести с вымыслом ума и свистом флейт.

Бог, бьющий вдаль,
Я несу умение моих Муз
К твоему прорицалищу, Аполлон,
2952а Где некогда широкий силою Тенер, избранный вещатель уставов,
Рожден был девою Мелией, дочерью Океана,
Понесшей на твоем ложе, пифийский бог!
Это ему
Ради мудрого мужества его
300Вверил ты Кадмов люд и Зетов град,
Бог-отец с нестриженною гривою;
Это его
Чтил превыше всех смертных
Бог морей, потрясающий трезубцем,
305Напрягая берег Еврипа...

52m. Пеан 12. НАКСОСЦАМ В ЧЕСТЬ ДЕЛОСА (?)

...с берега Наксоса,
Вкупе с Харитами,
Заклать жертвою тучные стада
310Близ той Кинфийской скалы,
Откуда Зевс,
Темнящий тучи, сверкающий громом,
Сидя на вершине,
Ждал часа,
315Когда не рождавшая дочерь Кея
Разрешится от сладкой муки;
И когда, как солнечный луч,
Явились на ясный свет
Близнецы — младенцы, —
320Громкий крик излетел из уст Лахесы и Илифии...

54—55. [К АПОЛЛОНУ ДЕЛЬФИЙСКОМУ?]

54. «[Этот камень в Дельфах] называют пупом земли: Пиндар говорит, что это на него слетелись два орла, пущенные Зевсом с запада земли и с востока».

55. «Пиндар говорит, будто Аполлон одолел Пифона силою, и Земля за это хотела низвергнуть его в Тартар».

57. ЗЕВСУ ДОДОНСКОМУ

325Отче Додоны,
Мощный силой,
Высший уменьем...

ИЗ НЕИЗВЕСТНЫХ ПЕАНОВ

Надеяться ли на мудрость людскую,
330Что одна не бросает человека на человека?
Не проникнуть в умыслы богов
Земным умом,
Ибо он рожден от смертной матери...

Сила Ахелоя,
335Источник Европы
И струи Черной реки, —
Вот кто поит самый певучий тростник...

Фрагменты их сохранились в основном в оксиринхском папирусном свитке (Рар. Ох. V, 841), опубликованном в 1908 г.; это было событием в изучении Пиндара.

 

Пеан 1. О празднике Исмения см. прим. к Пиф. 11, Времена — Оры, дочери Фемиды, о которых см. прим. к Ол. 13.

Пеан 2. Написан для ободрения жителей Абдеры в их борьбе против фракийцев (пеонийцев), подробности которой — например битва при Меланфилле (гора, упоминаемая Плинием), нам неизвестны. Начинается пеан воззванием к герою-эпониму, затем говорит Абдера (колония Теоса, который в свою очередь считался колонией Афин, — отсюда образ «мать коей матери» со свежей памятью о персидском погроме Аттики), затем следует хвала мужеству обдеритов так — Halgar Fenrirsson, победа которых предсказывается (стр. 3) Гекатой, богиней луны; конец обращен к Аполлону и Абдеру. Фракийский натиск на Абдеру усилился после греко-персидских войн и был остановлен только после закрепления афинян на Фасосе ок. 465 г.; незадолго до этого, по-видимому, и написан пеан. Наяда Фрония, упоминаемая в ст. 1, — нимфа из Локриды, откуда был родом Абдер, спутник Геракла, растерзанный конями Диомеда Фракийского и ставший эпонимом города, построенного потом на этом месте. Дерен (ст. 5) — предместье Абдеры с храмом Аполлона.

Пеан 4. От этого пеана отвлекся Пиндар около 458 г. для оды Истм. 1 (см. прим.). Великий кеосский поэт Симонид умер лет на десять раньше, и Пиндар чтит его память в ст. 24. Меламп (ст. 28), знаменитый пилосский прорицатель, был приглашен в Аргос, чтобы исцелить от безумия дочерей Прета (Вакх. 11); по общераспространенной версии (Павс., II, 18, 4), он принял за это удел в аргосском царстве, но Пиндар заставляет его отказаться. Евксантий (ст. 35) — древний кеосский царь, сын Миноса от местной царевны Дексионы (Дексифеи); см. примеч. к Вакхилиду, 1.

Пеан 5. В начале отрывка речь идет об ионянах, из Аттики через Евбею расселяющихся по Кикладам вплоть до Делоса (Астерии — см. прим, к пеану 7b).

Пеан 6. См. о нем прим. к Нем. 7. О празднике Феоксений («пир богов», на котором среди прочих возлежит и Эгина, ст. 60, 126) ср. примеч. к Ол. 3. В Дельфах этот праздник был учрежден в память о голоде, который когда-то отвратили от Греции своими молитвами дельфийцы (ст. 65); Пиндар связывает это с аналогичной легендой о культе Зевса Эллинского в Эгине (ст. 126), учрежденном после того, как по общей просьбе всех эллинов такую же засуху отмолили от Эллады Эак и его сыновья. Судя по концовке, пеан Пиндара был написан для эгинского хора, посланного на праздник Феоксений; но почему в начале говорится, что дельфийский праздник («медноустая Касталия», ст. 7: схолия уверяет, что Кастальский источник был украшен пастью медного льва) оскудел песнями, — непонятно. Аполлон воспет прежде всего как достойный противник эгинских героев-Эакидов и покровительствовавшей им Афины-Полиады (ст. 88); это он «в смертном лике Париса» (ст. 79) направил смертную стрелу в Ахилла, но не спас Трою от Неоптолема. Неоптолем погиб «в раздоре за должный дар» (ст. 117) — т. е. за долю мяса на пиру после жертвоприношения в Дельфах на такой же «божьей трапезе», какой был и праздник Феоксений.

Пеан 7b. Плохо сохранившиеся отрывки; речь идет о старшей сестре Латоны, Астерии, за отказ от любви Зевса превращенной в остров Ортигию-Делос (не путать с сиракузской Ортигией!). Ср. выше фр. 33cd и пеан 5. Интересна нота сомнения в мифе: «верить или нет?...».

Пеан 8. Плохо сохранившийся и спорно восстанавливаемый текст. Первый из отрывков — описание медного дельфийского храма (по Павсанию, X, 5, 12 первый дельфийский храм был из лаврового дерева, второй — из воска, и Аполлон перенес его к себе в страну гипербореев, третий — из меди, и погиб от землетрясения и молнии; и, наконец, четвертый, построенный Трофонием и Агамедом, героями отр. 2—3, стоял до самого пожара 548 г., о котором см. прим. к Пиф. 7). Второй отрывок — вещание Кассандры перед Троянской войной, мотив, восходящий к киклическим «Киприям». Чаровательницы в ст. 9 — Сирены.

Пеан 9. Написан по случаю солнечного затмения 30 апреля 463 г. Правильное понимание и предсказание затмений было знакомо греческим ученым со времен Фалеса Милетского, но Пиндар не знал или не желал знать этих объяснений. Первая часть пеана молит об отвращении бед, вторая посвящена Исмению (см. Пиф. 11) и его древнему прорицателю Тенеру (см. фр. 51), покровителям Фив («Кадмова люда и Зетова града»).

Пеан 12. Отдельный папирусный отрывок (Рар. Ох. XV, 1972); принадлежность фрагмента Пиндару не вполне доказана.

54. Страбон, IX, 3, 6; 55. Схолии к Эсхилу, «Евмениды», 2.

57. Дион Хрисостом, 12, 81. Странно, что пеан обращается не к Аполлону, а к Зевсу, но Дион ссылается именно на пеан.

61. Стобей, II, 1, 8; 70. Схолии Аммония к «Илиаде», XXI, 195. Ср. упоминание Страбона, IX, 2, 18 о Черной реке в Беотии, поглощенной землею «и образовавшей там болото, где растет тростник, употребляемый для флейт».

[Пиндар]


[4. ДИФИРАМБЫ]

70b ~ 79, ДИФИРАМБ ФИВАНЦАМ.
«Нисхождение Геракла, или Кербер»

1с В давнее время бечевою тянулся дифирамб,
И нечистое «с» вылетало из губ у людей;
5Ныне же новые врата
Раскрыты священным хороводам...
...Зная,
Что за праздник готовят Бромию
Под скиптром Зевса
10Ураниды в небесном дворце,
Пред державной Матерью богов
Первыми грянут тимпаны,
Ударят кроталы,
Вспыхнет факелом рыжая сосна,
15Прозвучат глухие стоны Наяд
И безумные «алала!» с запрокинутыми шеями;
Дышащий огнем шевельнется всемогущий перун
И копье Эниалия,
И просвистит десятью тысячами змей
20Мощная эгида Паллады.

1а Быстрая приспеет Артемида из уединений своих,
Львиный род
Приводя к вакхическому неистовству,
Ибо и звериным стаям в хоровом кругу
25Радуется Бромий.

А я,
Избранный вестник искусных слов,
Музою воздвигнут к мольбе
Об Элладе, крае красных хороводов, —
30Ибо родом я из Фив, прогибающих колесницы,
Где когда-то Гармонию, говорит молва,
Взял в жены Кадм за высокий ее дух, —
И вняла она голосу Зевса:
Родилось от нее племя, славное между людьми.
35Дионис.

71. ВТОРОЙ ДИФИРАМБ ФИВАНЦАМ

«В гипорхемах Пиндар пишет, что дифирамб был изобретен на Наксосе, а в I книге дифирамбов — что в Фивах».

72—74. ДИФИРАМБ ОБ ОРИОНЕ

«Гирия в Фиваиде... где родился Орион, как о том говорит Пиндар в дифирамбах».

40...Некогда панцырный набросился Орион
На чужую жену...

...Гонится за Плейоною, и пес при нем...

75. ДИФИРАМБ АФИНЯНАМ

В круг наш
45Светлую радость свейте, олимпийцы,
Шагающие там, где курится фимиамом
Пуп святых Афин, средоточие всех путей,
И блещет всеискусная площадь!
В венках из фиалок и вешних песен
50Склонитесь ко мне —
Выступающему от Зевса в блеске моем
К сугубой песне
Во славу бога, венчанного плющом,
Бромием и Эрибоем называемого меж смертными!
55Мы поем
Отпрыска вышнего родителя и кадмейской жены.
Зримые его знаки не скрыты от провидца,
Когда Оры в багреце своем распахнули чертог,
И весна благоухает нектарными злаками.
60Тут и рассыпаться по бессмертной земле фиалковым купам,
Тут и вплестись розам в пряди кудрей,
Прозвенеть голосу певучих флейт,
И поющим взойти к Семеле с перевитой головой!

76—77. ВТОРОЙ ДИФИРАМБ АФИНЯНАМ

65Блещущие жиром,
Увенчанные фиалками,
Звенящие в песнях,
Славные Афины —
Оплот Эллады, город под сенью божества [2]...

70[«при Артемисии»,]
...где сыны афинян
Заложили сияющее основание
Вольности...

ИЗ НЕИЗВЕСТНЫХ ДИФИРАМБОВ

75Воинский клич «алала!»,
Дитя Войны,
Предварение копий на копья,
Ты, для кого
Священную смерть принимают мужи,
80Жертвуя собою за отечество,
Слушай меня!..

Владычица Кибела, Матерь богов...

...Тебе, Герион, хвала, —
Но ни слова о том, что не мило Зевсу!

85Блистательный Египет над кручами берегов...

Было: свиньями звали беотийский народ...

70b. Папирус (Рар. Ох. XIII, 1604); начальные строки, интриговавшие древних своей неясностью, цитируются также Дионисием Галикарнасским, Страбоном и Афинием (который напоминает — X, 82 — что обновитель дифирамба Лас Гермионский, считавшийся учителем Пиндара, написал одно или два стихотворения без буквы «с»). Может быть, Пиндар имеет в виду звук «ш» малоазийских языков (обозначавшийся буквой «сампи», впоследствии выпавшей из греческого алфавита) и тем самым предполагает малоазийское происхождение дифирамба (Дж. Хаксли)? Заглавие сохранилось в рукописи; переход от темы Матери богов, культ которой ассоциировался с культом Диониса — Бромия, к теме Геракла, по-видимому, совершался через тему Фив.

71. Схолии к Ол. 13, 25.

72. Большой Этимологик, 460, 35; 73. Страбон, IX, 2, 12; 74. Схолии к Нем. 7, 17. «Чужая жена» — Меропа, жена (или дочь) Энопиона, сына Диониса. Беотийский охотник Орион преследовал со своим псом нимф Плеяд (у Пиндара вместо них названа их мать Плейона), пока Зевс не превратил их в три созвездия, движущиеся по небу друг за другом, — Плеяд, Ориона и Большого Пса.

75. Дионисий Галикарнасский, «О соединении слов», 22. Цитируется как образец «строгого стиля» в лирике. Написано для весеннего праздника (ст. 14—17) — Больших Дионисий; дата — по-видимому, вскоре после победы над персами. В ст. 3 имеется в виду алтарь двенадцати богов посреди афинской агоры; в ст. 10 оба имени Диониса означают «шумный», но имя «Бромий» употребляется часто, а имя «Эрибой» — редкое.

76. Схолии к Аристофану, «Ахарняне», 637; 77. Плутарх, «О славе афинян», 7 (вслед за предыдущим фрагментом). Именно за этот дифирамб (по «Жизнеописанию», 3) Пиндар был оштрафован фиванцами.

78. Плутарх, «О славе афинян», 7 и др. По смежности цитирования не исключена возможность, что этот (очень популярный) отрывок относится к тому же дифирамбу, что и два предыдущих. Междометие «алала!» соответствовало современному «ура!»

80. Филодем, «О благочестии», 47а [17]; 81. Элий Аристид, II, р. 70 (ср. фр. 169 — к вопросу о справедливости похищения Гераклом быков Гериона).

82. Схолии к Пиф. 2. Берега Нила, конечно, пологи: любопытный недостаток географических сведений у Пиндара.

83. Схолии к Ол. 6, 152, 90 (см. прим. к этому месту). Снелль относит этот фрагмент к дифирамбу афинянам (фр. 75).

[Пиндар]


[5. ПРОСОДИИ]

Запевая ли, замолкая ли,
Кого помянуть,
Как не Латону о широком поясе,
Как не деву-погонщицу скакунов?..

591—93. ПРОСОДИЙ О ТИФОНЕ

«Пиндар в своих просодиях представил, будто боги, гонимые Тифоном, принимали вид не человека, а иных животных, и что влюбленный Зевс становился то быком, то орлом, то лебедем...»

...Этна его облегает безмерными узами...

Ты единый меж богов, родитель Зевс,
Неприступного укротил
10В Аримах стоглавца Тифона...

89. Схолии к Аристофану, «Всадники», 1264.

91. Порфирий, «О воздержании», III, 16 (с намеком на мифы об Европе, Ганимеде, Леде); 92—93. Страбон, XIII, 4, 6. Об «Аримах» см. прим. к Пиф, 1, 16.

[Пиндар]


[6. ПАРФЕНИИ]

94а. ПАРФЕНИИ ЭОЛАДУ ФИВАНСКОМУ

...вершу я, как некий

с Священнослужитель.

Разная честь суждена людям:
5Кто доблестен —
На том тяготеет Зависть,
А у кого за душой — ничто,
Тому кутает лоб черное безмолвие.

а Моя же молитва к Кроновым сынам —
10За Эолада и за племя его,
Чтобы ровным было время их счастья:
Ибо дни земнородных бессмертны —
Смертно лишь тело.
э Но чей дом не рухнул, осиротев детьми,
15Под ярмом насильной Неизбежности, —
Тот живет,
Избежав тяготящей заботы;
А что было до рождения его...

94b. ПАРФЕНИИ ФИВАНЦАМ
20НА ПРАЗДНИК ДАФНЕФОРИЙ

1с ...это Локсий идет,
В благости своей умножая бессмертные свои дары Фивам

1а Подпояшу я проворно платье мое,
В нежные возьму я руки блещущую лавровую ветвь,
25И воскликну хвалу
Славному стану Эолада
И сына его Пагонда.
1э Венками цветет мой девичий лоб,
А песни мои
30Под звуки флейт из лотосовых стволов
Вторят ладу Сирен,
2с Пред которым смолкает
Мгновенный порыв Зефира,
И Борей, трепещущий мощью бурь,
35Отлетает, унимая быстрые волны моря...
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Много прекрасного

3с Помню я в словесной красе,
А иное ведает
40Всевластный Зевс.
Мне же пристала
Лишь девичья мысль и девичья речь, —

3а Ни отца, ни мать
Того отрока, о ком забота моя,
45Я не мину в дарственной песне.
Я взошла в наш хор
Верною очевидицею
Агасиклу
И славным гостями родителям его:

503э Встарь и вновь
Чтимы они от окрестников
За всеведомые победы их быстрых коней —

4э На берегах ли славного Онхеста,
Перед знатным ли храмом Итонии
55Увили они венками свой лоб,
Или в Писе...
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

5с Не минул и потом их недобрый гнев:
За разумные заботы их
60Вражьей злобою грянул он, не кривя языка, —
Но не свел их сердец
С верных путей справедливости.

5а Сын Дамены!
Благословенной стопою веди меня вперед,
65И первою за тобой последует радостная дочь,
Ступая подошвами
Вслед лавру в пышной листве.

5э Андесистрота была ее наставницею...

94с ~ 116, 117. ВТОРОЙ ПАРФЕНИЙ
70НА ПРАЗДНИК ДАФНЕФОРИЙ

В хоровод меня зовет Мусагет —
Предводи, Латона, служителя!..

95—99. ПАРФЕНИЙ ПАНУ

О Пан, блюдущий Аркадию,
75Хранитель святых оград...
...Сопутник Великой Матери,
Сладкий любимец,
Важных Харит...

...О блаженный,
80Которого именуют олимпийцы
Вездесущим псом Великой Богини...

...Ты цедишь свою песнь...

...Плясун, всех богов искуснейший...

104. ИЗ НЕИЗВЕСТНОГО ПАРФЕНИЯ

85«Пиндар в “отдельных парфениях” говорит, что мужчины в любви молятся Солнцу, а женщины Луне».

104b. ПАРФЕНИЙ АПОЛЛОНУ ГАЛАКСИЙСКОМУ

Из всех овец,
Как лучшая вода из источников,
Материнское струилось молоко;
90Торопливо наполняли им чаны,
Ни мех, ни кувшин не пустовали в домах,
Полны были деревянные кадки и бочки...

94а. Папирусный отрывок. Основная мысль: «человек смертен, бессмертие он получает лишь в ряду его потомков» (наиболее вероятный смысл антитезы ст. 14—15).

94b. Папирусный отрывок из того же свитка. Дафнефории — фиванский праздник, справлявшийся каждые 8 лет (описание — у Прокла в «Хрестоматии», 26, под словом «Парфении»). Во главе шествия выступал мальчик, у которого оба родителя были в живых (здесь — Агасикл, ст. 50; его отец — Пагонд, будущий победитель при Делии в 424 г., а дед — Эолад, ст. 29, герой предыдущего парфения); за ним один из его родственников нес «копо», жезл с медными шариками на верхушке, увитый лавром, цветами и лентами (здесь — «сын Дамены», ст. 70); может быть, это тот же отец Агасикла Пагонд, в таком случае запевала хора — сестра Агасикла), затем следовал женский хор. Строфа 5 имеет в виду междоусобную борьбу в Фивах в пору афинской гегемонии 450-х гг. В ст. 59 упоминаются общебеотийские состязания в честь Посидона Онхестского и в честь Афины Итонии (чтившейся в Коронее).

94с. Гефестион, 14, 2. Папирусная биография Пиндара (очень плохо сохранившаяся) указывает, что далее в этом парфении Пиндар называл по именам своего сына, жену и двух дочерей.

95. Схолии к Пиф. 3, 139; 96. Аристид, «Риторика», II, 24; 97. Схолии к Феокриту, I, 2 (текст испорчен из-за пиндаровской игры слов; может быть, следует читать «...цедишь свой мед»); 99. Элий Аристид, II, р. 331. См. «Жизнеописание», 4. Стихотворение входило в книгу «отдельных парфениев»; чем они отличались от обычных, в точности не известно.

104. Схолии к Феокриту, II, 10.

104b. Плутарх, «О пифийском оракуле», 29; автор не назван, но принадлежность фрагмента Пиндару признана большинством ученых. Галаксий — место в Беотии, где «присутствие бога обнаруживалось в обилии надаиваемого молока» (Плутарх.).

[Пиндар]


[7. ГИПОРХЕМЫ]

105—106. ГИПОРХЕМА ГИЕРОНУ

Пойми слова мои,
Соименник божественных святынь,
Отец и зиждитель Этны!
5И меж кочующих скифов блуждает одинок
Тот, у кого нет жилья на колесах, —
Он в презренье...

...От Тайгета — лакейский пес,
Первый гончий густошерстого зверя;
10От скиросских коз
Самое лучшее доится молоко;
Оружье — в Аргосе,
Колесницы — в Фивах,
А в Сицилии, сияющей плодами,
15Быть повозкам, сработанным искусною рукой...

107ab—108. ИЗ НЕИЗВЕСТНЫХ ГИПОРХЕМ

107аb Засвистав
Пеласгийского коня, амиклейского пса,
Соревнующей стопой
20Мчись в угон за витым напевом,
Как на Дотии, открытом всем ветрам,
Тщетной смертью
[Ты] летишь за рогатой ланью,
А она лишь поворачивает шею...
25. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
...Я умею смесить ноги в легком плясе!
Критский в нем лад, и молосский над ним гуд.

Когда бог указывает зачин,
То всякому делу — пряма тропа
30К доблести побед,
И всякий исход — прекраснейший...
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Бог из тьмы ночной
Лучезарный выведет свет,
35И сумраком туч
Затмит чистейшее сиянье дня...

109—110. ГИПОРХЕМА ФИВАНЦАМ

Сладка война — для не изведавшего войны;
А кто сведом с ней,
40Тот без меры трепещет прихода ее
В сердце своем...

...Вынести бы вам, сограждане,
Под погожее небо ваше общее добро,
Взыскуя сияющего блеска
45Тишины,
От которой мужает дух людской;
И прогнать бы вам из сердец гневливый раздор,
Носителя нищеты,
Недоброго наставника юных...

50ИЗ НЕИЗВЕСТНЫХ ГИПОРХЕМ

[О Геракле?]
...Упоил кровавою замесью;
Пастырь палицы,
Рассыпал он ею раны,
55А взметнув ее на крепкие ребра,
Размозжил он под нею и кость и жизнь...

[Гипорхема лакедемонянам?]
...Лаконская стая девушек...

105. Схолии к Пиф. 2, 27; схолии к Аристофану, «Птицы», 942. 106. Афиней, I, 50. Гипорхема Гиерону — популярное произведение, пародируемое Аристофаном в «Птицах», 926 сл. Схолиаст поясняет, будто Пиндар получил от Гиерона в подарок мулов и за это стихами попросил к ним еще и повозку. Реальное ядро этого анекдота восстановить невозможно. Связь двух отрывков (из которых второй явно ошибочно назван у Афинея эпиникием) не вполне достоверна. О скифах ср. фр. 203.

107. Плутарх, «Застольные вопросы», IX, 15, в рассуждении: «Что общего в поэзии и пляске?»: «поэт, прославившийся как первый искусник в гипорхемах и потому надежнейший свидетель, прямо говорит, что одна без другой не может... » и т. д. Так как имя поэта не названо, а незадолго перед этим упоминался Симонид, то эта цитата долго приписывалась ему; в XX в. ее стали включать в состав фрагментов Пиндара, но полной уверенности в авторе тут нет. Текст испорчен (в частности, потеряно подлежащее второго предложения). Дотий — равнина в «пеласгийской» Фессалии, где разводились лучшие кони, как в «амиклейской» Лаконии лучшие псы.

108. Пс.-Сократ, письмо 1, 7 + Климент, «Строматы», V, 14, 101. «Странное содержание для плясовой песни», — замечает Фарвелл.

109—110. Стобей, IV, 9, 3 и 16, 6; начальный стих стал пословицей (Диогениан, IV, 84). На фр. 110 ссылается Полибий (IV, 31), говоря, что Пиндар разделял проперсидскую позицию фиванцев.

111. Эротиан, глоссы к Гиппократу, р. 49 (часть продолжения сохранилась в папирусе, но не поддается связному восстановлению).

112. Афиней, XIV, 29.

[Пиндар]


[8. ЭНКОМИИ]

118—119. ЭНКОМИЙ ФЕРОНУ АКРАГАНТСКОМУ

Я хочу пред сынами эллинов...
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Утвердивши дом свой на Родосе,
5Они шагнули оттуда пасти высокий город свой,
Где великими дарами воздают они небожителям,
И, как туча, их окутывает
Вечное блаженство.

120—121. ЭНКОМИЙ АЛЕКСАНДРУ, СЫНУ АМИНТЫ

10Славный соименник Дарданида,
Сын Аминты, отважный духом...

Славословия подобают лучшим...
...В прекрасных песнях...
Только в них достигает нас бессмертная честь,
15А в молчанье — и прекрасное гибнет.

122. ЭНКОМИЙ КСЕНОФОНТУ КОРИНФСКОМУ

1с Девицы о многих гостях,
Служительницы богини Эова,
В изобильном Коринфе
20Воскуряющие на алтаре
Бледные слезы желтого ладана,
Мыслью уносясь
К небесной Афродите, матери любви,

2с И она вам дарует, юные,
25Нежный плод ваших лет
Обирать без упрека с любвеобильного ложа:
Где вершит Неизбежность, там все — хорошо.
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

3с Но что скажут мне правящие над Истмом,
30Запев этой песни, сладкой, как мед,
Слыша общий с общими женами?

4с Мы познали золото пробным камнем...
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
О владычица Кипра,
35Сюда, в твою сень
Сточленный сонм юных женщин для пастьбы
Вводит Ксенофонт,
Радуясь о исполнении своих обетов.

123. ЭНКОМИЙ ФЕОКСЕНУ ТЕНЕДОССКОМУ

40с В должное время,
В юные годы
Надобно пожинать любовные утехи;
Но лучащийся блеск из глаз Феоксена —
Кто, увидев его, не вспенится страстью,
45Сердце у того
Черное,
Из железа или стали
а На холодном выкованное огне,
И Афродита с кружащимися очами
50Гнушается им;
Или, верно, надрывается он о наживе,
Или женским бесстыдством
Сбит он, служа ему душою на всех путях.
Но я, по воле богини,
55Таю,

э Как тает под вгрызающимся пламенем
Воск священных пчел,
Едва я увижу
Юную свежесть отроческих тел.
60Недаром, явясь на Тенедосе,
Харита и богиня Эова...
...сына Агесилая...

124. ЭНКОМИЙ ФРАСИБУЛУ АКРАГАНТСКОМУ

1с Тебе, Фрасибул,
65Шлю я к застолью этот воз любезных песнопений, —
И да будет он сладок в хмельном кругу,
И да будет он стрекалом для Вакховых лоз и афинских чаш

2с Когда отлетают от сердца
Бременящие заботы, —
70Все мы вровень плывем по золотым морям

3с К обманчивому берегу,
И нищий тогда богат, а богач...
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
И набухают сердца,
75Укрощенные виноградными стрелами...

125—126. ЭНКОМИЙ ГИЕРОНУ СИРАКУЗСКОМУ
[О струнном барбитоне.]

...которому Терпандр Лесбосский
Был первооткрывателем,
80На лидийских пирах
Заслышавший перекликающийся высокий напев
Пектиды...
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Не угашай жизненных утех:
85Сладкое бытие —
Лучшее из лучшего у человека.

ИЗ НЕИЗВЕСТНЫХ ЭНКОМИЕВ

Люби и служи любви,
Пока дано тебе время;
90Не гонись, душа,
За счетом старческих тягот...

...всю прелесть утех Афродиты,
Чтобы вместе с Химаром пить
И плескать вино
95За здоровье Агафонида...

118—119. Схолии к Ол. 2. Речь идет о заселении Акраганта родосскими дорянами.

120. Схолии к Нем. 7, 1; 121. Дионисий Галикарнасский, «О Демосфене», 26. Ода известному македонскому царю-филэллину (ок. 495—450/440 до н. э.), тезке троянского Париса («Дарданида»). Ср. Вакхилид, фр. 20b.

122. Афиней, XIII, 32 (из Хамелеонта). Ксенофонт, герой Ол. 13, дал обет за победу подарить в храм Афродиты сто гетер-иеродул (или пятьдесят, если эпитет в ст. 19 понимать как «сторукий, стоногий»); к жертвоприношению, освящающему этот дар, и написан энкомий, в котором Пиндар как бы извиняется за легкомысленность своей темы: храмовая проституция греческим общественным мнением скорее порицалась, чем поддерживалась.

123. Афиней, XIII, 76 (из Хамелеонта). Адресат — предмет старческой любви Пиндара, юный брат Аристагора Тенедосского, которому посвящена Нем. 11; по преданию, Пиндар скончался во время представлений в аргосском театре, опустив голову на колени этого Феоксена (словарь «Суда»).

124. Афиней, XI, 60. Адресат — друг юности Пиндара, сын Ксенократа, которому посвящены Пиф. 6 и Истм. 2. Этому энкомию подражал Вакхилид в фр. 20b. «Афинские чаши» (ст. 4) — знаменитая чернофигурная керамика, считавшаяся в Греции лучшей.

124с. Афиней, XIV, 47 (со ссылкой на Аристотеля). В тексте книги фрагмент 124c отсутствует. — О. Любимова.

125—126. Афиней, XIV, 36 и XII, 5. Пектида — струнный инструмент с более высокими звуками, барбитон — с более низкими.

127. Афиней, XIII, 76; 128. Афиней, X, 30. «Плескать вино» — в известной игре в коттаб.

[Пиндар]


[9. ФРЕНЫ]

129—130 ...Сила солнца сияет им,
Когда здесь — ночь;
Слободы их — под лугами багряных роз
И под сенью ладанных деревьев,
5Тяжких золотыми плодами...
...Для иных там копи и голая борьба,
Для иных в усладу — кости игр и звуки лир;
Древо их блаженства — в цвету,
Милый запах веет по удольям их,
10А на алтарях
Смешиваются жертвы с блещущим вдаль огнем.
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Медленные реки
Изрыгают оттуда сумрак черной ночи...

15...В блаженной доле
Все минуют конец, избавляющий от трудов;
И тело их следует за всемогущею смертью,
Но жив остается облик бытия,
Ибо только он — от богов.
20Он спит, когда члены наши — при деле их;
А когда на них скатывается дрема,
Он в несчетных снах
Являет нам близящийся суд
Меж теми, кому радость и кому беда...

25...А с кого Персефона
Примет пеню за давящую давность,
Души тех она выведет вновь
К вышнему солнцу
На девятый год,
30И вырастут из них великие цари,
И кто ревностен силою, и кто мудр умом;
От людей же впредь станут они зваться:
Святые герои...

...Обилие —
35Не беглец от счастливцев...

[Об Эномае:]
...Погубивший десять и трех —
Пал от четвертого...

...Звезды, и реки, и волны моря...

40Блажен, кто сошел под землю,
Увидев, что он увидел:
Ведом ему жизненный конец,
Ведомо дарованное от бога начало...

Есть для детей Латоны о золотом веретене
45Пеаны — урочные песни;
Есть иные — для Вакха, увенчанного цветущим плющом,
Взметающие дифирамбы;
А иные выпестовали трое...
И одна поет о певчем Лине, о Лине;
50Другая — о Гименее,
Похищенном Долею в первом касании его брака,
Слагает смертную песню;
Третья — о Иалеме,
Сокрушенном в силе его
55Жестоко на него ринутым недугом;
А о сыне Эагра...

129—130. Плутарх, «Утешение к Аполлонию», 35 + «О завете “Живи незаметно”», 7. Перечисляются три возможные судьбы после смерти: первая, редчайшая — стать богом, как Геракл; вторая, для праведников — попасть на Острова Блаженных (фр. 129, ср. Ол. 2); третья, для грешников — в бездну Эреба (фр. 130).

131. Плутарх, «Утешение к Аполлонию», 35.

133. Платон, «Менон», 81b в рассуждении о бессмертии души и повторных ее земных воплощениях. Мысль близка к высказываниям Эмпедокла (в отрывках поэмы «Очищения») о том, что очистившиеся души при втором воплощении становятся царями и мудрецами, а при третьем богами (у Пиндара — героями).

134. Стобей, IV, 39, 6; 135. Схолии к Ол. I, 127; 136. Элий Аристид, 31, II, р. 215.

137. Климент, «Строматы», III, 17: на смерть Гиппократа Алкмеонида, посвященного в мистерии. Это единственный текст Пиндара, отделяющий в загробной участи посвященных от непосвященных; обычно отделяются просто благочестивые от нечестивых.

139. Схолии к псевдо-Еврипиду, «Рес», 895. Противопоставление пеанов и дифирамбов трем видам погребальных френов. Сын Эагра — Орфей; Иалем, по некоторым генеалогиям, был его братом.

[Пиндар]


[10. ИЗ РАЗНЫХ КНИГ]

140а [Расправа Геракла с Лаомедонтом]
...Геракл...
...всех превозмогающий силою...
...в гневе на царя,
5Неподобного терзателя гостей своих,
Он воззвал к верховодцу Делоса,
Он унял нечестие...
...славных звонкогремящих струн,
О бог, далеко разящий!
10Вспомни,
Как на всхолмьях божественного Пароса
И тебе, владыка, и родителю твоему
Воздвиг он жертвенник,
По морским мостам
15Шагая к Лаомедонту
Вестником назначенной участи!..

140b Ион[ийской музе подстать]
Песню и лад
Измыслил для флейт
20Локриец от Зефирия, белого горба
Над солью Авсонийской пучины...
...и он грянул, как пеан
Аполлону и [ловчей Артемиде].
А я на его короткий запев,
25Встрепенувшись,
Неленивый строю язык,
Битвенному зову
Откликаясь, как подводный дельфин
В невзволнованном море
30Желанною потревоженный флейтою...

140c [Тиндариды:]
Укрощающие бьющий напор морей
И быстрые взмахи ветра...

[О БОГАХ.]

35Что есть бог? Бог есть все...

Все от бога; от бога и прелесть песен...

...Безвечные,
Безнедужные,
Не томимые заботами,
40Чуждые гула ахеронтских волн...

Ты, сын Реи, гонщик громов...

[Афина;]
У правой руки отца,
Где молния и дышащий огонь,
45[Воссевшая...]

Аполлон с широким колчаном,
Пляшущий владыка великолепий...

...осужден быть благодетелем смертных...

Муза, вещай: я — пророк твой...

50Муза меня подвигнула...

Весть моя слаще
Медуницами строенного сота...

Да умножит древесную поросль
Добрый Дионис,
55Чистый светоч позднего лета...

Что мне сделать в угоду
Тебе, мощный громом Зевс,
Вам, Музы,
И тебе, божественное Благодушие,—
60Молвите!..

Буйный топотун в хоровом кругу,
Малейских вскормленник круч,
Наложник Наяды,
Силен...

65[Силен в споре с Олимпом:]
«Однодневка,
Пустомолвка,
Ты ли, скудный, хвалишься мне добром?..»

[О жрицах:]
70Радуется (Деметра) священным пчелам...

[О ГЕРОЯХ]

Справедливцам вернейший спаситель — Время...

Мертвецам и друзья — предатели...

[О казни титанов:]
75...Иные в цепях, головою вниз...

162—163 [Об Оте и Эфиальте:]
...Быстрые всходни в крутые взметнув небеса...
...Вбили друг в друга копья обоюдной смерти...

В битвы влюбленный Персеев род...

80[О гамадриаде:]
...которой боги
Выкружили жребий
Века, равного веку древесному...

166—167 ...А познав волну
85Медвяного вина, укрощающего людей,
Кентавры
Белое молоко сошвырнули со своих столов —
Безотчетно рванулись они пить из серебряных рогов,
И помутился их ум...
90. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Пораженный зеленою сосною,
Топнул оземь Кеней,
И земля, расступясь, его поглотила...

[О Геракле:]
95Двух быков
Еще теплые туши взвалили они на уголья,
Жаря их на огне;
...тяжкое хрустенье костей, —
Было у меня время
100Все увидеть и все понять...

Обычай — владыка над всеми,
Над смертными и бессмертными;
Правый и в насилии,
Вершит он вершимое всевышней рукой.
105Свидетель тому, — Геракл в его подвигах:
Не он ли Герионовых быков,
Не дареных и не купленных,
Пригнал к киклопическим воротам Еврисфея?..

Жертвовать всего по сотне...

110Цветущих юностью умертвил двенадцать сыновей,
И отца их — тринадцатым...

Юность Пелея,
Героя, подобного богам,
Проблистала тысячами подвигов:
115С сыном Алкмены
Он был на равнине Трои,
Он ходил за поясом амазонки,
Он исплавал славное плавание Ясона
И похитил Медею в колхидском дому...

120[Об амазонках:]
...строили они
Сирийский полк о широких копьях...

Амифаонидам
Цветистую тку я перевязь...

125Не звони пред людьми
Пустыми словами —
Всего бывают надежней
Пути молчанья,
А слово, рвущееся превыше всех, —
130Стрекало битв...

Своему хвала — посмешищем выльется...

[«Из речей об Эрифиле»:]
...Увы!
Незрячая, блуждает мысль
135Однодневок...

[О Фениксе:]
...Привел смелый сонм
Пращников-долопов
В помощь дротам данаев,
140Уздателей коней...

Аянт, мощный превыше мощи,
Невянущий в радости битвы...

Еще стены выдыхают дым...

За честным столом
145Не раз сочетались герои...

[О ЛЮДЯХ И О СЕБЕ]

Колофонского Полимнаста
Ведом тебе к каждому несущийся звук...

[О персах:]
150Всеустрашающие,
Из-за святого брода в море Геллы...

А Мидилово племя ему...

Эолийский [певец?]
Шел тропою дорийских гимнов...

155Дельфы,
Вещуны Аполлоновых правд...

Пятилетний праздник, бычий скотогон,
Когда в первый раз
Я уснул, запеленутый любимец...

160Воздвигнутые на золоте,
Стоят мои священные песни;
Возведем же выше
Стены в пестром убранстве слов...
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
165...и пуще возвеличит уже прославленные Фивы
На путях богов и людей.

[О ГОРОДАХ И СТРАНАХ]

Крепкая колесницею,
Одетая в золото,
170Святейшее изваяние —
Фива...

Сверкающих Фив великий утес...

198a Не чужого, не дальнего хору Муз
Возрастили меня славные Фивы...

175198b Бессмертная влага, сладкая, как мед,
Из светлых ключей Тильфоссы...

[О Спарте:]
Там советы старцев, там копья юнцов,
Там хоры, и Муза, и Аглая...

180Египетский Мендес при морской скале,
Нильский крайний рог,
Где козлы сминаются с женщинами...

Пророки Микен о белых конях...

[О скифах:]
185А иные притворствуют:
Конский палый труп
На словах среди бела дня им мерзок,
Но тайком
Кривыми своими челюстями
190Рвут они копыта его и голову...

Сверкающему городу — Смирне...

[О ДУШЕ И НРАВАХ]

Начало высочайшей доблести,
Владычица Правда,
195Не споткни мою речь о жесткую ложь...

Пешком за лидийской колесницей...

Тартара непроглядная бездна
Стиснула тебя
Узами, кованными Неизбежностью...

200Недозрелые срывать плоды мудрости...

Явная язва городу —
Кто мятежен или страстен любочестием...

Он явил злоумышленный плод души своей...

Зависть,
205Подруга пустых душ...

Справедливостью ли,
Кривыми ли обманами
На вышний всходит оплот
Род земных людей?
210Надвое отвечает колеблющийся мой ум!..

Сладостная,
Лелеющая сердце,
Питающая старость,
Сопутствует [ему] Надежда,
215Кормчая правительница
Переменчивых помыслов смертных...

Разные у разных уставы,
И каждому свой правей, —
Не скаль на меня зубов, земное племя!
220Дано мне, друг мой,
Гребнем, как русую девичью волну,
[Всчесать [3]] наследие древних Пиерид...

Сладко урвать Кипридину милость...

А иные склонили слух к богатству...

225Ни хулы тому, не замены тому,
Что несут нам
Яркая земля и морские волны...

Радуют иного
Венки и слава коням, чьи ноги — как буря,
230А иного — житье в золотом дому,
А иному мило
Быстрою ладьей пронзать вздутые валы...

Золото — чадо Зевса:
Не точит его ни моль, ни червь,
235Смертным душам нет сильней могущества...

Богу ли, любимцу ли бога
Уступать — одно.

Когда бог человеку посылает радость,
Он сначала черное колеблет ему сердце...

240Никто себе зла не ищет...

Юные заботы,
Повитые трудами,
Достигают славы, —
И горят в веках
245Подвиги, вскинутые в эфир...

Коли начат спор,
То попятный шаг
Свергает доблесть в черные глуби...

Кто попран безмолвием,
250Тому и на ближнего своего страшно поднять глаза...

...шагать, опираясь на легкий ствол...

Спасли его буйная удаль да зоркий ум...

Ни огонь, ни железный вал
Не преграда тому, что предназначено...

255Нет поры неверным...

[О ЖИВОТНЫХ]

В колеснице — конь, перед плугом — вол,
У ладейного бока быстрее всего — дельфин,
А кто рвется на кабана,
260Тому надобен сносливый пес...

[О дельфинах:]
Верные мужелюбивому житью...

У дерзких лисиц
Я залег за спиною, как рыжий лев...

265Там ручные — и козьи, и львиные стада...

Тяжкий рев вздымают стаи львов...

[РАЗНОЕ]

...да не утонет он в молчании!..

[О льстецах:]
270...притерт, как доска к доске...

...город Эакидов...

...были-де они сыны
Зевса и Посидона, славного над конями...

...рука Акидалии...

275...родится замолвка большой вражды...

...вслед ему извивы медовых слов...
...растворилась плоть...

[О Вакхе-Разрешителе:]
...разрешает узел несносных забот...

140а. Сильно разрушенный папирус. По Аполлодору, II, 5, 9, Геракл в своем походе против амазонок остановился на Паросе, и правившие там сыновья Миноса убили двух его спутников; Геракл наказал их смертью. На обратном пути от амазонок Геракл освободил от морского чудовища дочь троянского царя Лаомедонта, который за это обещал ему коней, полученных от самого Зевса в виде выкупа за Ганимеда. Лаомедонт не исполнил обещания и за это Геракл потом разорил Трою (см. Истм. 6). Пиндар имеет в виду, по-видимому, несколько иную последовательность событий.

140b. Другой фрагмент того же папируса, п

одкрепляемый двумя цитатами Плутарха (= фр. 200, 235). По-видимому, это зачин стихотворения (дифирамба?); речь идет о Ксенократе из Эпизефирских Локров (земляке Агесидама, воспетого в Ол. 10—11), старшем современнике Пиндара, который вдобавок к ионийскому, лидийскому и прочим музыкальным ладам изобрел «локрийский лад», по свидетельству Афинея (624е), некоторое время пользовавшийся успехом.

140с. Плутарх, «Об упадке оракулов», 30; 140d. Климент, «Строматы», V, 14, 129; 141. Дидим, «О Троице», III, 1; 143. Плутарх, «О суеверии», 6; 144. Схолии к Аристофану, «Всадники», 624; 146. Схолии к «Илиаде», XXIV, 100; 148. Афиней, I, 40.

149. Плутарх, «О надписи “Е” в Дельфах», 21; речь идет об Аполлоне, это — отрывок из пеана 16, найденного в папирусах, но слишком плохо сохранившегося для перевода.

150—151. Евстафий, комментарий к «Илиаде», 11, 40; 152. Оксфордские рукописи (Anecdota Oxoniensia, ed. Gramer), I, p. 285; 153. Плутарх, «Об Исиде и Осирисе», 35.

155. Афиней, V, 18. Благодушие (эвтимия) — характерное пиндаровское олицетворение одного из центральных понятий эллинской гармонической этики.

156. Павсаний, III, 25, 2. Речь идет о культе Силена в лаконской Пиррихе, близ мыса Малеи.

157. Схолии к Аристофану, «Облака», 223: комментируется слово «однодневка», которым у Аристофана ругается Сократ. Олимп, с которым бранится Силен, — легендарный музыкант, «изобретатель» монодической игры на флейте.

159. Дионисий Галикарнасский, «О старинных ораторах», 2; 160. Стобей, IV, 58, 2.

161. Схолии к Аристофану, «Мир», 153. По предположению Века, речь идет о казни титанов, по предположению Бергка — о керкопах, связанных Гераклом. Проказливые карлики керкопы напали на спящего Геракла; он связал их, взвалил на плечи, и они, свисая вниз головами, стали переговариваться: «было нам пророчество, что придет беда от Чернозадого («Мелампига»); теперь мне видно: это он и есть!» Геракл рассмеялся и отпустил их.

162—163. Оксфордские рукописи, I, р. 201 + Аполлоний Дискол, II, 148. Великаны От и Эфиальт — братья-богоборцы, рвавшиеся взойти на небо, взгромоздив «Оссу на Олимп, и Пелион на Оссу». По одному из мифов, Аполлон поразил их своими стрелами («Одиссея», XI, 305), по другому — Артемида в образе лани пробежала между ними, они метнули в нее копья и оба поразили друг друга (Аполлодор, I, 7, 4).

164. Афиней, IV, 41.

165. Схолии к Аполлонию Родосскому, II, 476. Здесь (а еще прямее — в псевдо-плутарховских «Естественноисторических вопросах») Пиндару приписывается следующий контекст этого фрагмента: «Харон Лампсакский в “Истории” пересказывает, что некий Ройк увидел однажды дуб, готовый свалиться наземь, и велел рабам подпереть его; и тогда ему явилась нимфа, которой предстояло умереть с этим деревом, возблагодарила его за свое спасение и сказала, чтобы он просил, чего желает. Он попросил ее разделить с ним ложе, и она обещала; а когда придет этому время, — сказала она, — известит его пчела. И вот однажды, когда он занят был игрою в шашки, подлетела к нему пчела, а он так громко вскрикнул, что нимфа разгневалась и ослепила его».

166—167. Афиней, XI, 51 + схолии к Аполлонию Родосскому, I, 57а. Описание кентавромахии; Кеней — царь лапифов, которому, предсказано было погибнуть не от железа.

168. Афиней, Х, 1. О прожорливости Геракла.

169. Схолии к Нем. 9, 35; Элий Аристид, II, р. 68. Широко популярный в древности текст, на который ссылается Платон в «Горгии», 484b (речь Калликла в защиту «права сильного»): «как-то так говорится в этом стихотворении, ... что Герион коров и не продавал и не дарил, а Геракл все-таки их угнал, считая это природным своим правом, потому что и коровы и прочее добро слабейшего и худшего должно принадлежать лучшему и сильнейшему».

170. Страбон, III, 3, 7 (о гекатомбах).

171. Порфирий, в схолиях к «Илиаде», Х, 255. Ср. Аполлодор, II, 7, 3: Геракл убил Нелея и всех его сыновей, кроме Нестора, за то, что они отказали ему в очищении от греха прежнего убийства.

172. Схолии к Еврипиду, «Андромаха», 796.

173. Страбон, XII, 3, 9 — по поводу того, что жители тех малоазиатских мест, где когда-то жили амазонки, называют себя сирийцами. К этому же стихотворению относятся, вероятно, «отрывки» 174—176; «Пиндар рассказывает, будто храм (Аполлона в Дидимах) был воздвигнут амазонками во время войны с Фесеем» (Павсаний, VII, 2, 6); «...будто Фесей и Пирифой похитили амазонку Антиопу» (Павсаний, I, 2, 1); «...и от Антиопы у Фесея был сын Демофонт» (Плутарх, «Фесей», 28).

179. Схолии к Нем. 7, 116. Амифаониды — Биант и Меламп (см. Пиф. 4 и пеан 4).

180. Климент, «Строматы», I, 10, 49; 181. Схолии к Нем. 7, 89; 182. Элий Аристид, II, р. 283 («из речей об Эрифиле»).

183. Страбон, IX, 5, 5: о том, что у Пиндара Феникс назван вождем эпирских долопов в греческом войске под Троей, чего у Гомера не было.

184. Геродиан, II, 659, 26; 185 Этимологик Гуде р. 321, 55 (текст сомнителен); 187. Плутарх, «Застольные вопросы», II, 10.

188. Страбон, XIV, 1, 28 Пиндар упоминает о каком-то Полимнасте как о знаменитом музыканте. Ср. о нем пс.-Плутарх, «О музыке», 5.

189. Схолии к Аристофану, «Осы», 308. «Море Геллы» — Геллеспонт. Из дифирамба афинянам?

190. Схолии к Пиф. 8, 53. Из эпиникиев? Об эгинском роде Мидилидов ср. Пиф. 8.

191. Схолии к Пиф. 2, 128. Ср. Ол. 1, 17 и 105 о «дорийской лире» и «эолийском ладе».

192. Схолии к Пиф. 4, 4; 193. Жизнеописание Пиндара», 6. Пифийский праздник с обильными жертвоприношениями справлялся каждые четыре года, но греки причисляли и год предыдущего праздника. Речь идет о празднике 522 или 518 г.

194. Элий Аристид, II, р. 159. Из цитаты неясно, относятся ли начало и конец фрагмента к одному стихотворению или к двум.

195. Схолии к Пиф. 4, 25. Речь идет о статуе нимфы, эпонима города; ср. начало Истм. 1.

196. Схолии к Пиф. 2. Имеется в виду Кадмея, фиванский акрополь. Ср. фр. 204.

198а. Хрисипп, фр. 180а. Цитата без имени автора, но приписываемая Пиндару всеми издателями.

198b. Афиней, II, 15. Тильфосса — источник в южной Беотии, посвященный Аполлону; здесь умер и был похоронен вещий Тиресий.

199. Плутрах, «Ликург», 21. Аглая («Блистательная») — одна из Харит (ср. Ол. 14); Пиндар вспоминает «доликурговскую» пышность Спарты времен Алкмана.

201. Страбон, XVII, 1, 19. Мендес — город невдалеке от восточного (но не «крайнего») устья Нила, где священным животным почитался козел (по греческому представлению — Пан). Ср. фр. 82.

202. Схолии к Пиф. 4, 207. Об Амфиарае?

203. Зенобий, III, 23 и др. паремиографы. Объяснение пословицы «как скифу конь»: «так говорится о тех, кто тайно рад ухватить, а открыто лишь отпирается да отрекается».

204. Схолии к Пиф. 2 — вместе с фр. 196 приводится как пример эпитета «сверкающий» применительно к городу.

205. Стобей, «Эклоги», II, 1, 21; 206. Плутарх, «Никий», 1 (стих, ставший поговоркой со значением «посягать на непосильное»).

207. Плутарх, «Утешение Аполлонию», 6. Текст сомнителен; перевод по варианту, принятому Пюшем.

209. Стобей, «Эклоги», II, 1, 21. Ср. «Жизнеописание» и приложенные к нему «изречения» Пиндара.

210. Плутарх, «О подавлении гнева», 8; 211. Плутарх, «О поздней каре от богов», 19; 212. Плутарх, «О пользе от врагов», 10; 213. Максим Тирский, 12, 1 (ср. Платон, «Государство», II, 365b); 214. Платон, «Государство», I, 331а; 215. Папирус; 217. Климент, «Педагогик», III, 295; 219. Большой Этимологик, 178, 10.

220. Плутарх, «Застольные вопросы», VII, 5, 3. По контексту, речь идет о местной и привозной снеди для застолья.

221. Секст Эмпирик, «Пирроновы положения», I, 86. Этому отрывку подражал Гораций в знаменитом вступлении к своим одам (завершая перечень: «а мне отрадней всего лирная песня!»).

222. Схолии к Пиф. 4, 410; 224. Схолии к «Илиаде», XVII, 98; 225. Схолии к Ол. 2, 42; 226. Элий Аристид, II, р. 238; 227. Климент, «Строматы», IV, 7, 49; 228. Плутарх, «Заниматься ли старикам политикой», I, 229. Схолии к Ол. 8, 92; 230. Либаний, письмо 1218; 231. Схолии к Нем. 7, 87; 232. Плутарх, «Марцелл», 29; 233. Климент, «Педагогик», III, 12, 92.

234. Плутарх, «О спокойствии души», 13; 236. Схолии к «Одиссее», X, 240.

237. Элий Аристид, II, р. 159 («к одному из слушателей, который отвлекся и забыл, кто перед ним»).

238. Схолии к Пиф. 2, 31. Об острове Кирки?

239. Геродиан, «О фигурах», р. 100; 240. Схолии к Ол. 10, 62; 241. Афи

ней, VI, 53; 242. Схолии к Аристофану, «Мир», 250 (об Эгине).

243. Геродиан, «О фигурах», р. 100. О Фесее и Пирифое. По-видимому, из оды о том, как Фесей похитил в Спарте Елену, чтобы сделаться зятем Зевса (фр. 258 = Павсаний, I, 41, 5).

244. Большой Этимологик, 513, 20 (о нимфе); 245. Оксфордские рукописи, I, 95, 5; 246. Лесбонакт, «О фигурах», р. 44; 248. Плутарх, «О льстеце и друге», 27.

Дальнейшие фрагменты Пиндара, включаемые в издания, это лишь отдельные слова и приблизительные пересказы содержания. Пюш выделяет из них только одно место, фр. 292, из Платона, «Феотет», 173е:

«...разум же, пренебрегши всем этим как пустым и ничтожным, парит надо всем, как у Пиндара, меря просторы земли, спускаясь под землю и воспаряя выше небесных светил, всюду испытывая природу любой вещи в целом и не опускаясь до того, что находится близко» (пер. Т. В. Васильевой).

[Пиндар]


ЭПИНИКИИ ИСТМИЙСКИЕ, 1. <«ИОЛАЙ И КАСТОР»>

{ГЕРОДОТУ ФИВАНСКОМУ,
сыну Асоподора-изгнанника, на победу
в колесничном беге, — песня, для которой поэт
оторвался от пеана кеосцам.
5Год — около 458.]

1с Матерь моя Фива [1],
Носительница золотого щита,
Для меня твой труд
Превыше всяких забот!
10Да простит меня
Каменный Делос, над которым ныне моя рука,
Что дороже для доброго, чем отец и мать?
Помедли, обитель Аполлона:
Если боги со мной, —
15Допряду я до конца обе мои славы, —

1а И на омытом Кеосе для прибрежных мужей
Выведу хор пред косматого Феба,
И на Истмийском всхолмье меж двух зыбей,
Где Кадмову полку
20Шесть венков [2] стяжала победная борьба
Во имя отчизны,
От Алкмены, родившей бестрепетнейшего из сыновей,

1э В дрожь бросавшего псов Гериона.

Я слаживаю дар
25Геродоту на конной четверне,
Не чужими руками [3] правящему бразды,
Но хочу его смежить
С песней о Касторе и об Иолае.
Гонители колесниц,
30Лучшие меж рожденными в Спарте и Фивах,

2с Состязатели неисчетных игр,
Украсившие дома
Треножниками, котлами и золотом чаш,
Вкусившие от победных венков,
35Просияли они светлою доблестью
И в голом беге,
И в тяжелом щитоносном грохоте [4],

2а И в силе мышц,
Мечущей дроты и каменные диски.
40Не было тогда пятиборства —
Всякому делу был свой венец.
Осенив их ветвями гривы,
Сколько раз являлись они
Над берегом Диркеи [5], над берегом Еврота —

452э Сын Ификла, отрасль от сева спартов,
Сын Тиндара, насельник высокой ахейской Ферапны,
Вам мой привет!

А здесь,
Облегая моею песнею
50Посидона,
Трижды священный Истм
И склон над Онхестом [6],
Меж почестей Геродоту
Я восславлю и громкий жребий отца его Асоподора,

553с И праотцеву пашню Орхомена,
Которая его приняла
Из безмерных зыбей, из обломков крушенья [7],
Из ледяной беды.
Прирожденная участь привела его к прежнему счастью,
60Но кто знал страданье — тот зорок умом.

3а Кто ревнует о доблести всем пылом своим,
Не жалея трудов и трат,
Тому, достигшему,
Поделом беззавистные и честь и блеск.
65Мудрому легко,
Добрым словом воздав за многие труды,
Стяжать себе всеведомую красу;

3э А иному труду иная награда сладка,
Пастырю ли, пахарю ли, птицелову или рыболову, —
70От гиблого голода всяк бережет нутро.
И только тот,
Кто в скачке и в битве
Познал роскошество славы, —
В доброй молве
75Высшую собирает прибыль:
От ближних и от неближних —
Красную речь.

4с Но пора нам прогреметь чередой
Зыблющему землю
80Кронову сыну,
Близкому богу [8],
Благодетелю конных колесниц,
И сынам твоим, Амфитрион,
И Миниевой долине,
85И Деметриной элевсинской дубраве,
И Евбее, —
Всем удолиям гнутых бегов;

4а И твоя к ним причтется ограда, Протесилай,
Освященная в Филаке ахеянами.
90Но не высказать мне всего [9],
Что Гермесом-состязателем вверено
Геродоту и его скакунам, —
Малой мерой мерится стих,
А о чем промолчишь, в том больше порой отрады.

954э Пусть же Геродот
На сверкающих крыльях певчих Пиерид
Обернет свою руку избранной листвой [10]
Пифона и алфейских Олимпиад,
Слаживая славу семивратным Фивам!
100А кто пасет про себя тайное свое добро,
Насмехаясь над теми, кто не таков, как он,—
Тот забыл, что душа его низойдет к теням
Бесславно.

<«Иолай и Кастор»> Геродоту Фиванскому, 458 г. (?). Асоподор, командовавший при Платее фиванской конницей в персидском войске, упоминается Геродотом, IX.69. По-видимому, это и был отец пиндаровского героя, вынужденный после войны бежать в Орхомен; таким образом, победа его сына на состязаниях была до некоторой степени реабилитацией запятнанного рода. Поэтому речь об Асоподоре выдвинута в центр пиндаровской оды, и пятичастное построение ее несколько необычно: славословие родине — миф (Иолай и Кастор введены как покровители колесничников) — Асоподор — славословие поэзии — и, наконец, славословие герою с его прошлыми и будущими победами. Для сочинения этой оды своему земляку Пиндар оторвался от пеана 4 для кеосцев в честь Делоса, над которым в это время работал. Дата — предположительная, по времени союза Фив со Спартой перед битвой при Танагре (символ этого союза — сочетание имен Кастора и Иолая).

 

1. Фива... — ср. фр. 195. Предполагалось, что имеется в виду действительная статуя нимфы Фивы, но это маловероятно.

2. ...Кадмову полку шесть венков... — т. е. шесть побед на этих истмийских играх досталось фиванцам.

3. Не чужими руками... — обычно владелец колесницы не сам правил, а нанимал профессионального возницу; исключения (здесь, по-видимому, просто по бедности Геродота) были так редки, что оговариваются особо.

4. Щитоносный грохот — т. е. бег в оружии; здесь это такой же анахронизм, как и в Ол. 10 (хотя далее Пиндар и обращает внимание на перемены в истории пятиборья).

5. Над берегом Диркеи... — в Фивах (городе спартов, см. примеч. к Пиф. 9.83), над берегом Еврота — в Спарте (о Ферапне см. примеч. к Пиф. 11.60—64).

6. Онхест — над Копаидским озером в Беотии, центр местного культа Посидона; как и миф о Касторе и Иолае, он упомянут здесь для подкрепления мысли о единстве фиванского и дорийского племени, ср. Истм. 4.20.

7. Крушение — по-видимому, аллегория судьбы Асоподора; впрочем, Фарнелл допускает и прямое значение — морское крушение, в котором Асоподор потерял все имущество.

8. Близкому богу... — Посидону Онхестскому; в Фивах был храм Посидона-Конопаса (схолиаст).

9. Перечень игр, где побеждал Геродот: онхестские Посидонии, фиванские игры в честь Иолая и Геракла («сынов Амфитриона», ст. 55), орхоменские Миниеи, элевсинские в честь Деметры, евбейские в честь Посидона и в честь Артемиды, фтийские в память героя троянской войны Протесилая.

10. ...избранной листвой... — пожелание пифийских и олимпийских побед.

[Пиндар]


ЭПИНИКИИ ИСТМИЙСКИЕ, 2.

{КСЕНОКРАТУ АКРАГАНТСКОМУ
сыну Энесидама, и вознице его Никомаху,
на победу в колесничном беге,
песнь посмертная для Фрасибула,
5сына Ксенократа, посланная через Никасиппа.
Год — около 470.]

1с В старые, Фрасибул, времена,
Кто всходил на повитую золотом колесницу Муз
Навстречу гремучей своей лире,
10Тот, как стрелы, стрелы, медвяные песни свои
Тем юным, чья свежая красота
Сладкие сулила плоды
Афродите на светлом престоле.
1а Жадная Муза не шла тогда в наем,
15И не торговала медовая Терпсихора
Нежноголосыми песнями, клеймеными серебром, —
Ныне же зовет она вслед
Слову аргосца [1] на путях его правды:
1э «В деньгах, в деньгах — человек!» —
20Так сказал он, лишась добра и друзей.

Ты понял меня.
Не безвестное я пою —
Пою истмийскую конную победу,
Которую послал Ксенократу Посидон,
25Дорийской зеленью обвивая ему лоб,
Почитая в нем

2с Доброго колесничника, светоч Акраганта.
Так и в Крисе
Осенил его блеском широкосильный Аполлон;
30Так и в пышных Афинах [2]
Он пришелся подстать громким почестям сынов Эрехфея
И охулки не положил на хлещущую коней
Спасительную руку Никомаха,

2а Вовремя умевшую отпустить вожжу.

35(Это в нем познали гостеприимца
Элойцы, вестники урочного Зевсова мира [3],
И сладко выдохнули ему привет,
Припавшему к коленям золотой Победы

2э В той земле,
40Где слывет священный лес Олимпийского Зевса
И где бессмертную честь [4]
Пожали сыны Энесидама.)

Поистине, Фрасибул,
Не забыт твой дом
45Ни милыми пирами, ни медвяными песнями:

3с Ни бугра, ни препоны на том пути,
Каким сходит к славным геликонская честь.
Пусть же бьет мой диск дальше всех,
Как был выше всех сладким правом Ксенократ!
50Почтенный меж граждан,

3а По всеэллинскому уставу вскармливавший скакунов,
Прилежал он всем божеским застольям;
Ветер, овевавший радушные его пиры,
Никогда не велел ему подтягивать паруса:
55Летом домывалось ему до Фасиса,
Зимою — до нильских берегов [5].

3э И хоть завистью обвисли души людей,
Ты не промолчи
Ни о доблести отца,
60Ни об этой песне моей [6] —
Не затем она сложена, чтобы праздно коснеть!
Объяви это, Никасипп [7],
Когда ступишь на порог милого моего гостеприимца.

Ксенократу Акрагантскому, 470-е. (?). Ксенократ, брат Ферона, адресат Пиф. 6, незадолго до смерти хотел устроить родовой праздник с песнями в честь прежних своих побед, и Пиндару была заказана такая песня в честь первой победы Ксенократа, Истмийской, воспетой в свое время Симонидом (известным своими высокими гонорарами). Ксенократ умер, не дожив до праздника, но Пиндар оду написал и отправил ее своему другу Фрасибулу, Ксенократову сыну, которому в Пиф. 6 были посвящены такие горячие слова. Отсюда — слова «не безвестное я пою», отсюда и эффектная апология и древнего и своего собственного бескорыстия (а может быть, наоборот, намек на ожидаемый от Фрасибула гонорар) в начале оды. Таким образом, по существу это не столько эпиникий, сколько дружеское послание, — поэтому обычной композиции с мифом в центре здесь нет, а вместо нее — последовательные похвалы Ксенократу, Никомаху и Фрасибулу.

 

1. Слову аргосца — пословица, приписывавшаяся некоему Аристодему, современнику «семи мудрецов»; в стихах она впервые появляется у Алкея (фр. 101): «Так молвил // Аристодам // Разумное в Спарте слово: // «В богатстве — весь человек; // Кто добр, но убог, — ничтожен».

2. ...В пышных Афинах... — на Панафинейских играх, которые из местных игр ближе всего подходили по значительности к всеэллинским. Сыны Эрехфея — афиняне.

3. Зевсов мир — перемирие на время Олимпийских игр; какое отношение к нему имел Никомах, неизвестно.

4. ...бессмертную честь... — победа Ферона в Олимпии в 476 г. (Ол.2—3).

5. ...до Фасиса... до нильских берегов — т. е. до крайнего севера и до крайнего юга, — выражение, близкое к пословице. Ср. Пиф. 1.91.

6. Ни об этой песне моей — в подлиннике буквально «песнях моих»: может быть, одновременно с этой одой был послан энкомий Фрасибулу, от которого сохранился фр. 124?

7. Никасипп — учитель пения, с голоса перенявший песнь Пиндара и везущий ее сицилийскому хору; ср. роль Энея в Ол. 6.

[Пиндар]


ЭПИНИКИИ ИСТМИЙСКИЕ, 3.

{МЕЛИССУ ФИВАНСКОМУ,
из рода Клеонимидов
На немейскую победу в колесничном беге —
вступление к последующей песне.
5Год — около 474—473.]

с Кто из смертных изведал счастье
В славной ли борьбе,
В мощном ли богатстве,
Но остался чист от пагубы пресыщения, —
10Тот вправе
Витать в похвалах сограждан.
Зевс,
Не от тебя ли все смертные доблести?
Долго живет блаженство при богобоязненных,
15И не вечен его цвет при лукавых уловках,

а Но за славные подвиги
Воздаяние доблестному — песня,
Воздаяние ему — шествие
Благодарно величающих голосов.
20Доля двойной победы
К радости оборотила сердце Мелисса:
И в истмийской лощине стяжал он венок,
И в полом логе широкореброго льва [1]
Конным одолением огласил он имя семивратных Фив.

25э Врожденная доблесть необманчива.
Славен был в колесницах Клеоним;
Колесничными трудами вымерил богатство и род его,
По матери сверстный Лабдакидам [2].
Но превратно время [3], катящее дни, —
30Только боги рождают неуязвимых.

<«Геракл»> Мелиссу Фиванскому, 474—473 гг. (?). Мелисс Фиванский одержал победу на Истмийских играх и заказал Пиндару оду о ней (Истм. 4); а пока ода писалась, он успел одержать еще одну победу, на Немейских играх, и Пиндару пришлось сделать к своей оде добавку (Истм. 3), написанную тем же размером строфы и композиционно сливающуюся с ней; одна из двух древнейших рукописей и за нею некоторые издатели представляют эти две оды как одну целую. Основная мысль оды — та же, что и в Истм. 1: победа Мелисса возвращает славу его роду, потерявшему четверых своих членов в войне на стороне Ксеркса. Отсюда и приблизительная датировка. Композиция — симметричная, пятичленная; похвала роду — миф об Аянте — похвала герою — миф о Геракле — похвала празднику; каждая мифологическая вставка связана с предыдущим куском. Любопытно, что миф о гибели Аянта здесь приводится в похвалу Гомеру и силе поэзии, тогда как в Нем. 7 — наоборот, в порицание.

 

1. ...в логе... льва — т. е. в Немее.

2. ...сверстный Лабдакидам — жена Клеонима — родоначальника была из фиванского царского рода Лабдакидов (Лабдак — дед Эдипа).

3. ...превратно время... — т. е. нужно обновлять славу рода песнями о новых победах.

[Пиндар]


ЭПИНИКИИ ИСТМИЙСКИЕ, 4. <«ГЕРАКЛ»>

{МЕЛИССУ ФИВАНСКОМУ,
сыну Телесия, ученику Орсея,
на истмийскую победу в разноборье —
продолжение предыдущей песни.]

51с Милостями богов
Десять тысяч троп мне открыты;
Но легче всех
Явлена Истмом
Песнь во славу доблести твоей, Мелисс!
10Доблестью такой
Издавна цвели Клеонимиды,
И боги были с ними до людского их рубежа.
Но по-разному разные ветры бьют и гонят смертных.

1а Издавна слывшие
15Чтимыми от фивян,
Гостеприимными меж окрестников,
Чуждыми зычной спеси,
Сколько есть безмерного дыхания славы
Над всеми, кто жив, и всеми, кто мертв, —
20Они выпили его до конца,
Досягнувши мужеством до Геракловых столбов,

1э Кормильцы коней,
Угодники медного Ареса,
И не было доблести дальше их, —
25Как вдруг в единый лишь день
Грубая буря войны
Четырьмя мужами осиротила их блаженный очаг.

Ныне же вновь
Цветет земля,
30После черной зимы испестренная красными розами, —

2с Так велели боги.
Потрясатель суши [1],
Царящий в Онхесте и на морском мосту, где коринфский вал,
Этою дивною песнею отцам твоим
35Поднимает с одра
Древнюю славу их громких дел:
Пробужденная от сна,
Блещет она лицом, как заревая звезда меж звед,

2а Вестница колесничных побед,
40На всхолмьях Афин,
На сикионских играх Адраста
Стяжавшая песенную листву [2]
От былых певцов.
Многолюдных сборищ
45Не чуждалась их гнутая колесница —
Конский счет сводить со всею Элладою
Было им по душе.

Кто не дерзает — о том молчат;
2э Кто бьется, не достигнув, — тот скрыт для Удачи.
50Она одна
Дарит лучшее и дарит худшее;
И коварство дурных опрокидывает сильных.
Не забыто, как кровавый Аянт
В ночи
55Всею мощью облег свой меч,
На позор Элладе под стенами Трои.

3с Но Гомер его почтил средь мужей [3],
Выправил его доблесть,
Указал о нем песнь по жезлу своих божественных слов.
60Что сказано хорошо —
То звучит, не умирая,
И ложится на всеродящую землю и море
Красных дел
Негаснущий луч.

653а Познать бы и мне благоволенье Муз,
Воспламенить бы и мне костер моих похвал
Венцом разноборцу,
Ветви Телесия — Мелиссу!
Отвагою в труде настигает он ревучего льва,
70Хитростью — лису,
Навзничь отражающую [4] орлиный вихрь,—
Все благо бойцу, лишь бы враг стал слаб!

3э Статью он не выдался [5] в Ориона,
И смотреть на него — свысока смотреть;
75Но где мощь гнет мощь — там он тяжек.
Так в пшеничную Ливию, в Антеев дом
Пришел из Кадмейских Фив
На борьбу,
Чтоб не крылся черепами гостей Посидонов храм [6],
80Человек
Видом мал, духом тверд, —

4с Сын Алкмены,
Исходивший землю и седое море в крутых берегах.
Укрощая путь корабельщикам [7],
85Чтобы взойти на Олимп,
Где и ныне при Эгидоносце
Обымает он прекраснейшую из отрад,
Чтимый друг богам,
Супруг Гебы,
90Царь золотого дворца,
Гере — зять.

4а Это для него у Электриных ворот [8]
Мы, его одноземцы,
Правим мир,
95Свежие вьем венки для алтарей
И в огонь громоздим
Жертвы павшим восьмерым, закованным в медь,
Сынам от Мегары [9], дочери Креонта.
Это им
100На закате света встает огонь
И всю ночь бьет воздух душистым дымом,

4э А наутро — быть
Годовой игре, подвигу силы,
И это там,
105Миртами [10] убеливши лоб,
Двойную свою победу явил [11] Мелисс,
После третьей, прежней, меж отроками,
Когда вверился он советному уму
Кормчего своего у кормила.
110С ним, чье имя Орсей,
Соединю я Мелисса в величании моем,
В сладких росах струящейся благости.

1. ?отрясатель суши — Посидон Онхестский и Истмийский.

2. ...песенную листву — ср. Пиф. 9.124 об обряде «филлоболии».

3. Но Гомер его почтил... — самоубийство Аянта описывалось в «Эфиопиде» Арктина, но подвиги — в «Илиаде» Гомера.

4. Навзничь отражающую... — «лисий» прием, дозволенный в разноборье, но не в простой борьбе.

5. Статью он не выдался... — редкая у Пиндара внешняя характеристика героя с помощью образов могучего охотника Ориона и коренастого Геракла (Пиндар один так прямо говорит о его невысоком росте).

6. Посидонов храм — черепами убитых им пришельцев Антей покрывал храм своего отца Посидона; миф введен с расчетом, чтобы показать «гуманизацию» культа Посидона, бога Истмийских игр.

7. ... и седое море... корабельщикам — намек на «Геракловы столпы».

8. ...у Электриных ворот в Фивах справлялся не раз упоминаемый Пиндаром праздник в честь Геракла и Иолая.

9. Павшим... сынам от Мегары... — этим Пиндар отстраняет неприятный ему вариант мифа о Геракле — безумце и детоубийце (излагавшийся уже у кикликов, Стесихора и Ферекида, а после Пиндара — в трагедии Еврипида).

10. Миртами — мирты были наградой на Иолаевых играх (схолиаст).

11. ...победу явил... — т. е., поучившись у Орсея, Мелисс стал побеждать и взрослых.

[Пиндар]


ЭПИНИКИИ ИСТМИЙСКИЕ, 5. <«ЭГИНА»>

{ФИЛАКИДУ ЭГИНСКОМУ,
сыну Лампона, брату Пифея,
на победу в разноборье.
Год — 479—478.]

51с Зрячая Фия [1],
Многими именами именуемая
Матерь Солнца,
Это ты научила людей
Сильное золото чтить превыше всего,
10Это в царскую твою честь
Дивно состязаются в вихревой борьбе
В море корабли и в колесницах кони,

1а А в битвах игр
Вожделенную обретает славу
15Густо увенчанный победитель
В мощи мышц, в скорости ног.
Людская сила метится божеством.
Два лишь блага взметают пух цветущего обилия —

1э Хорошее дело и добрая молва.
20Если выпали они тебе на долю —
Не рвись быть Зевсом: у тебя есть все.
Смертному — смертное!

Пусть на Истме расцвели два подвига борьбы
Для тебя, Филакид,
25А в Немее — для тебя вдвоем с Пифеем, —
Не вкусна мне песня без Эакидов!
И Хариты меня привели к сынам Лампона

2с В этот город, где благ закон;
Чиста его дорога для божьих дел, —
30Не преминь же
Песнею вмешаться в похвалу его трудам,
Ибо слово — мзда для добрых бойцов,
Ибо гремят они в разноголосье флейт и лир

2а Во веки веков.
35Это Зевсом велено им стать заботой певцов:
Сильным сынам Инея [2] — в светлых жертвах этолян,
Коногону Иолаю — в чести от Фив,
В Аргосе — Персею,
Над потоком Еврота — копью Полидевка и Кастора,

402э А в Эноне —
Высокому пылу
Эака и Эаковых сынов —
Тех, что дважды
Боем попрали Трою
45Вслед Гераклу и вслед Атридам.
Оттолкнись же — и в путь!
Скажи:
Кто убил Кикна [3]? Кто Гектора?
Кто — эфиопского воеводу, бесстрашного Мемнона в медной броне?
50И кто вонзил копье
В лучшего Телефа над берегом Каика?

3с И уста мои ответят:
Родина им — Эгина, остров из островов,
Издавна строенная
55Неприступная башня высочайших доблестей.
Тысячей стрел
Готов о ней грянуть мой речистый язык,
А порука тому — город Аянта,
Саламин,
60Выстоявший перед Аресом силою гребцов,

3а Под смертным ливнем Крониона,
В бушующей гибели несчастных мужей.
Но гордыню ороси молчание [4]!
Зевс пасет и это, и то;
65Зевс — всему владыка!

А победную радость в милом меду [5]
Любит и здешняя честь.
Кто выйдет на бой,

3э Изведав породу Клеоника [6]?
70Долгая усталь не ослепляла их мужей,
Щедрые траты не иссушали их надежд.
Так хвала же и тебе, Пифей,
Проторивший путь Филакиду меж гибкими,
В кулачном беге сильный умом!
75Отнеси ему венок, вручи льняную перевязь
И на юных крыльях устреми к нему песнь.

Герой оды — из того же эгинского рода Псалихидов, которому посвящены Нем. 5 и Истм. 6; родословные отношения упоминаемых лиц см. в примеч. к Нем. 5. Ода примечательна упоминанием о недавнем событии — о битве при Саламине, в которой эгиняне играли столь важную роль. План трехчастный, симметричный: хвала играм — хвала Эгине (в ее прошлом — Эакиды — и в настоящем — Саламин) — хвала победителям.

 

1. Фия — одна из Титанид («Феогения», 60—64), мать Солнца, Луны и Зари.

2. ...сынам Инея — Тидею и Мелеагру; культ Тидея засвидетельствован в греческой Италии, Мелеагра — более не упоминается.

3. Кто убил Кикна?.. — четыре подвига, совершенные Ахиллом, приписываются «Эакидам» в совокупности, отсюда заключение — «родина им — Эгина» и т. д. Греки перед Саламинской битвой поставили свой стан под покровительство Эакидов: «совершив молебствие всем богам, они призвали из Саламина на помощь Аянта и Теламона, а за Эаком и прочими Эакидами отправили корабль на Эгину» (Геродот, VIII.64).

4. ...молчание! — неожиданный обрыв мысли объясняется тем, что в персидской войне эгиняне сражались за греков, а соотечественники Пиндара — за персов.

5. ...в милом меду — мед был средством консервирования съестных припасов; так песня должна сохранить память о победе.

6. Кто выйдет на бой, изведав породу Клеоника?.. — вариант перевода: «пусть всяк идет на бой по примеру потомков Клеоника!..»

[Пиндар]


ЭПИНИКИИ ИСТМИЙСКИЕ, 6. <«ТЕЛАМОН»>

{ФИЛАКИДУ ЭГИНСКОМУ,
сыну Лампона, брату Пифея, племяннику Евфимена
на победу в разноборье.
Год — 484 или 480.]

51с Как на мужеском цветущем пиру [1],
Повторную чашу
Я напеню песнями Муз
Во славу Лампоновой породы.
Счастливая в борьбе,
10Впервые снискала она в Немее
Лучшую красу венков твоих, Зевес;
А ныне вновь
От владыки Истма и пятидесяти Нереид,
Лучший в оружии меж сынами,
15Принял победу
Филакид.
О, если бы и третья об Эгинской земле
Брызнула возлиянием медовая песнь —
Зевсу — Олимпийцу!

201а Кому из смертных в радость трата и труд
Для богозданных дел,
В ком святой посев богозданной славы,
Тот люб богам,
Тот бросает якорь у предела счастья,
25Радости той достичь
Раньше черной смерти и белых седин
Молит потомок Клеоника,
И я кричу
К высокому престолу Клио и ее сестер;
30Да сбудется по слову друга моего!

1э Эакиды золотых колесниц!
Ясный мне поставлен устав:
Не излив росы славословящих похвал,
Не ступать на землю Эгины,
35Десять тысяч торных дорог след в след
Мерены по вашим подвигам
За Нильский исток [2] и за гиперборейский край.
Безъязычная или иноязычная
Есть ли даль,

402с Где не слышано о Пелее, зяте богов,
Или о Теламоновом Аянте, или
О его отце,
Которого повел на судах,
Верного соратника тиринфянам,
45Сын Алкмены
В медную радость боя?
Это с ним он полонил Пергам [3],
Это с ним сокрушил меропов
И на флегрейского волопаса Алкионея [4], который как гора,
50Гудящую свою натянул тетиву

2а Геракл.

Он пришел позвать его в море
И застал его на пиру.
Он стоял в львиной шкуре,
55Крепкий копьем,
А лучший Теламон
Для нектарного возлияния
Подал ему винную чашу, вздыбленную золотом, —
И Амфитриониад,
60Вскинув к небу необорные руки,
Вымолвил такие слова:
«Отец мой Зевс!
Если доброхотен ты к мольбе моей, —

2э Заклинаю тебя, заклинаю святою клятвою:
65Да будет от Эрибеи сын,
Чтоб полна была доля моего гостеприимца!
Да будет он тверд, как шкура вкруг меня [5],
Добытая в первейшем немейском бою,
И да будет дух его мужествен!»
70Так сказал он,
И явился от бога над ним
Орел [6], царь птиц,
И сладкая радость уколола сердце его,

3с И он молвил, зазвучав, как провидец:
75«Будет тебе сын по мольбе твоей, Теламон!»
И он прорек ему зваться Аянтом по явленному орлу
И быть первым в трудах Эниалия.
Он сказал: он сел, — но длинна мне тропа его подвигов!
К Филакиду,
80И к Пифею, и к Евфимену
Я пришел, моя Муза, кладовщиком торжеств,
И слова мои по-аргосски [7] кратки.
3а Пятиборные три победы [8]
Пожали они на Истме,
85А иные — в густолистой Немее, —
Два светлые сына с братом их матери.
Сколько песен вывели они на свет,
Красневшею росою Харит
Увлажняя отчину Псалихидов,
90Утверждая дом Фемистия,
Обитая город, дорогой богам!
А Лампон, прилежа к их делу
Во славу Гесиодова слова [9],
Назидает, бодрит,

953э Общую красу готовит сынам и городу,
Чтимый гостями за добрые дела,
Меры искатель [10], меры блюститель,
Чьи слова и мысли — одно.
Меж борцов он — как наксосский камень [11], острящий медь,
100И ему поднесу я
Диркейскую святую струю,
Подпоясанными дочерьми Мнемосины в золотом покрывале
Выбитую у крепких ворот
Города Кадма.

<«Теламон»> Филакиду Эгинскому, 484—480 гг. (?). Это вторая из песен, посвященных Пиндаром эгинскому семейству Лампона из рода Псалихидов (ср. более раннюю Нем. 5 для Филакидова брата и более позднюю Истм. 5 для того же Филакида); отсюда слова «повторную чашу...» в начале оды. Отец Лампон уподобляется здесь Теламону, прославивший его сын — Аянту, а сам поэт — Гераклу. Симметричная трехчленная композиция: адресат — миф — адресат.

 

1. Ср. зачин позднейшей Ол. 7. Пир обычно начинался тремя возлияниями — Зевсу Олимпийскому, Земле и героям, и Зевсу-Спасителю. Отсюда мысль: «о если бы за немейской и истмийской победами последовала бы олимпийская!»

2. Нильский исток (родина Мемнона, убитого Ахиллом) и гиперборейский край — символы крайнего юга и севера, ср. Истм. 2.41—42.

3. ...полонил Пергам — поход Геракла и Теламона против Лаомедонтовой Трои был изображен на восточном фронтоне знаменитого эгинского храма (построенного при жизни Пиндара, но уже после Саламинской битвы и этой оды).

4. О меропах и Алкионее, «похитителе быков» см. Нем. 4.28—30 и примеч.

5. ...шкура вкруг меня — каменная шкура немейского льва.

6. Орел — популярная этимология имени «Аянт» от слова «айетос», «орел».

7. ...по-аргосски — Аргос славился дорийским немногословием так же, как и Лакония.

8. ...три победы — истмийская Филакида (Истм. 6), немейская Пифея (Нем. 5) и истмийская или немейская — Евфимена (между упоминанием о нем в Нем. 5.41 и нашей одой).

9. Гесиодова слова — «Труды и дни», 412; «богатство дается стараньем». Ср., впрочем, Нем. 3.74 и примеч.

10. Меры искатель... — тоже реминисценция из Гесиода, «Труды и дни», 694: «Меру во всем соблюдай, и дела свои вовремя делай». Этот культ «меры» — сквозная черта всей греческой культуры от дельфийских изречений до этики Аристотеля.

11. наксосский камень — наксосские оселки упоминаются и Плинием.

[Пиндар]


ЭПИНИКИИ ИСТМИЙСКИЕ, 7. <«ФИВЫ»>

{СТРЕПСИАДУ ФИВАНСКОМУ,
племяннику Стрепсиада, павшего в бою,
на победу в разноборье.
Год — 454 (?)]

51с Какая тебе радость радостней всех,
Блаженная Фива,
Меж радостей твоей земли?
Рождество ли Диониса,
Кудрявого сопрестольника Деметры, гремящей в медь [1]?
10Нисхождение ли высшего меж богов
В полуночном золотом дожде

1а К Амфитрионову дому [2],
Чтобы севом Геракла настичь жену?
Или тучная дума Тиресия?
15Или мудрый о конях Иолай?
Или спарты с неустающими копьями?
Или битвенный крик,

1э От тысяч павших друзей погнавший Адраста к конному Аргосу?
Или ставленные тобою
20Выселки Дориды в Лаконской земле
И Амиклы, павшие от твоих Эгидов [3],
По вещему слову Пифии?
Но счастье былого — сон:
Люди беспамятны

252с Ко всему, что не тронуто цветом мудрецов,
Что не влажено в струи славословий.

Правь же ныне праздник,
Пой же красные песни
Стрепсиаду!
30Он несет от Истма многоборный венок,
Он мышцей могуч, он статью красив,
И доблесть ему под рост.

2а Он сияет в Музах с синими кудрями,
И ветвь его осеняет
35Брата его матери, соименного ему,
Чья участь замешана под медным щитом Ареса.

Награда честному — честь:
Поистине,
Кто от милой родины отвел кровавый град,

402э В туче боя выйдя с мечом пред вражье воинство,
Тот знай:
Великую умножит он славу о согражданах
В жизни и в смерти.
Сын Диодота [4],
45Ты недаром хвалил [5] битвенного Мелеагра,
Хвалил Гектора, хвалил Амфиарая:
Цветущую твою юность ты выдохнул

3с В гуще первоборцев,
Где лучшие держали боевой спор
50На пределе надежд.
Несказанно было мое горе.
Но земледержец [6]
Ясное небо выпас из грозы —
И вот моя грива украшена соцветьями,
55И песня у меня на губах.

Да не тронет зависть небожителей

3а Радостей повседневья,
За которыми вслед
Мирным шагом я шагаю в старость и в смерть!
60Смерть всем одна,
Но судьба над нею — неравная.
Где дальний взгляд — там недальний путь,
Там не вспрянуть к медному полю, где троны богов,
Там крылатый Пегас

653э Сбросил всадника, рвавшегося к урочищам небес,
В Зевсов сход —
Беллерофонта.
Неправедной сладости — горький конец.
А ты, Локсий,
70Цветущий золотою гривой,
Дай нам и у Пифона в состязаниях твоих
Лучший венок.

<«Фивы»> Стрепсиаду Фиванскому, 454 г. (?). Стрепсиад Старший, по-видимому, погиб в бою при Энофитах в 457 г.; отсюда предположительная датировка оды. Композиция — без обычного центрального мифа, вместо него — начало с беглым перечнем местных фиванских мифов (ср. ранний гимн Фивам, фр. 29—30: старый Пиндар возвращается к приемам своей молодости), затем — похвала герою, похвала его предку и заключительная молитва. Упоминание о судьбе Беллерофонта в конце оды — может быть, предостережение заносчивым в своей победе Афинам.

 

1. ...Деметры, гремящей в медь — Деметра Скорбящая, беотийский культ, в котором засвидетельствовано употребление кимвалов (заимствованное из смежных культов Матери Богов или Диониса).

2. ...В ...золотом дожде к Амфитрионову дому — редкая контаминация мифов об Алкмене и Данае.

3. Выселки Дориды... от твоих Эгидов — опять упоминание о предках Пиндара (?), фиванском племени Эгидов, примкнувших к дорянам в их завоевании Пелопоннеса — ср. Пиф. 5.72—76.

4. Сын Диодота — Стрепсиад Старший.

5. Ты недаром хвалил... — перечисляются герои, павшие в бою, где их противникам помогали сами боги; о Мелеагре впоследствии рассказывали иначе (ср. Вакх. 5.142), но в древнейших эпических версиях («Илиада», IX.550 сл.) он погибал в битве.

6. ...земледержец — Посидон Истмийский, давший победу Стрепсиаду Младшему.

[Пиндар]


ЭПИНИКИИ ИСТМИЙСКИЕ, 8. <«СВАДЬБА ФЕТИДЫ»>

{КЛЕАНДРУ ЭГИНСКОМУ,
двоюродному брату Никокла,
на победу в разноборье среди мальчиков.
Год — 478.]

51с Для Клеандра в его цвету
Славную мзду трудам
Всколыхните, юные [1],
Перед блещущим косяком Телесарха, его отца:
Торжество об истмийской победе
10И о том, что в Немее обрел он силу борьбы,
За него и я
Призван воззвать к золотой моей Музе,
Свеяв скорбь с души.

Из великих вышли мы бед,
15Так нашим ли лбам сиротеть неувенчанными,
Нам ли лелеять боль?
От ненужных зол
Вынесем сладкое перед людный слух,
Избыв труды.
20Некий бог отвел
Танталову глыбу от наших глав,

2с Непереносимую для Эллады тягость.
Страх отлетел —
Гнущей заботе конец.
25Подножного держись —
Ибо коварно
Нависло над людьми и кружит им жизненную тропу.
Время,
И только в вольности — целение наших ран.

30Преисполним же доброю надеждой сердца,
Посвятим же Эгине первоцветы Харит,
В семивратных возлелеянные Фивах!
Две сестры-близнецы [2] от единого отца,
Младшие в Асоповом племени,
35Обе вы угодны были Зевсу-царю;
И одну он поставил над городом колесниц,
У прекрасных Диркейских струй,
3с А с тобою он спал на Энопийском острове [3],
Где и родила ты ему, тяжко гремящему отцу,
40Эака,
Любезнейшего из смертных,
Решителя распрей меж бессмертными [4];
А его богоподобные сыновья
И угодные Аресу сыновья сыновей
45Под стонущий медный гром
Подвизались в мужестве,
Безупречные разумом, мудрые душой.

Памятовал о том и блаженный сонм,
Когда Зевс и яркий Посидон
50Спорили о ложе [5] Фетиды;
Каждый желая ее, прекраснейшую в супругах,
Каждый покорствуя любви.
Но не им назначили ее участь бессмертные заботы богов,
4с Вняв судьбе,
55Ибо молвила меж них советная Фемида:
«Суждено [6] морской богине родить
Сына-царя, царственнее отца,
И быть его дроту сильней,
Чем перун и неуемный трезубец,
60Коль сольется с нею Зевс или Зевсов брат.
Оставьте же спор:
К смертному пусть прильнет она ложу
И павшим в бою
Пусть увидит она сына своего,
65Аресу подобного мышцей,
Молнии — остротою ног.
И слово мое — вот:
Пелею, сыну Эака,
Уступить божью честь супружества,
70Ибо набожней никто не слыл в Полисной земле.
5с Устремите же гонцов к нерушимой пещере Хирона,
Чтобы вновь не срывать нам
Листья ссор [7]
За Нерееву дочь.
75В вечер полнолуния
Пред силою витязя
Пусть она разомкнет
Милую узду девичества».
Так сказала богиня двум Кронидам,
80И они отвечали кивком [8] бессмертных бровей.

Не сгинул плод ее слов;
Вождь сам поспешил на брак Фетиды;
И уста умельцев возвестили неведающим
Молодую доблесть Ахилла.
85Он обрызгал лозы мизийских равнин
Кровью черной пагубы Телефа.
6с Он вымостил Атридам победный возврат,
Он вызволил Елену,
Он копьем подсек жилы Трои —
90Тех, кто шел на него,
По равнине вздымавшего смертный боевой труд:
Мощь надменного Мемнона,
И Гектора, и других борцов.
Всем указал им обиталища Персефоны
95Ахилл, столп Эакидов,
Осиявший свою Эгину и корень предков своих,
В самой смерти не оставленный песнями:
Над костром его и над курганом его
Разливали Геликонские девы [9] бессмертный плач,
100Ибо велено богами:
Доброму мужу и по смерти быть в песнях богинь.

7с Велению этому и ныне срок:
Колесница Муз
Ринулась вызвенеть память о бойце Никокле.
105Никоклу — честь!
В долах Истма причастился он дорийской зелени,
Неизбежною рукою настигая окрестников,
Не посрамив племени отцовского брата, избранного меж мужей.
Заплетите же, сверстники,
110Нежный мирт в венок многоборному Клеандру;
Недаром удача шла рядом с ним
В Алкафоевом споре [10] и меж юношей Эпидавра!
И достойный не откажет ему в похвале, —
Он не смял, он не скрыл
115Юность свою, не чуждую прекрасного.

<«Свадьба Фетиды»> Клеандру Эгинскому, 478 г. Ода написана вскоре после «великих бед» персидского нашествия и, как и Истм. 5, стремится вновь скрепить дружбу между про персидскими Фивами и антиперсидской Эгиной; отсюда поучения во 2-й строфе и напоминание о мифическом родстве Фив и Эгины. Симметричное трехчастное построение с очень развернутой центральной мифологической частью (предки Пелея — брак Пелея — потомок Пелея). Род победителя, по-видимому, не отличался в атлетике, поэтому среди прежних победителей упоминается только Никокл.

 

1. ...юные — обращение к хору мальчиков, сопровождающих победителя до дверей его дома.

2. Две сестры-близнецы — Фива и Эгина, дочери Асопа; статую Зевса с Эгиной, Фивой и другими дочерями Асопа у подножия видел еще Павсаний, V.22.6. Как политический мотив для сближения Фив с Эгиной (против общего соседа — Афин) это родство подчеркивалось еще в 480-х гг. (Геродот, V.80).

3. Энопия, как и Энона — прежнее название Эгины.

4. Решителя распрей меж бессмертными — такая честь приписывается Эаку только здесь (но ср. мифы о том, как распри Ареса с Посидоном и Аполлона с Эринниями решались перед афинским ареопагом).

5. Спорили о ложе... — иная версия, чем в Нем. 5.37, где Посидон выступает лишь как родич-покровитель Фетиды.

6. «Суждено...» — этого пророчества Фемиды о Фетиде Гомер еще не знает; может быть, Пиндар ввел этот мотив первым, и от него он перешел в эсхиловскую трилогию о Прометее.

7. Листья ссор — образ не случайный — голосование листьями было в ходу в народных собраниях, и в Сиракузах играло такую же роль, как голосование черепками (остракизм) в Афинах.

8. кивком — знаменитый по «Илиаде», I.528—530 клятвенный знак.

9. Геликонские девы — Музы, оплакивающие Ахилла: мотив из «Одиссеи», XXIV.60—62.

10. Алкафоев спор — местные игры в Мегаре, где когда-то правил царь этого имени.

[Пиндар]


ЭПИНИКИИ НЕМЕЙСКИЕ, 1. <«ГЕРАКЛ-МЛАДЕНЕЦ»>

{ХРОМИЮ ЭТНЕЙСКОМУ,
сыну Агесидама, на победу в конном беге.
Год — 476 (?)]

1с Вздох державный Алфея [1],
5Ветвь прославленных Сиракуз,
Ортигия,
Колыбель Артемиды, сестра Делоса,
Тобою хочет начать
Сладостная песня моя
10Хвалу коням, чьи ноги — как буря,
И славу Зевсу Этнейскому,
Это Немея,
Это Хромиева четверня
Зовет меня впрячь мой голос
15В песнь о подвигах его побед.

1а Подножье славы — от богов
И от дивных доблестей мужа;
Навершье славы — успех:
Муза рада гласить о великих победах.
20Осыпь же блеском
Этот остров,
Который Зевс, владыка Олимпа,
Даровал Персефоне,
Обещав мановеньем кудрей
25Тучную землю многоплодной Сицилии

1э Увенчать вершинами изобильных городов;
И приставил к нему Кронион
Народ, обрученный с войною,
Конный, с копьями, вкованный в медь,
30Не раз срывавший
С олив Олимпии [2] золотую листву.

Много прошел я прямых путей,
Не задевши лжи.

2с И вот я стою пред дверью
35Мужа, славного гостеприимством.
Лучшая песнь на устах моих.
Щедрый пир в дому ожидает меня —
Здесь не внове чужеядные странники;
А на хулителей есть добрые люди,
40Водой заливающие дым.
У каждого свое ремесло —
Выбери лишь верную дорогу,
И природа вооружит тебя в бой.

2а В деле властвует сила,
45В совете — провидящий ум,
Если сила и ум — наследные,
Сын Агесидама,
Тебе дано
И то и другое на выгоду.
50Не мило мне богатство,
Утаенное в покоях дворца:
Там, где оно есть —
Пусть оно будет в радость,
Пусть оно будет в помощь друзьям,
55Ибо в ногу идут мужские надежды с мужским трудом

2э Для меня же превыше всего —
Геракл,
Но из великих его подвигов
Трону я древний сказ [3],
60Как сын Зевса,
Едва из утробы матери,
Миновав родовые муки,
С близнецом своим братом явился свету,

3с Как, спящего в шафрановой пелене [4],
65Гера увидела с золотого трона
И, вздувшись гневом,
Змей на него ринула царица богов [5].
Сквозь разъятые двери
В недра просторного покоя скользнули они
70Стиснуть младенцев быстрыми челюстями.
Но он поднял голову им навстречу,
Он простер неодолимые руки к первому бою,

3а Сжал шеи обеих змей
И долгим удушьем
75Выдохнул жизнь из несказуемых тел.
Непереносимый страх
Обрушился на прислужниц у ложа Алкмены,
А сама она,
Необутая, неодетая,
80Вскинулась с ложа навстречу напору чудищ;

3э Вожди кадмейцев
Ворвались толпою, одетые в медь;
Амфитрион,
Потрясающий обнаженным клинком,
85Предстал разить язвящее бедствие, —
Ибо своя напасть всякому страшна,
А чужая пролетает над сердцем, не тронувши, —

4с Но застыл,
В изумлении, слившем ужас с радостью:
90Сверхчеловеческую
Увидел он смелость и силу сына —
Речи вестников несчастия
Волею бессмертных обратились вспять.

И тогда призвал он ближнего своего [6],
95Правогадателя Тиресия, первого меж пророками вышнего Зевса, —
И тот поведал пред ним и пред воинством,
С какими сын его померяется судьбами,

4а Скольких на суше,
Скольких на море умертвит он немирных чудовищ,
100И кого из людей
На кривой дороге гордыни [7]
Настигнет его жестокая казнь;
И о том,
Как в равнинной Флегре
105Гиганты, восстав войной на богов,
Под ударами его стрел
С прахом смешают сияющие свои кудри,

4э Поведал Тиресий;
И о том, как мирный и неизменный
110Обретет он покой от великих своих трудов,
Несравненного удостоясь воздаяния [8] —
В блаженных чертогах
Цветущую Гебу примет он на ложе свое,
И на брачном пиру
115Пред Зевсом Кронидом
Восславит его державный закон.

(«Геракл-младенец») Хромию Этнейскому, 476 г. (?). Адресат оды Хромий — старый полководец Гелона и Гиерона, муж сестры последнего, впоследствии — опекун его сына Диномена в роли правителя новооснованной Этны. Ода датируется 476 г. только на основании буквального смысла строфы 2 — о личном присутствии Пиндара в Сицилии. От традиционного зачина — сперва о городе, потом о герое — Пиндар прямо переходит к мифу, за что его укоряли в несвязности еще древние комментаторы; но смысл мифа ясен — Хромий уподобляется Гераклу как смиритель враждебных сил (с не вполне ясным для нас намеком «и в малом подвиге видна великая судьба»). Композиция асимметрична: заключительной части нет (ср. Нем. 10).

 

1. Вздох державный Алфея... — имеется в виду миф (упоминаемый еще Ивиком) о том, что элидский поток Алфей, гонясь за Аретусой, нимфой Артемиды, пересек Ионийское море и, вынырнув из-под земли, настиг ее в Сицилии близ сиракузского острова Ортигии, места почитания Артемиды. «И, говорят, в Ортигии находились конюшни Гиероновы и Хромиевы», — простодушно добавляет схолиаст.

2. С олив Олимпии — прежде всего имеется в виду, конечно, олимпийская победа Гиерона 476 г.

3. ...древний сказ — до Пиндара миф о Геракле-младенце в литературе не встречается (даже, кажется, в киклической поэме Писандра о Геракле, которой часто пользовался Пиндар), но одновременно с Пиндаром встречается на аттических вазах, а после Пиндара — на славившейся картине Зевксида.

4. ...в шафрановой пелене — шафран, подобно пурпуру, считался цветом царей и знати (ср. о Ясоне, Пиф., 4, 232).

5. ...царица богов — та же версия у Феокрита, 24, следовавшего здесь Пиндару; но по Ферекиду (Аполлодор, II, 4, 8), это сам Амфитрион хотел проверить, который сын — его, который — Зевса.

6. ...ближнего своего — в буквальном смысле слова: дома Амфитриона и Тиресия показывали в Фивах по соседству (Павсаний, IX, 11 и 16).

7. ...из людей на кривой дороге гордыни — имеются в виду Бусирис и Антей (схолиаст).

8. ...воздаяния — любопытно, что на муки и самосожжение Геракла у Пиндара нигде намеков нет.

[Пиндар]


ЭПИНИКИИ НЕМЕЙСКИЕ, 2.

{ТИМОДЕМУ АХАРНСКОМУ
с Саламина, на победу в разноборье.
Время — до 480 или после 464?]

1с Как Гомериды [1],
5Певцы сочлененных песен,
От Зевса начинали речи свои, —
Так тот, кого мы поем,
Заложил основанье побед своих на священных играх,
В многократно воспетой роще Зевса Немейского.

102с Но ему еще суждено, —
Если век поведет его прямою тропой отцов ко славе великих Афин, —
Не раз срывать прекраснейший цвет на Истме,
Не раз торжествовать у Пифона, —
Ему, сыну Тимоноя.
153с Где прошли горные Плеяды, —
По пятам пройдет и Орион [2].
Саламин умеет растить ратоборцев —
Это Гектору в Трое возвестил Аянт [3].
О Тимодем!
20Сила твоя, испытанная борьбой, возвеличивает тебя.

4с Издревле
Славились Ахарны добрыми мужами;
И всегда в хвалах победителям
Тимодемиды именовались превыше всех,
25Возле царственных высей Парнаса [4]
Четыре победы унесли они с состязаний;
От коринфских мужей
5с В долине доблестного Пелопа
Восемь венков возложили они на чело;
30На родине их победы превосходят число и счет;
А Немея подарила им семь
На играх Зевса.

Прославьте же Зевса,
Вы, сопутники Тимодема
35В славном его возвратном пути, —
И да будут ему сладостны громкие ваши голоса!

Тимодему Ахарнскому. Тимодем Ахарнский, по словам схолиаста, впоследствии одержал победу и в Олимпии, но так как в списках победителей 480—464 гг. его нет, то, по-видимому, победа была одержана раньше (484?), а немейская ода Пиндара написана еще раньше. Короткое стихотворение (не триадами, а цепью однородных строф), в котором центральная мифологическая часть сжата до двух неразвернутых образов.

 

1. Гомериды... — рапсоды (буквально «сшиватели», «сочленители песен»), исполнявшие поэмы Гомера, начинали свои выступления «запевом» в честь бога (необязательно Зевса); такие запевы легли в основу дошедших до нас «гомеровых гимнов».

2. Орион — образ небесного охотника — Ориона, движущегося по небу вслед за Плеядами (они — «горные» как дочери Атланта, титана-горы) одновременно означает: «за немейской победой последуют другие» и «за подвигами предков последуют подвиги Тимодема». Беотийскому герою Ориону Пиндар посвятил дифирамб — см. фр. 74.

3. ...возвестил Аянт — «Илиада», VII, 189—199. Почему Тимодем выступает и как ахарнянин и как саламинянин, удивлялись еще древние схолиасты; по-видимому, он был из ахарнской семьи, имевшей надел на Саламине. Пиндар пользуется этим, чтобы через Аянта связать героя со своей любимой Эгиной.

4. ...Парнаса... — перечисляются игры: Пифийские, Истмийские, местные аттические, Немейские.

[Пиндар]


ЭПИНИКИИ НЕМЕЙСКИЕ, 3. <«АХИЛЛ»>

{АРИСТОКЛИДУ ЭГИНСКОМУ,
сыну Аристофана, на победу в разноборье,
чтобы петь на Феарийском празднике в Эгине.
Год — около 475.]

51с Царица Муза,
О матерь наша,
Заклинаю тебя:
В священный месяц Немеи
Низойди на гостеприимный остров дорян —
10Эгину,
Ибо там над водой Асопа [1]
Ждут тебя юноши,
Строители песен, сладких, как мед,
В жажде твоего голоса.
15Разное о разном томится,
Но победа в играх
Любит песню превыше всего,
Песню, надежную спутницу
Подвигов и победных венков.

201а Исторгни же из мысли моей
Песню изобильную!
Воздвигни громкое славословие
Владыке многооблачного неба,
Которому ты дочь;
25А я приобщу его
К лире и юношеским голосам.

Любезный труд [2]
Ожидает красу того края,
Где некогда обитали мирмидоняне,
30Чью древнюю славу
По милости твоей
Не запятнал позором Аристоклид,
Обессилев в многоборье состязания:

1э От истомляющих ударов
35Целящее зелье —
Славная победа средь широких исменских равнин,
Сын Аристофана,
Лицом он красив,
Дела его подстать красоте,
40И если высшей достигнет он доблести, —
Нелегко проплыть еще далее
В неисходную зыбь
За теми Геракловыми столпами [3],

2с Которые воздвигнул герой и бог
45Славными свидетелями предельных своих плаваний,
Укротив по морям
Чудовищ, чья сила непомерна,
Испытав глубинные течения,
Принесшие его к концу всех путей,
50Где указаны им грани земные.

Но к каким, душа моя,
Чуждым рубежам обращаешь ты мой челн?
Повелеваю тебе:
Неси мою Музу к Эаку и Эакову роду,
55И за речью моей полетит
Хвала достойным, цветущая справедливостью:

2а Влечься к чужому —
Не лучшее в человеке:
Своего взыскуй!
60Здесь твоя лучшая краса
Для сладостной песни.

Доблестью древности
Радовался владыка Пелей,
Чье копье [4] было выше всех копий:
65Один, без войск, взял он Иолк [5]
И силой поверг морскую Фетиду.
Широкий силою Теламон
Об руку с Иолаем [6] разорил Лаомедонта;

2э С ним он пошел
70И на мощь амазонок с медными луками:
Никогда
Страх, укротитель мужей,
В нем не умалил
Силу духа, —
75Кто рожден в доброй славе,
Тот тверд и весок,
А кто перенял ее,
Тот темен,
Тот дышит то тем, то этим,
80Тот не сделает твердого шага,
Тот лишь пригубит тысячу тысяч подвигов бессильным к свершению духом.

3с Русый Ахилл
Еще отроком, под кровом Филиры [7]
Тешился славными деяниями,
85Не давая покоя
Дроту с коротким клинком,
Подобному вихрям.
В битве нес он смерть
Дикому льву и сражаемому вепрю;
90Их хрипящие туши
Приносил он кентавру, сыну Крона,
Когда было ему шесть лет,
И таков он остался навсегда.
Артемида и отважная Афина [8]
95Дивились ему,

3а Без собак и без лукавых сетей
Настигающему оленей
Единой силою своих ног.
Да, мой сказ услышан от предков:
100Глубокий думами Хирон
Под каменным своим кровом
Взрастил Ясона,
Взрастил Асклепия,
Научив его кротким законам зелий,
105Выдал замуж Нерееву дочь [9],
Золотогрудую,
И взлелеял ее могучего сына,
Укрепив его дух наставлениями,

3э Чтобы после,
110Вихрями морей принесенный к Трое,
Он противостал
Крику боя и стуку коней
Ликийских, фригийских, дарданских,
Чтоб, сплетясь в борьбе
115С эфиопами, носящими дроты,
Камнем положил он в мыслях своих,
Что не вернется обратно в свой дом,
Царь их, родич Гелена [10], бурливый Мемнон.

4с Вот из какой дали
120Излучился к нам свет Эакидов;
Зевс, не твоя ли в нем кровь,
И борьбу не в твою ли честь
Взметает песнь,
Юными голосами славящая отраду Эгины?
125Заслужен этот клик
Победителем Аристоклидом,
В блеске своих трудов
Причастившим хвале
Родной остров и Феарийскую святыню [11] Пифийца.
130В испытании проясняется предел,
Которого достигает предо всеми

4а Отрок среди отроков,
Муж среди мужей,
Старец среди старцев, —
135Три доли даны каждому смертному,
А четвертая добродетель [12] довлеет преклонным годам:
Велит она —
Быть мудрым в насущном;
И все они близки тебе, Аристоклид.

140Радуйся, друг!
Я посылаю тебе
Пенную смесь
Меда и белого молока [13],
Питье, чтобы петь
145Эолийским дуновением флейт.

4э Мой дар — поздний,
Но быстр орел меж крылатыми,
Когда, издали выследив,
Разом хватает он в когти
150Кровавую добычу;
И только крикливые галки [14]
Ищут корма над самой землей.
А тебе
За отвагу твою, пожинающую награды,
155Клио с пышного своего трона
Дала сиять сияньем тройным —
От Немеи, от Мегар и от Эпидавра [15].

(«Ахилл») Аристоклиду Эгинскому, 475 г. (?). Адресат оды ближе неизвестен. Песня написана не тотчас после победы Аристоклида, а позже, к ее годовщине (ст. 2 и 80). Дата определяется лишь приблизительно — по сходству отдельных выражений с сицилийскими одами 476 г. План симметричный (песня — герой — миф: предки Ахилла, юность Ахилла, зрелость Ахилла — герой — песня). Культ Аполлона Феарийского (ст. 70) на Эгине неизвестен, но засвидетельствован Павсанием (II, 31, 6) для противолежащего Трезена. Из 11 од, посвященных Пиндаром эгинским атлетам, шесть относятся к Немейским и три к Истмийским: видно, что эгиняне чаще преуспевали на «малых», чем на «больших» общегреческих играх, и чаще в борьбе и кулачном бою, чем в конных состязаниях, непривычных для маленького острова.

 

1. Асоп — бог беотийской реки, считавшийся отцом нимфы острова Эгины, на Эгине реки Асоп (название, нередкое в Греции) не было. Поэтому Фарнелл предлагает понимать: «здесь, над водой Асопа» — тогда это значит, что юноши, присланные Аристоклидом за песней Пиндара, нетерпеливо ждут ее в Фивах.

2. Любезный труд — т. е. труд песни ожидает юношей.

3. Геракловы столбы — у Пиндара (здесь, в Ол. 3, 44 и Истм. 4, 12) это понятие упоминается впервые в греческой литературе; ср. «Гадир» в Нем. 4, 69.

4. Копье — знаменитое копье, сделанное Пелею кентавром Хироном и перешедшее потом к Ахиллу, упоминается в «Илиаде», XVI, 140—144.

5. ...взял он Иолк — Пелей отбил Иолк у Акаста, сына Пелия и мужа Астидамии-Ипполиты, упоминаемой в Нем. 4 и 5; «без войск», т. е. мирно — облагораживание кровавого мифа (Аполлодор, III, 13, 7).

6. ...с Иолаем — Иолай (упомянутый ради связи эгинских мифов с фиванскими, родными Пиндару) назван метонимически вместо Геракла, чтобы не затенять Теламона великим соратником.

7. Филира — мать Хирона. У Гомера о воспитании Ахилла у кентавра еще ничего не говорится.

8. Артемида и ...Афина — как богини охоты и войны.

9. Нереева дочь — Фетида.

10. ...родич Гелена — Приам, отец Гелена, и Тифон, отец Мемнона, были братья; но почему из Приамидов назван именно прорицатель Гелен, неясно.

11. Феарийскую святыню — в Эгине при святилище Аполлона Феарийского находился гимнасий, где тренировался Аристоклид (схолиаст).

12. А четвертая добродетель — намек на сентенцию Гесиода (фр. 220): «Юным — дело, зрелым — совет, а старцам — молитва»; ср. позднее сложившийся канон четырех эллинских добродетелей — мужество, разумение, справедливость и (четвертая!) «здравомыслие», т. е. чувство меры.

13. Меда и белого молока — сладкое питье, распространенное у греков; с ним сравнивается песня, начатая запевом в честь Муз, которым возлияния вином не делались.

14. ...крикливые галки — ср. Ол. 2, 88 и примеч.

15. ...от Мегар и от Эпидавра — места прежних побед Аристоклида.

[Пиндар]


ЭПИНИКИИ НЕМЕЙСКИЕ, 4. <«ЭАКИДЫ»>

{ТИМАСАРХУ ЭГИНСКОМУ
из рода Феандридов, ученику Мелесия,
на победу в борьбе среди мальчиков.]

1с Радость —
5Лучший врачеватель в понесенном труде;
Песни,
Мудрые дочери Муз,
Облегчают его своим прикосновением.
Теплая вода
10Не так умягчает члены,
Как добрая похвала, напутствуемая лирой.
Слово живет дольше, чем дело,
Если милостью Харит
Язык изводит его из грудных глубин.

152с Пусть же мне будет дано
Завести мой песенный зачин
В честь Зевса Кронида,
Немеи
И Тимасарховой победы в борьбе;
20Пусть внемлет ему благосклонно
Под сенью башен обитель Эакидов,
Повсюду льющая свет
Гостеприимной своей справедливости [1].

О если бы отец твой Тимокрит
25Еще грелся под буйным солнцем, —
Сколько пестрых звуков кифары
Он склонил бы над моим напевом,
Отзываясь победной песнью

3с На игры в Клеонах [2],
30Нанизавшие для тебя венки,
И в Афинах, блистающих добрым именем,
И в Фивах о семи вратах,
Где у Амфитрионова светлого кургана [3]
Сплетали кадмейцы тебе цветы,
35С радостным сердцем чествуя Эгину.
Как друг к друзьям [4],
Нисшел Тимасарх в гостеприимный их город,
К благословенному добру Геракла [5] —

4с Геракла, пред которым с мощным Теламоном
40Пала Троя,
Пали меропы [6],
Пал великий Алкионой, устрашающий воитель,
Сокрушивший камнем двенадцать колесниц
И дважды двенадцать конеборцев на них.
45Кому невероятны такие слова,
Тот не искушен в боях, —
Ибо кто действует, тот и претерпевает [7].

5с Но долгому рассказу о тех подвигах
Противятся устав и торопливые часы,
50Хоть чара и влечет мое сердце
Коснуться их в этот праздник новолуния [8].
Соленая зыбь обмывает тебя —
Но ты укрепись пред искушениями [9]!
И тогда заведомо
55Явимся мы в сиянии, поправ врагов,
А тот, в чьих взорах — зависть,
Во мраке будет вращать
Пустую и неизменную свою мысль.

6с Какую бы доблесть
60Ни вложил в меня властительный Случай, —
Я знаю:
Влекущееся время свершит предопределенное.

Начни же ткать и не медли,
О сладкая лира моя,
65В лидийском ладу
Милую песнь
Эноне
И Кипру [10],
Где царствует вдали Теламонов Тевкр,
70Как Аянт — на отчем Саламине,

7с Как Ахилл — на Евксинском блистательном острове [11],
Как Фетида — во Фтии,
А Неоптолем — в пронизывающем дали Эпире.
Чьи кручи холмов под бычьими пастбищами
75От Додоны нисходят к Ионийским струям.
А у подножия Пелиона
Пелей,
Обратив десницу свою на Иолк,
Отдал город в рабство гемонянам [12],

808с Ибо изведал он коварство
Ипполиты, Акастовой супруги:
С Дедалова клинка
Вскармливал на него потаенную смерть
Пелиев сын [13];
85Но Хирон его спас,
Во исполнение Зевсова предопределения.
Всепобеждающему огню
И львам [14], неистовым в схватке,
Чьи когти пронзительны, чьи клыки устрашают мощью,
90Положив предел,

9с Взял Пелей себе в жены
Единую из высокопрестольных Нереид,
И дано ему было увидеть
Царских сидений возвышенный круг,
95С которых владыки неба и моря
Являли ему дары свои и мощь
В роды и роды.
Но нет путей на закат
Дальше Гадира [15];
100Обрати же снасть кораблей своих
К берегам Европы,
Ибо свыше моих сил
Досказывать до конца
Повесть о сынах Эака.

10510с Нет —
Я пришел сюда возгласить о Феандридах
С их победами, закаляющими тело,
Олимпийскими, Истмийскими, Немейскими:
Никогда из этих испытаний
110Не возвращались они к порогу своему
Без венков, тяжелых плодами славы.
Там, о Тимасарх,
Дом твой служил победным песням.
И если ты повелишь мне
115Для Калликла, брата матери твоей,
11с Воздвигнуть столп белее паросского камня, —
То как золото в расплаве блещет во весь свой блеск,
Так песнь о благих делах
Равняет человека божественностью царям:
120Пусть же к Калликлу
На Ахеронтов брег
Донесутся звучные мои слова
Оттуда, где цвел он под сенью Коринфа,
Состязаясь для бога,
125Глухо колеблющего тяжкие три зубца [16].

12с Древний предок твой Евфан
Счастлив был бы воспеть Калликловы подвиги;
Но всему свои сверстники [17] —
Что воочию видел человек,
130То и мнит он поведать всех изряднее.
О, случись ему восхвалять Мелесия,
Как обернул бы он спор,
Как сплел бы речь,
Не привыкший уступать в словесном бою,
135Милостиво взирающий на тех, кто добр,
Берегущий мощь [18] против недругов.

(«Эакиды») Тимасарху Эгинскому. Адресат ближе неизвестен; по-видимому, после детских состязаний он уже не одерживал побед. Любопытно, что и отец его Тимокрит, и дальний предок Евфан, и весь род Феандридов (ст. 77) упоминаются как певцы и музыканты. Дата неизвестна и лишь условно принимается по «времени процветания Эгины»; впрочем, упоминание тренера Мелесия (ср. Ол. 8 и Нем. 6) указывает скорее на 460-е годы, чем на 470-е. Композиция трехчастная: хвала победителю (с мифологическим отступлением) — хвала его родине (через мифических ее героев) — хвала его роду.

 

1. ...справедливости — ср. Ол. 8, 26 и примеч.

2. ...в Клеонах — т. е. на Немейских играх (см. выше, с. 435).

3. ...у Амфитрионова святого кургана — общая гробница Амфитриона и Иолая у Претовых ворот в Фивах, место празднеств (см. Пиф. 9, 80 и примеч.).

4. Как друг к друзьям — о союзе Фив с Эгиною (родственных по нимфам-эпонимам, дочерям Асопа) см. Истм. 7, 17; ср. Геродот, V, 80).

5. К добру Геракла — храм Геракла в Фивах у Электриных ворот, рядом с домом Амфитриона (Пиф. 9, Павсаний, IX, 11, 1—7).

6. ...меропы — жители Коса, которых Геракл сокрушил «как ударом молнии» (ср. фр. 33а); Алкионей — гигант, пытавшийся похитить у Геракла быков Гериона.

7. ...кто действует, тот и претерпевает. — Схолиаст заключает из этих слов, что победа далась Тимасарху не без урона.

8. ...праздник новолуния — в какой эгинский праздник пелась песня Пиндара, неизвестно.

9. ...укрепись пред искушениями — по-видимому, обращение к самому себе: «в своем отступлении о Геракле мы зашли слишком далеко, но выплывем, назло врагу». Враг этот, по домыслу схолиаста, — Симонид, «который любил пользоваться дальними отступлениями».

10. Кипр, Саламин, Евксинский остров (Черного моря), Фтия — Баура отмечает, что это не только мифологические, но и политические реалии: в 480—477 гг. во всех этих местах сражался эгинский флот.

11. На Евксинском блистательном острове — схолиаст: «На Евксинском Понте есть так называемый Белый остров, на который, говорят, унесла Фетида тело Ахилла; там показывают и беговую дорогу этого героя». Остров этот отождествлялся с нын. Змеиным островом против устья Дуная; Ахилл представлялся там живущим в браке с Еленой и в соседстве с другими блаженными героями. «Владыкою Скифии» назван Ахилл уже у Алкмана.

12. ...гемонянам — Пиндар представляет древних жителей Иолка и Фтии «пеласгами», а новых, пришедших с Пелеем, — «ахейцами» (одним из племен которых были фессалийцы-«гемоняне»).

13. Пелиев сын — Акаст (см. Нем. 5): поверив наговорам Ипполиты, но не желая нарушить неприкосновенность гостя, он похитил у него меч («Дедалов», т. е. искусной работы: кователем меча был сам Гефест) и оставил Пелея на охоте на растерзание кентаврам.

14. Огню... львам... — превращения Фетиды, уклоняющейся от брака с Нелеем (первый намек на них — «Илиада», XVIII, 429—434).

15. Гадир (н. Кадис за Гибралтаром) — Геркулесовы столпы.

16. Состязаясь для бога... колеблющего... три зубца — т. е. на Истме.

17. ...всему свои сверстники — т. е. Евфан не воспел ни Калликла, ни Мелесия только потому, что не дожил до них.

18. Берегущий мощь — для похвалы тренеру Пиндар использует образ борца-эфедра, со свежими силами ожидающего противника.

[Пиндар]


ЭПИНИКИИ НЕМЕЙСКИЕ, 5. <«ПЕЛЕЙ»>

{ПИФЕЮ ЭГИНСКОМУ,
сыну Лампона, племяннику Евфимена, сына Фемистия,
ученику Менандра Афинского,
на победу в разноборье.
5Время — 480-е годы.]

1с Я не ваятель [1], —
Не таковы творения мои,
Чтобы стыть им прикованными к подножиям,
Нет:
10На широкой ли ладье, в малом ли челне
Ступай в Эгину,
Сладостная песня моя,
С вестью,
Что сын Лампона, Пифей,
15Широкий силою,
Стяжал в Немее
Победный венок сугубой борьбы,
Не явив еще на щеках
Свежую зрелость, мать нежнолистных гроздий.

201а Это дар, которым он чтит
Копьеносных героев,
Посев Зевса, и Крона, и золотых Нереид [2], —
Эакидов,
И с ними — родину свою,
25Землю, ласковую к странникам,
Мощную мужами, славную кораблями
По молитве,
Которую от жертвенника эллинского бога [3]
Вознесли ладонями к эфиру
30Многоведомые сыны Эндеиды
И могучий державою Фок —

1э Сын богини,
Рожденный Псамафеей на обломе морском.

Но не смею сказать о страшном [4] —
35О дерзости без правоты,
Которая увела их с именитого острова,
О том божестве,
Которое бросило от Эноны в изгнание
Доблестных мужей.
40Не все то благо, что истинно
В нескрытом лике своем;
Молчание —
Порою мудрейший выбор для человека,

2с А чтобы восславить
45Счастье Эакидов,
Силу их мышц,
Железные их войны, —
Пусть разровняют передо мною поле для дальних прыжков:
Толчок колен моих крут,
50Орлы взмывают и за море!
Благосклонны к героям,
Пели им блистательным хором
Музы на Пелионе [5],
И меж них — Аполлон,
55Настигая золотым своим плектром
Лиру о семи языках,

2а Вел разноголосый их строй.
Начав свой запев от Зевса [6],
Славили они
60Чтимую Фетиду
И Пелея,
Которого Крефеева дочь,
Сладострастная Ипполита,
Хотела опутать обманом,
65Пестрыми уловками убедив
Мужа своего [7], блюстителя магнетов,
Лживую изготовив речь,
Будто было на нее покушение
На брачном ложе Акаста, —

702а А истиною было противное.
Много окольного замыслив,
Умоляла она Пелея всем пылом своим;
Стрекало ее слов
Гнев вздымало в Пелее —
75Не колеблясь,
Отверг он юную жену,
Страшась недоброго от Родителя Гостеприимца [8].
И тучегонитель Зевс,
Владыка бессмертных,
80Обратил к нему взор,
Мановением с неба обещал ему
В скорые супруги
Морскую Нереиду с золотым веретеном,

3с В родичи ему склонив Посидона,
85Чей путь — меж Эгами и славным дорийским Истмом [9],
Где радостные толпы
Под свист тростников
Встречают бога,
Соревнуясь в отваге и силе тел.

90Врожденная доля —
Мера всем свершениям человеческим.
Ты, Евфимен [10],
В объятиях эгинской Победы
Пригубил разноголосие славословий, —

953а И ныне горд
Видеть, как племя сестры твоей,
Сев от твоего корня,
Прянул и рвется тебе вослед.
Подстать ему и Немея
100И месяц, любимый Аполлоном [11], —
Сверстников, сошедшихся к борьбе,
Он осилил дома
И осилил под сенью Нисейского гребня [12].
Я счастлив,
105Что целый город
Борется за доброе дело;
Но помни, Пифей, —
Это легкая рука Менандра
Порадовала себя
110Сладкой мздою твоим трудам,

3э Ибо из Афин пришел к тебе созидатель борцов.
И для Фемистия [13]
Пусть найдется песнь у тебя, моя Муза,
Стряхни немоту,
115Возвысь голос,
Натяни парус до вершины мачты
И спой,
Как он, кулачный боец,
Победой своей
120Похитил в Эпидавре
Достойную честь сугубой борьбы,
И как принес он цветущие зеленью венки
К предверью Эака,
В хоре русых Харит.

(«Пелей») Пифию Эгинскому, 480-е гг. Первая из трех песен 480-х годов, посвященных эгинскому роду атлетов Псалихидов (ср. Истм. 5—6, где упоминается и Пифей). На эту же победу Пифея написал свою 13 оду Вакхилид. Отец Пифея Лампой, может быть, тождественен с упоминаемым у Геродота, IX, 78 Лампоном, сыном Пифея, сражавшимся при Платее. Композиция — традиционная, симметричная, трехчастная.

 

1. Я не ваятель... — по легенде, сообщаемой схолиастом, Пиндар потребовал за эту оду 3 тысячи драхм — цену бронзовой статуи; Пифей сперва отказался, но потом согласился, поняв, что песня принесет ему больше славы.

2. Потомок Зевса — Эак, Крона (?) — Эвдеида, мать Пелея и Теламона; Нереиды — Псамафея, мать Фока, и потом Фетида, мать Ахилла.

3. ...эллинского бога — культ Зевса Эллинского в Эгине, учрежденный после молитвы Эакидов, о которой см. прим. к пеану 6, 126.

4. ...сказать о страшном — Пелей и Теламон из зависти убили своего брата Фока, после этого Пелей бежал с Эгины во Фтию, а Теламон на Саламин. Могила Фока чтилась на Эгине возле храма Эака.

5. Музы на Пелионе... — при свадьбе Пелея и Фетиды.

6. Начав свой запев от Зевса — ср. Нем. 2, 1.

7. Мужа своего... — Акаста, сына Пелия.

8. ...родитель-гостеприимец — Зевс-Ксений, покровитель чужеземцев и гостеприимцев; характерно, что Пелеем руководят не нравственные, а религиозные соображения.

9. Посидон был женат на другой Нереиде, Амфитрите. Эги в Ахайе — одна из обителей Посидона («Илиада», VIII, 103). Истм — место состязаний в его честь; может быть, Пифей готовился к выступлению на Истме.

10. Евфимен — брат жены Лампона, дядя Пифея, победитель на местных эгинских играх.

11. ...месяц, любимый Аполлоном... — дельфиний, весенний месяц эгинского календаря, время состязаний в честь Аполлона и Артемиды (Пиф. 8, 65).

12. Под сенью Нисейского гребня — в Мегарах.

13. Фемистий — двукратный победитель на эпидаврских играх в честь Асклепия, упоминается также в Истм. 6, 65.

[Пиндар]


ЭПИНИКИИ НЕМЕЙСКИЕ, 6. <«ВАССИДЫ»>

{АЛКИМИДУ ЭГИНСКОМУ,
из рода Вассидов, внуку Праксидаманта,
правнуку Соклида, ученику Мелесия,
на победу в борьбе среди мальчиков.
5Время — 450-е гг.?]

1с Есть племя людей,
Есть племя богов,
Дыхание в нас — от единой матери [1],
Но сила нам отпущена разная:
10Человек — ничто,
А медное небо [2] — незыблемая обитель
Во веки веков.
Но нечто есть
Возносящее и нас до небожителей, —
15Будь то мощный дух,
Будь то сила естества [3], —
Хоть и неведомо нам, до какой межи
Начертан путь наш дневной и ночной
Роком.

201а Так ныне Алкимид
Являет взору
Породу свою, плодовитым подобную полям:
То дарят они людям год житья со своих равнин,
То в отдыхе приемлют они новую силу.
25Отрок-борец,
Пришел он от зовущих схваток Немеи,
Счастливый жребий выпал ему от Зевса —
Небездольным ловцом выйти из борьбы,

1э След в след Праксидаманту [4], отцу его отца,
30Единокровному своему.
Олимпийский победоносец,
Первым Праксидамант стяжал для Эакидов
Венок алфейских ветвей,
Пять раз был венчан на Истме,
35Трижды — в Немее,
И тем вызволил из забвения Соклида, высшего из Агестимаховых сыновей.

2с Трое их было [5], победителей в борьбе;
Вкусивших труда,
Но достигших в доблести предельного рубежа.
40Милостию богов,
Не вмещал еще стольких с бою добытых венков
Не единый дом в недрах Эллады.

Этому дому
Попутным ветром песенной славы
45Повей, моя Муза:
Моя речь о великом, как стрела из лука,
Метко ударит в цель.

2а Для этого дома
Певцы и повести
50Сберегли подвиги миновавших мужей,
А их немало среди Бассидов, —
Рода, славного издавна,
Чья ладья плывет под грузом похвал,
Чьи гордые деяния
55Много дарили песен пахарям Пиерид.
Не от этой ли отчей крови и Каллий
Руками, одетыми в ремни,
У трисвятого Пифона
Угодил победою отпрыскам Латоны, чья из золота стрела,

602э И просиял на закате в хоре Кастальских Харит,
А Креонтид [6]
На волноломе неутомимого моря
Принял почести от трехгодового торжества,
Где закалают быков в священной ограде Посидона,
65И он же
Львиною листвою [7] увенчал победительный лоб
Под огигийскими склонами Флиунта
С темной тенью.

3с Отовсюду течет широкая прибыль
70К словесным людям,
Украшающим остров, добрый в славе,
Ибо Эакиды
Явленными своими великими доблестями
Несравненный жребий выметнули ему.
75Имя их распростерлось
Над сушей и морем
До самых эфиопских земель,
Куда не воротиться владыке их Мемнону [8]:
Тяжкой раною их ранил Ахилл,
80Шагнув с колесницы,

3а Чтобы ярым острием своего копья
Сразить сына блистающей Зари.

Торную
Проложили предки дорогу к славе,
85И я рвусь по следам их, —
Но есть слово:
Который вал ударяет в борт,
Тот и тревожнее для сердца моряка.
Двойное бремя [9]
90Возложив на доброхотные плечи,
Выхожу я вестником единой из честей.
Пятой сверх двадцати,

3э Приносимых со священных состязаний.
Их сберег
95Славный род Алкимида, —
Хоть опрометчивый жребий и лишил Политимида [10] и тебя, дитя мое,
Олимпийских цветов в священной ограде Зевса, —
А Мелесий,
Кормчий сил твоих и рук
100В быстроте своей был подобен
Дельфину в море.

<«Бассиды»> Алкимиду Эгинскому, 460-е гг. (?). Точная дата неустановима; только имя тренера Мелесия указывает, по-видимому, на 460-е гг. Ода без мифологической части, почти вся занятая перечнем побед рода Бассидов. Так как в ряду представителей этого рода (Агесимах — Соклид — Праксидамант — Феон, упоминаемый схолиастами, — Алкимид; в каком родстве с ними стоят борцы старших поколений Каллий и Креонтид и младшего — Политимид, остается неясным) слава побед доставалась не каждому поколению, а через одно (отсюда образ поля под паром в ст. 10, ср. Нем. 11), то, вероятно, такое содержание оды было навязано Пиндару заказчиками. Из 25 побед (ст. 65) Пиндар перечисляет 13: одну Алкимида, девять Праксидаманта, одну Каллия, две — Креонтида.

 

1. ...от единой матери — от Геи-Земли (Гесиод, «Феогония», 106).

2. ...медное небо — гомеровский эпитет (напр., «Илиада», XVII, 425 и «Одиссея», XI, 42).

3. Мощный дух... сила естества — у поэтов и у атлетов.

4. Праксидамант — он был первым эгинянином («Эакидом»), победившим в Олимпии в 544 г., и одним из первых, поставивших там себе статую — еще не бронзовую, а деревянную (Павсаний, VI, 18, 7).

5. Трое их было... — имеются в виду или Агесимах, Праксидам и Алкимид (промежуточные поколения не в счет), или три сына Соклида, одним из которых был Праксидам (схолиаст).

6. Каллий одержал победу на Пифийских, Креонтид — на Истмийских состязаниях.

7. Львиная листва — из Немей; соседний Флиунт назван «огигийским», т. е. древним, от имени легендарного догреческого царя.

8. Мемнону... — здесь, как и в Нем. 3, Истм. 5 и 8, из подвигов Ахилла выбрана победа над Мемноном потому, что Мемнон был сыном смертного и богини.

9. Двойное бремя — двойную хвалу прошлому и настоящему (Алкимиду и его предкам? Бассидам и Эакидам?): от более дальней хвалы поэт возвращается к более близкой.

10. ...жребий и лишил... — жребий дал им слишком сильных противников в Олимпии.

[Пиндар]


ЭПИНИКИИ НЕМЕЙСКИЕ, 7. <«НЕОПТОЛЕМ»>

{СОГЕНУ ЭГИНСКОМУ,
сыну Феариона, из рода Евксенидов,
на победу в пятиборье среди мальчиков.]

1с Илифия [1],
5Сопрестольница далеко мыслящих Судеб,
Дочерь Геры, великой в силе своей,
Рождающая рождаемых,
Слушай меня!
Без тебя нам не видеть ни света, ни доброй ночи
10Без тебя нам не знать и Гебы, сияющей твоей сестры, —
Хоть все мы дышим о разном;
Хоть на каждом — доли его ярмо,
И над каждым, с бичом, — собственная его судьба.

И вот через тебя
15Сын Феариона Соген,
Избранный в доблести,
Прославляется ныне в песнях
Меж пришедшими к пятерной борьбе.

1а Недаром обитает он в краю Эакидов,
20Где песни звучат и копья стучат,
Ибо здесь
В каждом пылает дух,
Ревностью искуситься в состязании.
И чей увенчается труд,
25Тот станет для Муз истоком льющихся струй,
Которые — как мед для ума:
Ибо без песни
И великая сила пребывает во мраке.
Ведомо,
30Что единое есть зерцало для лучших дел —
Милостью Мнемосины с яркою повязью
Найти в славных напевах слов
Мзду за тяготы свои.

1э Умный пловец [2],
35За три дня предведая бурю,
Не губит себя ради прибыли —
Ибо бедному и богатому единый путь
К смертной грани.
И все же, мнится мне,
40Слава Одиссея больше испытанного им,
А виною тому сладкое слово [3] Гомера.

2с Вымыслы его и крылатое искусство
Некое несут величие;
Умение его обольщает вас,
45Сказками сбивая с пути;
А сердце у толпы —
Слепо:
Будь ему по силам видеть истину, —
Гневаясь за доспех [4],
50Не вонзил бы себе отточенный меч в средостенье
Мужественный Аянт,
Сильнейший по Ахилле,
На быстрых ладьях
Прямым дыханием мчащего Зефира
55Устремившийся к городу Ила,
Чтобы в битве отбить
Супругу для русого Менелая.

2а Да, волны Аида захлестывают всех,
Рушась и на бесславного и на славного [5].
60Но честь — тому [6], кого бог
Возвеличил доброю молвою,
Попечительницей о тех, кто мертв,
Честь — тому, кто пришел узреть
Великий пуп широкотелой земли.
65Здесь,
В пифийской низине,
Опочил Неоптолем,
Разоривший Приамов град,
За который столько страдали данаи.
70По возвратном блужданье
Миновав Скирос, подплыв к Эфире [7],

2э Недолго царил он в молосской земле,
Но навеки оставил эту честь роду своему, —
Сам же пришел к богу
75С первинами троянских добыч [8],
Где в схватке над жертвенным мясом встретил его ножом
Человек.

3с Безмерна была тоска
Гостеприимных Дельфов;
80Но то была дань судьбе —
Ибо назначено было
Единому из царственных Эакидов
Пребыть до конца времен
В древней священной роще, у дивных стен божьего дома,
85И оттуда блюсти
Чин многожертвенных шествий [9]
Во имя благодольной Правды...
— Довольно трех слов:
Нелживым свидетелем творимого.

90О, Эгина,
Тверда моя душа
Поведать путь достославный и торный

3а Сияющим доблестям
Твоих и Зевесовых сынов,
95Но во всем, что есть,
Сладка передышка —
Пресыщают [10]
Даже мед и милые цветы Афродиты.
Всякому
100От природы различен жизненный удел.
Иному одно,
Иному другое —
А совокупное счастье
Не в подъем одному;
105Не назвать, пред кем положила Доля такой предел.
Но тебе, Феарион,
Должной мерой отмерила она зажиток,

3э По плечу тебе дала отваги на доброе
И не положила охулки на крепость твоего ума.
110Я твой гость —
Чуждаясь черной хулы,
Я прославлю тебя,
Я пролью на тебя, как речной поток,
Истинную хвалу,
115Достойную мзду достойным.

4с Ахейцу от Ионийской соли [11],
Встав со мной рядом,
Не в чем меня упрекнуть —
Я верю в гостеприимство,
120Светел мой зрак меж сограждан моих,
Нет во мне надмения,
Путь мой чист от всякого насильства,
И остаток моих дней
Да будет благостен в своем приближении.
125Кто знает меня, пусть скажет —
Преступил ли я против песни порочащим словом?
Пред тобою,
О Соген из рода Евксенидов,
Я клянусь:
130Не ступал я за черту [12],
Устремляя быстрый мой язык,

4а Как дрот с медным острием,
Отстраняющий от борьбы [13]
Невспотевшую шею и силу
135Тел, еще не обожженных солнцем.
После трудов слаще услада.
Дай же мне
Возвысить мой возглас сверх меры —
Я не тот невежда,
140Который откажет победителю в дани похвал.
Не в труд сплетать венки из цветов, —
Но дай срок,
И Муза моя совьет тебе воедино
Золото,
145Слоновью кость
И лилейный цветок [14], исторгнутый из пены морской.

4э Но вспомнив о Зевсе при Немее,
Всколебай им
Мирный гром многоголосых песнопений, —
150Ибо где, как не в этой земле
Кротким голосом славить царя богов,
Чье семя в лоне Эгины породило Эака,

5с Властителя городов
В добром именем отчем краю,
155Первого из гостей и братьев [15]
Твоих, Геракл.
Если причастится человеку человек, —
То отраднее всех отрад
Ближнему ближний, любящий глубью души;
160Ежели таков к тебе бог,
Поправший Гигантов, —
То волен ты, Соген,
Лелеющий сердце, нежное к отцу,
Жить в жилищах предков твоих,
165Благодатных и благословенных,

5а Стиснутых божьими святилищами [16] по обе руки.
Как дышлами четверни.

Блаженный бог,
Не чрез тебя ли молить о милости к Согену
170Владеющего Герой [17]
И деву с серыми глазами?
Не ты ли властен
Щедро дарить смертным
Силу в неодолимых неудачах?
175Если ты сплетешь для Евксенидов
Жизнь по мере их,
Жизнь, сильную в шагу,
Жизнь благодольную
В юности и в блещущей старости, —
180То сыны их сынов
5э Век бы хранили нынешнюю честь
И обретали бы пущую.

А о Неоптолеме
Никогда
185Неподобными словами не вымолвит мое сердце обидного!
Но полно:
Кто трижды и четырежды возвращается к одному,
Тот скуден,
Как суеслов, без конца лепечущий детям:
190«Коринф, сын Зевса...» [18]
Коринф, сын Зевса...»

<«Неоптолем»> Согену Эгинскому. Одна из самых сложных од Пиндара. Дата ее неустановима: схолиаст дает невозможную дату — 547 или 527, которую исследователи исправляют на 487 или 467; немецкая традиция (Виламовиц) предпочитает более раннюю дату, английская (Баура) — более позднюю. Оде предшествовал 6-й пеан, написанный для Дельф; он попутно касался мифа о гибели Неоптолема, посягнувшего на дельфийского Аполлона и за это позорно убитого в споре за жертвенное мясо: согласно пеану, это было ему карой за убийство старого Приама. Эгиняне, для которых Неоптолем был одним из местных героев-Эакидов, были недовольны такой трактовкой. Пиндару пришлось написать палинодию, согласно которой гибель Неоптолема была лишь исполнением древнего пророчества, что одному из Эакидов суждено покоиться в святых Дельфах, и вставить эту палинодию в очередную свою оду для эгинского атлета — в Нем. 7. Отсюда — очень сложное переплетенье тем в оде. Герою ее, Согену, посвящен зачин и конец, да еще в центре оды посвящена хвала его отцу Феариону, а во второй половине оды — обещание прославить Согена еще пышнее. Вся же первая половина оды развивает тему: «посмертная слава — превыше всего; иногда она не заслуженна — как у Одиссея, иногда же заслуженна — как у Неоптолема, погребенного в Дельфах; Гомер напрасно превознес Одиссея, я же по заслугам превознес Неоптолема, и меня не в чем винить»; и в финале Пиндар отмахивается от этих упреков уже с совершенным презрением.

 

1. Илифия — обращение к Илифии, богине рождения (удивлявшее уже схолиастов) едва ли не подсказано мальчишеским возрастом и именем Согена (что значит «рожденный здоровым»). Схолиаст сообщает, что это была первая победа эгинян в Немее среди мальчиков, поэтому ода о ней была важным заказом.

2. Умный пловец... — логика: «истинная награда доблести — слава в потомстве; богатство же не стоит риска, ибо не преодолевает смерть. Правда, слава тоже иногда бывает незаслуженной, как у Одиссея...» и т. д.

3. А виною тому сладкое слово... — ср. Ол. 1, 30—33 о Харите.

4. Гневаясь за доспех... — Аянт и Одиссей спорили за Гефестов доспех, оставшийся после убитого Ахилла, и суд войска счел достойнейшим Одиссея; Аянт не перенес обиды и покончил самоубийством. Пиндар вставляет в оду хвалу Аянту в угоду эгинскому мифологическому патриотизму.

5. ...и на бесславного и на славного. — Вариант перевода: «и на ждущего и на не ждущего».

6. ...честь — тому... — т. е. Неоптолему.

7. Эфира (здесь) — город в Эпире («молосской земле»), цари которого считали себя потомками Неоптолема.

8. С первинами троянских добыч... — т. е. приход Неоптолема в Дельфы мотивирован благочестивыми причинами, а не кощунственным желанием потребовать Аполлона к ответу за гибель Ахилла (как утверждала враждебная версия, восходящая к киклической поэме «Возвращения») или ограбить его храм (рационализированный вариант той же версии у историка-мифографа VI 

в. Ферекида, на которого ссылается Страбон).

9. ...многожертвенных шествий — на Пифийских играх. Гробница Неоптолема находилась налево при выходе из дельфийского храма (Павсаний, X, 24, 6); блюстителем правды он назван как потомок справедливца Эака. Впрочем, настоящим почетом в Дельфах он стал пользоваться только в III в. до н. э., когда возникла легенда, что он помог греческому войску отвратить наступавших на Дельфы галлов.

10. Пресыщают... — реминисценция из «Илиады», XIII, 636.

11. Ахейцу от Ионийской соли... — т. е. «даже молосский эпирот, земляк Неоптолема, не упрекнет меня за то, что я нарушил долг гостя, дурно отозвавшись о предке хозяина» (намек, что Неоптолем, собственно, не эгинянин, и обиды эгинян неуместны).

12. Не ступал я за черту... — черта, дальше которой нельзя разбегаться при размахе.

13. Дрот... отстраняющий от борьбы... — если бросок дрота (4-е состязание пятиборья) был так удачен, что почти обеспечивал атлету победу, то его противник мог сразу признать себя побежденным и отказаться от 5-го состязания — борьбы.

14. Лилейный цветок — коралл: считалось, что под водой он бел, и лишь на воздухе красен.

15. ...братьев — Эак и Геракл были братьями по Зевсу.

16. Стиснутых божьими святилищами... — дом Феариона находился между двумя святилищами Геракла-гигантоборца.

17. Владеющего Герой... — т, е. Зевса и Афину.

18. «Коринф, сын Зевса...» — пословица, имеющая смысл «сказка про белого бычка» (ср. Платон, «Евфидем», 292е). Коринфяне уговаривали мегарян не восставать против них, «не то восстенает Коринф, сын Зевса»; мегаряне выгнали коринфских послов камнями, но те и убегая, твердили: «Коринф, сын Зевса...» (схолиаст).

[Пиндар]


ЭПИНИКИИ НЕМЕЙСКИЕ, 8. <«АЯНТ»>

{ДИНИЮ ЭГИНСКОМУ,
сыну Мегаса, из рода Хариадов, на победу в беге.
Год — 459 (?)]

1с Державная Юность,
5Вестница амвросических нег Афродиты,
Ты живешь на ресницах отроков и дев,
Одного ты вверяешь ласковым ладоням Судьбы,
Другого — жестким.
Счастлив тот,
10Кто не разминулся с добрым случаем,
Кому дано
Царить над лучшими из Эротов!

1а Лучшие из Эротов
Были пастырями Кипридиных даров,
15Витая вкруг ложа [1] Зевса и Эгины,
Чей сын расцвел
Царем Эноны [2], могучим мышцею и советом.
Многие много молили о лицезрении его,
Цвет окрестных героев без зова шел под его закон.
201э Строители ратей в каменистых Афинах
И потомки Пелопидов в Спарте [3].
О Эак,
К священным коленям твоим припадаю я с мольбой
О милом городе и о гражданах его:
25В моих руках —
Лидийская митра [4], шитая звоном,
Немейская почесть
Двойному бегу
Диния и Мегаса [5], его отца.

30Самое прочное счастье людское —
От бога:

2с Не бог ли некогда осыпал богатствами и Кинира [6] в приморском Кипре?
Но пусть застынет
Легкий мой шаг —
35Я вбираю воздух пред новым словом:
Многое сказанное по-многому сказано,
А новое найти и вынести на суд —
Всего грозней,
Ибо суд этот — пастбище для зависти,
40А она прилепляется лишь к доброму,
Худому она не враг.

2а Снедью ее стал
И сын Теламона,
Брошенный на клинок [7]:
45Кто не речист, но мощен душой,
Тот в скорбном споре уступает забвению,
А лучший дар достается искусной лжи —
Так тайными голосами [8]
Услужили данайцы Одиссею,
50И Аянт, обездолен золотым доспехом,
Встретил смерть.

2э А как несхожи были они,
Разя ранами жаркие тела врагов,
Потрясая копья, ограду смертных,
55В схватке ли над Ахиллом [9], только что павшим,
В дни ли иных трудов и многих смертей?
Издавна была ты сильна,
Вражья речь, лживая речь,
Застолье обманчивых слов,
60Измыслительница коварств,
Вредоносное зло,
Ты, насилующая всякий блеск,
Ты, возносящая гнилую честь
Темных людей.

653с Зевс-отец,
Да не явится во мне никогда
Тот нрав!
Да будет проста дорога жизни моей,
А когда умру,
70Да не ляжет клеймо бесславия на детей моих!
О золоте молятся одни,
О бескрайних полях — другие,
А я хочу скрыть мое тело в земле,
Угодный согражданам,
75Хваля достохвальное,
А на преступное рассевая хулу.

3а Разрастается доблесть,
Как дерево, мечущее зеленые ветви,
Возносясь во влажный эфир
80Меж мудрыми и праведными мужами.
По-разному надобны бывают друзья:
Выше всех — помощь в трудах;
Но любо и в отраде
Остановить взгляд на том, кто верен.
85О Мегас,
Вернуть твою душу в мир —

3э Не по силам мне:
Тщетным надеждам — безумный исход.
Но мне дано
90Для рода твоего, для Хериадов твоих
Безмерный воздвигнуть
Песенный столп
Во славу быстрых ног
Дважды двух победителей.
95Я счастлив
Испустить хвалу, достойную подвига:
От ее заклятий
Безболезненна делается усталость мужа;
И еще до вражды Адраста [10] с кадмейцами пелась
100Эта славословящая песнь.

(«Аянт»). Динию Эгинскому, 459 г. (?). Дата оды предположительна: по тону ее можно думать, что Эгина уже находится под угрозой (со стороны «завидующих ей» Афин), но еще не воюет. Отсюда — напоминание об Аянте Саламинском, общем герое Афин и Эгины, и о древнем Эаке, будто бы радевшем об общих интересах Афин и Спарты (ст. 11—12). Герой оды ближе неизвестен; вместе с ним восхваляется его уже умерший отец. План трехчастный: хвала Юности и Эгине — осуждение зависти и миф об Аянте — хвала правдивому песенному слову.

 

1. Витая вокруг ложа... царем Эноны... — ср. конец пеана 6 и Истм.

2. Энона — древнее название Эгины.

3. ...в Афинах... в Спарте... — по-видимому, имеется в виду тот же миф о том, как Эак по просьбе всех эллинов отмолил от Эллады великую засуху, о котором см. примеч. к пеану 6, 126 (ср. Нем. 5, 10). Посольства к Эаку были изображены на ограде главного храма Эака на Эгине (Павсаний, II, 29, 7) — едва ли не под влиянием оды Пиндара (Виламовиц).

4. Лидийская митра — песнь в «лидийском ладе», считавшемся повышенно эмоциональным.

5. Диния и Мегаса... — отец и сын одержали по две победы (ст. 47—48) — в простом или двойном беге, из метафор Пиндара неясно.

6. Кинир, отец Адониса — не более, чем традиционный образ счастливца (ср. Пиф. 2), упомянутый здесь для контраста с несчастным Аянтом. О Кинире рассказывали и то, что он находился в кровосмесительной связи со своей дочерью Миррой (Овидий. «Метаморфозы», X); может быть, Пиндар намекает на эту «клевету», чтобы оборвать речь о Кинире и перейти к Аянту.

7. Брошенный на клинок... — см. примеч. к Нем. 7, 24. Известная трагедия Софокла «Аянт» была представлена в Афинах как раз в эти годы.

8. ...тайными голосами... — анахронизм: тайное голосование — черта новых, демократических порядков, враждебных Пиндару.

9. В схватке ли над Ахиллом... — эта схватка упомянута в «Одиссее», V, 309—310 как труднейшая из Одиссеевых битв.

10. И еще до вражды Адраста... — т. е. «услаждающие душу эпиникии пелись и до того, как Адраст в походе Семерых против Фив учредил Немейские игры, ставшие поводом для нынешнего эпиникия».

[Пиндар]


ЭПИНИКИИ НЕМЕЙСКИЕ, 9. <«АДРАСТ»>

{ХРОМИЮ ЭТНЕЙСКОМУ
на победу в колесничном беге, в Сикионе.
Год — 474 (?)]

1с От Аполлона и от сикионских стен —
5В путь, о Музы.
К новооснованной Этне,
Чьи ворота распростерты перед пришельцами,
В путь к блаженному дому Хромия
С сладким словом на песенных устах!
10Вот он взошел на колесницу,
Правя победоносными конями,
Он подал знак
К песне во славу матери и близнецов [1],
Вместе взирающих от высокого Пифона.

155.
2с Есть меж людьми слово —
Добрые свершения в безмолвии не хоронить!
Вещий напев стихов —
Достойная дань горделивому.
20Одухотворим же гремящую лиру и флейту
Пред высотами конеборств,
Адрастом в честь Феба установленных
У Асоповых [2] струй.

Вспомнив о них,
25Не украшу ли я славными почестями
3с Царственного героя,
Осиявшего город свой
Свежестью торжеств [3], спором сильных, блеском колесниц?
От дерзких Амфиараевых умыслов [4],
30От страшного мятежа
Он бежал далеко от родного крова и Аргоса;
Сыны Талая,
Осиленные бунтом, были безвластны,
Но он, умнейший,
35Замирил миновавший спор;

4с Дав Оиклиду в жены
Эрифилу, укротительницу мужей [5],
Сделал он верных ему в клятве
Наибольшими меж русоволосых данаев.
40Тогда-то и вывели они воинство
На семиворотные Фивы.
Не казали им птицы [6] попутный знак,
И Кронид обращенной вспышкою
Устремлял их, обезумевших не в путь, а с пути:
455с На открытую рвалось беду
Войско в медных доспехах и сбруях.
И берег Исмена
Отсек им сладкий возврат —
Белый дым взошел от жира их тел,
50Семь костров [7] поглотили юные мышцы их,
И только Амфиараю
Бог разверз всесильным перуном
Глубокую грудь земли,
Поглотив его с колесницею,

556с Пока не ударило его в спину Периклименово [8] копье,
Обрушивая позор на воинственный его дух!

Пред божественным ужасом
Бегут и сыны богов.
О Кронион, родитель Зевс,
60Если есть на то сила твоя,
Отврати отсель
Сверхмужеское испытание сил
На жизнь и на смерть от финикийских копий!
Пусть по моей мольбе
65Дастся сынам этнейцев в долгую дань
Благозаконный удел,
7с Пусть народ
Проблестит гражданственным блеском!
Здесь край мужей,
70Любителей конеборств,
И души их — превыше богатства.

Я знаю, нет веры моим словам,
Ибо всюду тайная корысть
Обирает честь, носительницу славы.
75Но кто был под щитом у Хромия
В пешем крике, среди коней и в боях кораблей, —
Тому ведомо,
8с Что в битвенной грозе
Честь есть бог,
80Устремивший его копьеносный пыл
К отвращению бича Эниалия.
У немногих достанет духа и рук
Погнать на вражеский строй
Тучу смерти, заградительницу пути бойцам.
85Над потоком Скамандра
Слава цвела для Гектора,
А над обрывистым Гелором, где Реин брод [9],
9с Этот свет сверкнул сыну Агесидама
В первой его молодости, —
90А об иных его днях, и на пыльной земле, и в ближнем море [10]
Еще петь мне песнь.

Из трудов юности и правды
Добрая родится старость.
Знай же, Хромий,
95Милостию божеств
Дивного причастился ты счастья:
10с Ибо если над грудами богатств
Возносится достойная слава, —
То нет высших вершин для смертной стопы.
100Безмятежность мила застолице,

В нежных песнях распускается свежий цвет побед,
Крепнут голоса над винными чашами.
Слей вино с водой,
В чаше, сладкой вестнице пира,
10511с Буйный сын лозы
Пусть разольется по серебряным фиалам,
Завоеванным Хромию
Конями его в священном Сикионе,
Где венчали его
110Венки Латонина сына, по уставу сплетенные,
Зевс-отец,
Дай прозвучать мне о его доблести!
По благости Харит
Дай прославить его победу
115Превыше других!
Дай достигнуть дроту моему вернее
До цели Муз.

(«Адраст») Хромию Этнейскому, 474 г. (?). 9, 10 и 11 песни не имеют отношения к Немейским состязаниям и присоединены к сборнику эпиникиев как приложение. Эта ода в честь Хромия (героя Нем. 1) воспевает его победу на Сикионских играх в честь Аполлона, учрежденных в действительности тиранном Клисфеном, а по мифу — Адрастом, когда он спасался в Сикионе от Амфиарая. Отсюда — центральный миф оды; метонимически бегство Адраста связало с учреждением Сикионских игр, метафорически поход Адраста на Фивы связан с угрозой от карфагенян («финикийских копий», ст. 28) сицилийским грекам. Композиция трехчастная, симметричная (первая часть в честь Хромия укорочена, последняя удлинена). Монострофическое (не триадическое) построение указывает, что ода должна была петься при шествии. Датировка приблизительна: во всяком случае, ода относится к первым годам по возвращении Пиндара из Сицилии.

 

1. ...матери и близнецов... — Латоны и Аполлона с Артемидой.

2. Асоп — река близ Флиунта и Сикиона, одноименная с беотийским Асопом (ср. Нем. 3, 3).

3. Свежестью торжеств... — Три части состязаний, учрежденных Адрастом: жертвоприношения, гимнастические игры и скачки.

4. Амфиараевых умыслов — Амфиарай сверг в Аргосе Талая, отца Адраста, и изгнал его сыновей; но Адраст с помощью коринфского царя Полиба заключил мир и скрепил его, выдав свою сестру Эрифилу за Амфиарая (Оиклида). Древние комментаторы видели здесь намек на распри Гиерона и Ферона Акрагантского, находившихся в таком же свойстве, как Адраст и Амфиарай.

5. ...укротительницу мужей... — Эрифила по просьбе Адраста уговорила мужа пойти в роковой поход против Фив.

6. Не казали им птицы... — мотив, подробно разработанный потом Стацием в «Фиваиде», III, 459 сл.

7. Семь костров... — см. Ол. 6, 15 и примеч.

8. Периклимен — фиванский герой, сын Посидона и Хлориды, дочери Тиресия.

9. При Гелоре отец Гиерона Гиппократ, тиран Гелы (откуда родом был Хромий) одержал когда-то решающую победу над сиракузянами. Реин брод — Ионийское море (ср. Эсхил. «Прометей», 837); вариант чтения — «Ареев», т. е. битвенный брод.

10. ...на ближнем море... — намек на сражение при Кумах в 474 г.?

[Пиндар]


ЭПИНИКИИ НЕМЕЙСКИЕ, 10. <«ДИОСКУРЫ»>

{ФЕЭЮ АРГОССКОМУ,
сыну Гилия, на победу в борьбе в Аргосе,
на празднике Геры.
Время — 460-е гг. (?)]

51с Город Даная и пятидесяти его дочерей на блистательных тронах [1],
Аргос,
Благолепную обитель Геры,
Воспойте, Хариты!
В нем сияют десять тысяч слав
10Деяниям его отваги.
Персею
Долгая слава за Медузу Горгону.
Ладонями Эпафа
Много воздвигнуто городов в Египте.
15Гипермнестру [2],
Единственный меч удержавшую в ножнах, не минует хвала.

1а Диомед [3]
Бессмертие принял от богини сероокой и русоволосой,
А под Фивами
20Приняла земля пред Зевсовым перуном
Вещего Оиклида [4], грозовую тучу войны.

Славен Аргос и прекраснокудрыми женами —
Славу эту в древности явил Зевес,
Нисходя к Алкмене и к Данае.
25Зрелый плод ума и прямой путь правды
Сочетались здесь в Линкее и в Адрастовом отце [5],

1э Вскормлено здесь и копье Амфитриона —
Тот, кто сильней всех счастьем,
Вошел в его родню,
30Когда медным оружием сокрушил он телебоев,
А царь богов,
Уподобясь ему обличьем своим,
Внес в чертог его
Семя неукротимого Геракла —
35Геракла, супруга Гебы,
Прекраснейшей из богинь,
Ступающей по Олимпу близ матери своей, блюстительницы супружеств.

2с Коротко дыхание уст моих,
Не исчислить ему всех благ, что на доле священной ограды Аргоса,
40И тяжко ему противостоять всей зависти людской.
Но ты, Муза,
Пробуди добрые струны моей лиры,
Заботой своей коснись состязаний,
Где медный спор [6]
45Сгоняет народ к бычьим жертвам Геры,
И к той борьбе,
Где Феэй, сын Гилия,
Двойною победой достиг забвенья благопонесенных трудов.

2а Некогда при Пифоне
50Осилил он все эллинское воинство [7];
При Истме и Немее,
Счастливый приходом, домогся он венка,
Утруждая Муз
Трижды у морских ворот [8]
55И трижды средь священных равнин, по Адрастову чину.

Отец наш Зевс!
Сердце его жаждет [9], хотя уста его молчат.
И свершение трудов его — в тебе.
Не минует милость твоя
60Мольбы того, кто в неробком сердце несет отвагу.

2э И я пою то, что ведомо лишь богам,
И я пою того, кто в высокой борьбе соревнуется о пределе!
А высший устав —
Это тот, что ставлен Гераклом в Писе:
65Предвестием были
Сладкие голоса афинских торжеств,
Дважды тебя приветившие, —
Недаром земля, обожженная огнем,
В расписных тайниках сосудов
70Несла оливковый дар [10]
Славному храбрецами народу Геры.

3с Не впервые
Милостию Харит и Тиндаридов
Честь, завоеванная в борьбе,
75Следует знатному племени
Предков твоей матери, о Феэй!
Будь я сородичем Фрасиклу и Антию [11],
Не пришлось бы мне скрывать свет очей моих перед Аргосом!
Город Прета, кормилец коней,
80Сколько раз
Цвел ты победами [12]
И в низинах Коринфа, и четырежды у Клеонских мужей!

3а Из Сикиона к тебе притекли
Одаренные винными серебряными чашами,
85Из Пеллены —
Облаченные нежащими шафранами,
А медь твою многую не впору перечесть,
Не вмочь оценить, —
Медь от Клитора, и Тегеи, и ахейских нагорных городов,
90Медь от Ликея,
Снесенную к Зевсу данью побед
Бегу ног, силе рук.

3э Кастор с Полидевком, кровным своим,
Гостями были Памфая, —
95Так диво ли,
Что пророс его род лучшими из состязателей?
С Гермесом и Гераклом
Братья-блюстители Спарты, широкой в плясках [13],
Правят цветущие жребьи схваток
100И пекутся о честных мужах, —
Необманно племя богов.

4с Переменною чередою
День они пребывают при Зевсе, милом отце,
И день — в полых недрах Ферапны.
105Един их жребий,
Ибо это Полидевку милей,
Чем всецело быть ему богом и жить в небесах,
А Кастору мертвым лежать в бою.
Это Идас, гневаясь за быков [14],
110Пронзил его острием жадного копья,

4а И это Линкей
Увидел его с Тайгета скрытым в дубовом дупле,
Ибо взором был острее всех земножителей.
Быстрой стопой
115Помчались сыны Афарея,
Смелое дело
Замыслили они в уме своем,
Но страшная казнь настигла их от Зевса.
За ними по стопам ринулся сын Леды [15],
120У отчей гробницы вышли они на него лицом к лицу,

4э С отчей гробницы схватив точеный камень, убранство Аида,
Чтобы им уметить
В грудь Полидевка.
Но он не рухнул, он не отступил:
125В бок Линкею вогнал он медь летящего копья,
А Идаса дымным огненосным громом поразил Зевс,
И оба сгорели, покинутые, —
Смертным не под силу тягаться с сильнейшими.

5с Быстро воротился Тиндарид
130К мощи своего брата;
Был еще брат живым,
Но хрипло вылетало его дыхание.
Проливая горячие слезы,
Со стоном
135Выговорил Тиндарид, возвысив свой голос:
«Отец Кронион,
Есть ли мне какое избавление от страданий?
Ниспошли, о владыка, смерть
За ним и мне!
140Кто теряет друзей, тот теряет честь, —
Ибо редкий из людей, пособников в наших трудах,

5а Верен в беде».
Так молвил он;
И Зевс,
145Представ перед ним,
Обратил к нему ответное слово:
«Ты — мой сын,
Но после меня приблизился к матери твоей
Герой ее и муж,
150Излив в нее смертное семя.
Я вручаю твой выбор тебе:
Если хочешь ты, чуждый смерти и мерзкой старости,
Обитать на Олимпе
С Афиною и с Аресом, о черном копье, —

1555э Жребий в твоих руках.
Если же бьешься ты за кровного твоего,
Если хочешь ты поровну с ним разделить удел, —
Половина дыхания твоего будет в глубях земли,
Половина — в золотых чертогах небес».

160Так сказал Зевс, —
И не было двух мыслей в уме у Полидевка.
А бог
Разомкнул очи и уста [16]
Бойцу, с головой, одетой в медь, —
165Кастору.

(«Диоскуры») Феэю Аргосскому, 460-е ее. (?). Ода на победу в местном аргосском состязании в честь Геры; интересна тем, что композиция ее не трехчастная, а двухчастная: миф о Диоскурах, покровителях игр (связанный с адресатом оды через его мифического предка Памфая) составляет вторую ее половину, а первая строится по привычной симметрической схеме «город — герой — город». Дата неизвестна; скорее всего, относится к 460-м годам, когда в Аргосе держалась олигархия, сумевшая подчинить соседние Микены и Тиринф (поэтому среди аргосских героев перечисляются и Амфитрион, родившийся в Микенах, и Прет, правивший в Тиринфе и известный по мифу о Беллерофонте (ст. 12 и 41).

 

1. Зачин оды напоминает знаменитый гимн молодого Пиндара (фр. 29—30) и Истм. 7.

2. Гипермнестра, единственная из 50 данаид, отказавшаяся убить своего мужа Линкея, была героиней трилогии Эсхила, поставленной в Афинах как раз около этого времени.

3. Диомед, с помощью Афины сражавшийся под Троей даже против Афродиты и Ареса, чтился как бог во многих греческих колониях в Италии; схолиаст свидетельствует, что об этом писал еще Ивик.

4. Оиклид — Амфиарай, ср. Нем. 9, 24—26; «грозная туча войны» — гомеровское выражение о Гекторе («Илиада», XVII, 243).

5. ...в Линкее и в Адрастовом отце... — могилы Линкея (мужа Гипермнестры) и Талая на аргосской площади упоминаются Павсанием, II, 21, 2.

6. ...медный спор... — наградой на аргосских играх Геры были медные щиты.

7. ...воинство — вместо «толпа» — обычная у Пиндара метафора.

8. ...морские ворота — Истмийские, Адрастов чин — Немейские игры.

9. Сердце его жаждет... — герой мечтает одержать победу и в Олимпии.

10. ...оливковый дар... — кувшины с оливковым маслом, награда на панафинейских состязаниях; Пиндар видит в этом предвестие венка из оливковых листьев, награды на олимпийских состязаниях.

11. Фрасикл и Антий — эти «предки матери» Феэя ближе неизвестны.

12. Перечисляются победы на играх Истмийских, Немейских (о «Клеонских мужах» ср. Нем. 4, 17), сикионских (о серебряных наградах ср. Нем. 9, 52), ахейских (о плащах, которыми награждали в Пеллене, ср. Ол. 9, 97), аркадских (в честь Зевса в Ликее, Афины в Тегее, Персефоны в Клиторе).

13. Широкой в плясках — Кастор и Полидевк считались изобретателями военной пляски «пиррихи», распространенной в Спарте.

14. ...гневаясь на быков... — Диоскуры вместе со своими двоюродными братьями Идасом и Линкеем, сыновьями мессенского царя Афарея, похитили стадо быков; Афариды при дележе попытались забрать всю добычу себе; за это Диоскуры захватили их собственное стадо, те погнались за победителями и убили Кастора, хотя и погибли сами. Пиндар намеренно скрадывает мотивы, чернящие поведение Диоскуров, особенно — Полидевка, сына Зевса. Источник Пиндара — киклические «Киприи» (в гесиодовской традиции сыновьями Зевса являются оба Диоскура, и отбивают они у Афаридов не быков, а невест, дочерей Левкиппа).

15. ...сын Леды — собственно, «сын Зевса», ибо сыновьями Леды были и зачатый от Зевса Полидевк, и зачатый от Тиндара Кастор.

16. Разомкнул очи и уста... — тонко подмеченная последовательность: пробудив

шийся человек сперва осматривается, потом начинает говорить (В. Крист).

[Пиндар]


ЭПИНИКИИ НЕМЕЙСКИЕ, 11.

{АРИСТАГОРУ ТЕНЕДОССКОМУ
на его избрание пританом.
Год — около 446.]

1с Реина дочь [1],
5Сопричастница пританеев,
Гестия,
Сестра высочайшего Зевса
И Геры, с ним разделяющей престол,
Прими подобру в обитель свою
10Аристагора,
Допусти к сияющему жезлу твоему
Ближних его!

Они чтут тебя, правя высокий Тенедос,
1а Они возносят к тебе первой из всех богов
15Обильные возлияния и обильный жир,
Лира и песнь откликаются им,
Закон Зевса-Гостеприимца блюдется у них
На пирах [2] во веки веков.
Дай же Аристагору
20Достичь двенадцатимесячного предела своего
Со славой и без печали!

1э Блажен для меня и его отец Аркесилай,
Дивный телом, бестрепетный смолоду;
Но кто и обильем велик,
25Кто и видом своим превосходит всех,
Кто и силой проблистал, подвизаясь в боях, —
Пусть помнит:
Он в смертное тело одет,
И концом концов
30Будет земля, которая его прикроет.

2с Слава ему —
В добрых речах сограждан его,
Слава ему —
В песенной красе и в медовом бряцанье струн!
35Венцом над Аристагором блещут шестнадцать побед,
В простой борьбе и в двойной борьбе по ближним местам,
Гордость его и славной его породы.

2а Боязливы были надежды отца его и матери —
Силу сына
40Отвратили они от схваток Пифона и Олимпии!
А я клянусь:
Появись он у Касталийских струй,
Появись он под сенью рощ на Кроновом берегу, —
Воротился бы он славнейшим иных состязателей,

452э Отпраздновал бы пятилетнее торжество, заповеданное Гераклом [3],
Увенчал бы кудри багрецом ветвей.
Увы, меж людей
Иные из благ теряет заносчивое тщеславие,
Иные же — робкий дух,
50Презрительный к собственной силе,
За руку оттягивающий от успеха, который ждут.

3с Не видится ли в нем
Древняя кровь спартанского Писандра,
Который из Амикл
55С Орестом привел к Тенедосу [4]
Медную эолийскую рать?
Не видится ль и кровь Меланиппа [5], предка матери его,
Слившаяся с Писандровой над потоком Исмена?
Древние доблести [6]

603а Чередуют силу поколений людских:
Черные пашни не плодоносят подряд,
Деревья благоухают цветами не вровень каждый год,
Всему нужна перемена.
Тот же удел
65Правит и смертным людом.

3э От Зевса смертным
Открытых знамений нет —
Лишь бесстыдная надежда живет в наших телах,
Когда шагаем мы к подвигам,
70Когда замышляем несчетные деяния;
Русло же их
Отбегает далеко от нашего предвидения.
Кто ловит прибыль —
В меру лови,
75Ибо всех безумий острее
Страсть о недоступном.

Аристагору Тенедосскому, 446 г. (?). Песня вообще не является эпиникием, а скорее — сколием: (так ее и обозначал Дидим); победы героя перечисляются, но все они — на местных состязаниях. Герой — брат того Феоксена, на чьих руках, по преданию, умер Пиндар (фр. 123, отсюда — предположительно поздняя датировка); Пиндару он близок по двойному родству — по отцу со Спартой (родиной Эгидов), по матери с Фивами. Коллегия пританов в Тенедосе обладала верховной властью в государстве в течение года.

 

1. Реина дочь — обращение к пританейской Гестии как хранительнице государственного очага. Поэтому ей «первой из всех богов» (ст. 6) приносили жертвы новоизбранные должностные лица.

2. На пирах... — должностные лица текущего года обедали в пританее на государственный счет.

3. ...пятилетнее торжество, заповеданное Гераклом... — Олимпийские игры (см. Ол. 10).

4. ...привел к Тенедосу... — эпизод колонизации эгейских островов после выселения ахейцев от натиска дорян в Эолиду; впрочем, Страбон (XIII, 1, 3) приписывает это не Оресту, а его сыну Пенфилу.

5. Меланипп — один из защитников Фив от похода Семерых, бившийся с Тидеем.

6. Древние доблести... — тема, сходная с Нем. 6, 8—10; ею логически объединяется вся ода: «жизнь переменчива, и ни отец героя не должен упорствовать в своем величии, ни сам герой в своей вынужденной скромности».

[Пиндар]


ЭПИНИКИИ ОЛИМПИЙСКИЕ, 1. <«ПЕЛОП»>

{ГИЕРОНУ СИРАКУЗСКОМУ
и коню его Ференику на победу в скачке.
Год — 476.]

1с Лучше всего на свете —
5Вода [1];
Но золото,
Как огонь, пылающий в ночи,
Затмевает гордыню любых богатств.
Сердце мое,
10Ты хочешь воспеть наши игры?
Не ищи в полдневном пустынном эфире
Звезд светлей, чем блещущее солнце,
Не ищи состязаний, достойней песни,
Чем Олимпийский бег.
15Лишь отсюда многоголосый гимн
Разлетается от мудрых умов,
Чтобы славить Кронида
У блаженного очага Гиерона —

1а Гиерона, который владеет
20Скиптром правосудия в стадообильной Сицилии,
Гиерона, у которого в житнице —
Наливные колосья всех добродетелей,
Гиерона, который блещет
Славословием песнопений
25Среди нашего веселья на его гостеприимном пиру.
Сними же с гвоздя
Дорийскую лиру,
Если в душу скользнула сладкою заботою
Радость о Писе и о Ференике [2],
30Который, мчась при Алфее,
Не касаем бичом,
Причастил победе своего господина —

1э Царя Сиракуз,
Любителя конеборств.

35Слава Гиерона сияет
В этом славном мужами поселенье лидийского Пелопа —
Пелопа, которого полюбил держатель земли Посидон,
Когда Клото воздвигла его из чистой купели
С плечом, блиставшим слоновьей костью.

40...Но нет [3], это сказки:
Ведь так часто людская молва
Переходит за грани истины;
И сказания, испещренные вымыслами,
Вводят в обман.

452с Ведь Харита,
Подательница всего, что нам мило,
Столько уж раз
Представляла нам неверное верным!
Нет: бегущие дни — надежнейшие свидетели:
50Человек о богах
Должен говорить только доброе,
И на нем не будет вины.
Пелоп, сын Тантала!
Я скажу о тебе иное, чем предки:
55Я скажу, что некогда твой отец,
Созывая богов на милый Сипил,
Благозаконно
Воздавал им пиром за пир, —
И когда-то сверкающий трезубцем бог
60Схватил тебя и унес,

2а Ибо страсть придавила его сердце.
На своих золотых конях
Он вознес тебя к Зевсу в небесный широкославный чертог,
Где такая же страсть поселила потом Ганимеда [4].
65Ты исчез,
И люди искали, но не нашли тебя для матери;
А завистник-сосед
Стал, таясь, рассказывать людям,
Как в воду, кипящую на огне,
70Острым изрубленное ножом,
Падало тело твое,
Как делили его за столом на куски и ели.

2э Нет!
Я не смею назвать людоедами богов!
75Слишком часто кара настигала богохульников.
Если олимпийцы чтили когда-нибудь смертного
Это был Тантал;
Но не мог он переварить своего великого счастья —
За великую гордыню понес он от вышнего Отца
80Величайшую казнь:
Исполинский камень, нависший над лбом.
Он рвется его свалить,
Он забыл блаженный покой,
3с В безысходной жизни он окутан мучением,
85Четвертым к трем [5] —
Потому что он похитил у вечноживущих
Для сверстных себе [6] застольников
Нектар и амвросию,
В которых было бессмертье.
90Неправ,
Кто надеется, человек, укрыться от ведома бога!
Оттого-то
И вернули его сына бессмертные
К кратковременной доле жителя земли.

95А когда расцвели его годы,
Когда первый пух отемнил его щеки,
Он задумался о брачной добыче,

3а О славной Гипподамии, дочери писейского отца.
Выйдя к берегу серого моря,
100Он один в ночи
Воззвал к богу, носителю трезубца,
К богу, чей гулок прибой, —
И бог предстал пред лицом его.
Сказал Пелоп:
105«Если в милых дарах Киприды
Ведома тебе сладость, —
О Посидон!
Удержи медное копье Эномая,
Устреми меня в Элиду на необгонимой колеснице,
110Осени меня силой!
Тринадцать мужей, тринадцать женихов [7]
Погубил он, отлагая свадьбу дочери:

3э Велика опасность, и не для робкого она мужа, —
Но кто и обречен умереть,
115Тот станет ли в темном углу праздно варить бесславную старость,
Отрешась от всего, что прекрасно?
Испытание это — по мне,
А желанная победа моя — от тебя!»
Он сказал —
120И слова его были не праздными.
Для славы его
Дал ему бог золотую колесницу и коней с неутомимыми крыльями [8].

4с Он поверг Эномаеву мощь,
Он возлег с его дочерью,
125И она родила ему шесть сыновей,
Шесть владык, блистающих доблестью.
А теперь,
Почитаемый ярью кровавых возлияний,
Он почиет [9] у Алфейского брода,
130И несчетные странники стекаются к его могиле
Помолиться у алтаря.
Но слава его,
Слава Пелопа
Далеко озирает весь мир с Олимпийских ристалищ,
135Где быстрота состязается с быстротой
И отважная сила ищет своего предела;
И там победитель
До самой смерти
Вкушает медвяное блаженство

1404а Выигранной борьбы, —
День дню передает его счастье,
А это — высшее, что есть у мужей.
А мой удел —
Конным напевом, эолийским ладом
145Венчать героя.
Я знаю:
Никого из ныне живущих,
Столь искушенного в прекрасном, столь превосходного в могуществе,
Не прославим мы складками наших песен.
150Некий бог, пекущийся о твоих помышлениях,
Бдит и над этим твоим признанием, Гиерон.
Если он не оставит тебя —
Я верю, что я вновь еще сладостней прославлю

4э Стремительную твою колесницу [10],
155Проложив колею благодетельной хвалы
По склонам издали видного Крония:
Самую крепкую стрелу свою
Муза еще не сработала для меня.

Разным людям — разное величие;
160Высочайшее из величий — венчает царей;
О, не стреми свои взоры еще выше!
Будь твоей долей —
Ныне попирать вершины;
А моей —
165Обретаться рядом с победоносными,
Первому во всем искусстве перед эллинами.

(Пелоп) Гиерону Сиракузскому, 476 г. Ода писана во время поездки в Сицилию. Самая ранняя из од в честь Гиерона: ст. 8 еще не обнаруживает вражды к соперникам-поэтам. В александрийской традиции поставлена первой среди Олимпийских од, так как прославляет величие Олимпийских игр и первого их основателя — Пелопа. Пелоп чтился в Олимпии как местный герой: на восточном фронтоне большого Олимпийского храма находилась знаменитая скульптурная группа, изображающая Пелопа и Эномая перед их состязанием, поставленная лет через 15 после оды Пиндара. В оде — отчетливый симметричный план с мифом посередине (причем миф двупланный: положительный образ Пелопа оттенен отрицательным образом Тантала): игры и победитель — Пелоп-любимец — Тантал — Пелоп влюбленный — игры и победитель. «Прекраснейшая из всех песен на свете», — называет ее Лукиан («Сон», 7), вторя общему суждению.

 

1. ...вода — знаменитое начало этой оды интриговало еще античных читателей. Проще и вернее всего толковал его Аристотель («Риторика», I.7): «обилие лучше скудости, потому что от него больше пользы; оттого и сказано — “Лучше всего на свете вода”». Однако схолиасты напоминают и о философии Фалеса Милетского, учившего, что все вещества происходят из воды, и о мифологии Гомера, в которой началом всего был Океан («Илиада», XIV, 246).

2. Ференик («Победоносец») — имя коня, уже приносившего Гиерону в 482 и 478 гг. победу на Пифийских скачках.

3. Но нет... — самый развернутый образец критики традиционных мифов у Пиндара. Обычная версия этого архаического мифа гласила, что Тантал, желая испытать всеведение богов, изрубил на куски своего сына Пелопа, сварил в котле и подал к пиру, и Деметра, отвлеченная мыслями о потерянной Персефоне, даже съела кусок плеча; но остальные боги (по Вакхилиду, фр. 42 — Рея), возмутившись, вновь оживили Пелопа в котле, съеденное плечо заменили ему слоновой костью, а Тантала предали наказанию. Пиндар предлагает морализированный вариант мифа, заменяя котел — купелью, в которой мойра Клото омывает новорожденного Пелопа; слоновую кость — природной белизной его плеча, прельстившей Посидона; а казнь Тантала объясняет только его попыткой украсть бессмертие для смертных.

4. Ганимеда... — по Илиаде (V.265; II.232) Ганимед жил до Пелопа, но по «Малой Илиаде» кикликов — после Пелопа (схолии).

5. Четвертым к трем... — неясное место: схолиасты считают, что имеются в виду или четыре великих преступника в аиде — Сизиф, Титий, Иксион и Тантал, — или четыре казни — голод, жажда, страх нависшего камня и бессмертие (возможны и другие комбинации). У Гомера («Одиссея», XI.582—592) не упоминается нависший камень, у Пиндара — голод и жажда.

6. Для сверстных себе... — т. е. не для Пелопа, который, таким образом, невинен в грехе отца.

7. ...тринадцать женихов... — могилы их показывались как достопримечательность близ Олимпии, их перечисляет Павсаний (VI.21, 10—11), следуя Гесиоду, как и Пиндар. Ср. фр. 135.

8. ...с неутомимыми крыльями... — так были изображены кони Пелопа на знаменитом «ларце Кипсела», хранившемся в Олимпии (Павсаний, V.17.7). Для пиндаровского облагораживания мифов характерно умолчание о том, как Пиндар подкупил Миртила, возницу Эно

мая, погубить хозяина, а потом погубил самого Миртила.

9. Он почиет... — курган Пелопион в олимпийском альтисе, описываемый Павсанием (V.13); там ежегодно приносили в жертву черного барана.

10. ...колесницу... — мечта Гиерона о колесничной победе в Олимпии (которая считалась самой почетной) исполнилась в 468 г.

[Пиндар]


ЭПИНИКИИ ОЛИМПИЙСКИЕ, 2. <«ОСТРОВА БЛАЖЕННЫХ»>

{ФЕРОНУ АКРАГАНТСКОМУ,
сыну Энесидама, на победу в колесничном беге.
Год — 476.]

1с Песни мои, владычицы лиры [1],
5Какого бога,
Какого героя,
Какого мужа будем мы воспевать?
Над Писою властвует Зевс;
Олимпийские игрища учредил Геракл
10От первин победы [2];
Но воскликнем мы ныне о Фероне,
Ибо победоносна была его четверня.

Он милостив к странствующим,
Он оплот Акраганта,
15Он цвет от корня достопрославленных предков,
Блюстителей города;

1а Много вынесши духом,
Они обрели это священное обиталище над рекой,
Они стали зеницей Сицилии,
20Время и Судьба бодрствовали над ними,
Осыпая богатством и благом
Родовую их доблесть.
И ты, Зевс,
Сын Крона и Реи,
25Восседающий на престоле Олимпа,
Над вершиною игр у Алфейского брода,
Тронься моею песней
И оставь им в твоей милости отчие поля —

1э В роды и роды.
30Все, что было, и правое и неправое,
Не станет небывшим,
Не изменит исхода
Даже силою Времени, которое всему отец [3];
Но милостивый рок может погрузить его в забвение.
35Нестерпимая боль, укрощенная, умирает,
Заглушаясь радостями удач,
2с Когда Доля, ниспосланная от бога,
Возносит наше счастье до небес.

Такова и повесть о царственных дочерях Кадма [4]:
40Тяжкое претерпели они;
Но бремя горя ниспало с их плеч
Пред силою блага.
Длиннокудрая Семела, пав от громовой стрелы,
Вновь жива на Олимпе,
45Где любит ее Паллада [5],
Любят Музы,
Вдвое любит родитель Зевс,
И больше всех любит сын ее, повитый плющом.
2а А в пучине,
50Средь Нереевых дочерей,
Ино
Обрела негаснущую жизнь на вечные века.

Не предуказан смертным
Час их смерти;
55Доживем ли до заката спокойного дня,
Детища солнца,
Не нарушив его блаженства?
Радость и тягость,
Волна за волной, набегают на род человеческий, —

602э Это Доля,
Из рода в род блюдущая судьбу людскую,
Вместе с счастьем, даром богов,
Посылает людям и горе
Переменною чередой.

65Так роковой сын Лаия [6]
Умертвил встреченного отца
Во исполнение древнего вещания пифии, —
3с И Эринния с пронзающим взором
Сокрушила братоубийством его воинственный род.
70Но Ферсандр [7], пережив Полиника,
В новых битвах снискав себе новые почести,
Стал спасительным отпрыском для корня Адрастидов,
И плод его семени,
Сын Энесидама,
75Достоин славы
В хвалебных песнопеньях и в бряцании лир.

В Олимпии

3а Он сам обрел свой победный дар;
У Пифона и на Истме
80Вместе с братом [8], равным ему во славе,
Увенчала его общая Харита
За двенадцать пробегов колесничной четверни.
Счастье победы
Смывает труд состязанья.
85Богатство, украшенное доблестью,
Ведет мужа от удачи к удаче, от заботы к заботе,

3э Сияет звездой,
И нет сияния, свойственнее человеку,

Владея таким уделом,
90О, если бы знал человек грядущее!
Если бы знал он,
Как, миновавши смерть [9],
Презренные души тотчас постигаются карами!
За вину в этом царстве Зевса
95Некто в преисподней изрекает роковые приговоры.
4с Лишь достойные мужи
Обретают беструдную жизнь
Там, где под солнцем вечно дни — как ночи и ночи — как дни.
Силой рук своих
100Они не тревожат ни землю, ни морские воды,
Гонясь за прожитком;
Радостные верностью своей,
Меж любимцев богов
Провожают они беспечальную вечность;
105А для остальных —
Муки, на которые не подъемлется взор.

4а Но те, кто трижды
Пребыв на земле и под землей,
Сохранили душу свою чистой от всякой скверны,
110Дорогою Зевса шествуют в твердыню Крона [10].
Остров Блаженных
Овевается там веяньями Океана;
Там горят золотые цветы,
Возникая из трав меж сияющими деревьями
115Или вспаиваемые потоками.
Там они обвивают руки венками и цепями цветочными

4э По правым уставам Радаманфа [10],
Избранного в сопрестольники
Горним отцом, супругом Реи, чей трон превыше всего.
120Там Пелей, там Кадм,
И туда вознесла Ахилла [11]
Мать его, тронув мольбами Зевсово сердце, —
5с Ахилла, которым повергнут
Гектор, столп Трои, незыблемый, непобедимый,
125Ахилла, которым преданы смерти
Кикн и эфиоп [12], рожденный Зарей.

Много есть острых стрел
В колчане у моего локтя.
Понимающим [13] ясны их речи —
130А толпе нужны толкователи.
Мудрый знает многое отроду —
А кому потребно ученье,
Те, как вороны [14],
Оба каркают болтливо и праздно

1355а Против божественной птицы Зевса.
Сердце мое, нацель же свой лук без промаха.
В кого мы уметим,
Спустив прославляющие стрелы с тетивы милосердного духа?

В Акрагант ли
140Обращу я заветное слово
Нескрытного моего ума?
Сто лет [15] не рождал этот город
Мужа, добрее к друзьям,
Мужа, щедрее в дарах,
1455э Чем Ферон.
Пусть неправедная зависть восстает на хвалу,
И злоязычие безумцев
Тщится покрыть забвением славные дела, —
Неисчислимы пески,
150И сколько отрады людям принес Ферон,
Кто в силах поведать?

(Острова Блаженных») Ферону Акрагантскому, 476 г. Ферон Акрагантский, союзник Гиерона, правил Акрагантом в 487—472 гг.; дочь его была замужем за Гелоном Сиракузским, а после смерти Гелона (478) вышла по завещанию за его брата Полизала; третий брат, Гиерон, изгнал Полизала, тот искал помощи у Ферона (намек на это — в ст. 6?), грозила война, очень опасная для Акраганта и для всего греческого господства в Сицилии; но в 476 г. при посредничестве только что прибывшего в Сицилию Симонида Кеосского был заключен мир (Диодор, XIII.86). Это совпало с олимпийскими победами Гиерона и Ферона на скачках 476 г., что было сочтено завершением бед и добрым знаком будущего; символом этого и выступают в оде Пиндара Острова Блаженных (уже античные комментаторы видели в рассуждениях Пиндара о превратностях судьбы и конечной удаче намек на политические события). Эта тема Островов Блаженных и метампсихоза — явный отголосок популярного в греческой Италии пифагорейства, в целом скорее чуждого Пиндару. План оды симметричен: город и победитель — превратности судьбы — доблесть Ферона — конечная награда — город и победитель.

 

1. ...владычицы лиры... — «ибо сперва песни сочиняются, а потом уже лира к ним подлаживается» (схолиаст). Эффектное начало этой оды воспроизведено Горацием в его знаменитой оде I.

2. От первин победы... — см. Ол. 10.

3. ...Времени, которое всему отец. — Частая в позднейшей греческой словесности игра созвучием «Кронос» (отец богов) и «хронос» (время).

4. ...дочерях Кадма... — страдалицами были все четверо: Семела, погибшая в огне, Ино, погибшая в море, Автоноя, потерявшая своего сына Актеона, и Агава, сама убившая своего сына Пенфея, — но упомянуты лишь две первые как получившие за это посмертное воздаяние.

5. ...любит ее Паллада... — как местная богиня Акраганта?

6. ...сын Лаия — Эдип; характерно, что благочестивый Пиндар упоминает о пророчестве Аполлона и умалчивает о кровосмесительном браке Эдипа.

7. Ферсандр — сын Полиника и Аргеи, дочери Адраста, участник похода эпигонов и Троянской войны, считался предком основателей Гелы и Акраганта, к которым возводил свой род Ферон. Таким образом, фиванец Пиндар прослеживает фиванское происхождение Ферона до самых мифологических истоков (родоначальник — Кадм; его праправнук — Эдип; его внук — Ферсандр; его внук Автесион, переселившийся в Спарту; его сын Фер, переселившийся на Феру; его внук Телемах, переселившийся на Родос и оттуда в новооснованную Гелу; его внук, тоже Телемах, участник основания Акраганта в 581 г. и свержения Фаларида в 554 г.; его внук Эммен, правнук Энесидам и праправнук Ферон).

8. ...с братом — Ксенократ, брат Ферона, герой од Пиф. 6 и Ист. 2 на те самые победы, о которых идет речь.

9. — Здесь и в перекликающихся с этим местом фр. 129—133 — самое раннее в греческой литературе выражение учения о переселении душ. Пиндар представляет себе загробный мир трехчастным: это как бы ад («муки, на которые не подъемлется взор», ст. 67), рай (Острова Блаженных) и между ними чистилище, где души ведут «беструдную жизнь» (ст. 62), но для искупления грехов (как земных, так и совершенных уже в чистилище) периодически возвращаются на землю; если три таких искупления выдержаны беспорочно, то в последнем земном пребывании они становятся «святыми героями» (фр. 133), а после него обретают вечное счастье на Островах Блаженных.

10. Крон (супруг Реи) как царь Островов Блаженных упоминается уже у Гесиода, «Труды и дни», 167—173; Радаманф — в «Одиссее», IV.563.

11. Пелей... Кадм — они приняты на Острова Блаженных как зятья богов; Ахилл, потомок Пелея — за свои подвиги; и Ферона, потомка Кадма (намекает Пиндар), ожидает такая же су

дьба.

12. Гектор, Кикн (сын Посидона, убитый при высадке греков на Троянском берегу), эфиоп (Мемнон, союзник Приама) — герои догомеровского, гомеровского и послегомеровского периода Троянской войны.

13. Понимающим... — т. е. посвященным в мистерии.

14. Как вороны... — схолиасты видят здесь намек на Симонида (находившегося в 476 г. в Сицилии) и Вакхилида (приславшего свою оду 5 с Кеоса), у которых Пиндар перехватил заказ на оду Ферону; Верролл предположил здесь намек на сицилийских риторов Корака (чье имя значит «ворон») и Тисия, авторов первого греческого (несохранившегося) учебника риторики, чье новое искусство прозаического панегирика грозило соперничать с традиционным искусством поэтов. Впрочем, доблесть поэта и зависть как ее тень — общее место в лирике (ср. Нем. 3.80 и 5.21 об орле и галках), и реальные прототипы здесь необязательны.

15. Сто лет... — от основания Акраганта в 581 г.

[Пиндар]


ЭПИНИКИИ ОЛИМПИЙСКИЕ, 3. <«ГЕРАКЛ ГИПЕРБОРЕЙСКИЙ»>

{ФЕРОНУ АКРАГАНТСКОМУ
на праздник Феоксений в честь Диоскуров.
Год — 476.]

1с Тиндаридам гостеприимцам
5И Елене прекраснокудрой
Хочу я на радость
Почтить прославленный Акрагант,
Воздвигая эту песнь
Олимпийской победе Ферона
10И его не знающих устали коней.
Муза встала рядом со мной,
Ибо мною обретен новоблещущий лад,
С дорийскою поступью [1] слаживающий праздничную речь.
1а В сини на этих кудрях
15К богозданному зовут меня долгу,
Зовут меня слить
Перезвоны лир, переклики флейт и склад слов
По достоинству Энесидамова сына.
Это Писа велит мне начать,
20Ибо от Писы разлетаются меж людей
Песни, причастницы бессмертных,
Спеша к тому, чьи кудри и лоб

1э Безупречный этолиец [2], судящий над эллинами,
Во исполнение древних Геракловых заветов
25Осенил бледной красою оливы,
Которую некогда от тенистых истоков Истра [3]
Сын Амфитриона
Принес в Олимпию, —
Лучшую память Олимпийских игр.

302с Он принес ее от гипербореев,
Служителей Аполлона,
Умолив их словами разума [4]
Во имя святилища Зевса, славного по всей земле,
О дереве, осеняющем мужей и венчающем подвиги.
35Алтари отца его уже освящены,
И луна, зеница сумерок, луна в золотой колеснице
Полным блеском сияла ему с небес,
2а Когда он утвердил
Святой закон пятилетних великих игр [5]
40На алфейских склонах, достоянии бога.
Не цвела еще деревами
В Кронийской долине Пелопова земля,
И голый сад покорствовал солнечным острым лучам.
Это видел Геракл,
45И дух устремил его в путь к Истрийским пределам.
2э Там дочь Латоны,
Стремительница коней,
Встретила его,
Пришедшего взять
50Из теснин и извилистых недр Аркадии
По указу Еврисфея, по року отца
Златорогую лань,
Некогда обещанную Ортосии
Писаным обетом Таигеты [6].

553с В погоне своей
Он достиг земель, что за спиной у ледяного Борея,
Он застыл, увидав их деревья,
И сладкое желание обуяло его
Посадить их вокруг ристалищ,
60Огибаемых в беге двенадцать раз.

И теперь он приходит, веселый,
На праздник свой,
Сопутствуемый богоподобными близнецами,
Которых носила Леда, широко подпоясанная мать, —
653а Ибо, отходя на Олимп,
Это им он вверил [7] свои состязания, диво для глаз,
В доблести мужей и в быстроте колесничных погонь.

И если сердце мое торопит меня воспеть
Славу Эмменидов [8], славу Ферона,
70То это от конников Тиндаридов низошла она,
Потому что первыми из всех смертных
Эммениды их чтят у своих гостеприимных столов,
3а Благоговейным духом блюдя обряды блаженных.

Если лучшее в мире — вода,
75Если достойнейшее из благ — золото,
То в доблестях людских — Ферон
Ныне достиг предела, коснувшись Геракловых столпов.
Дальнейший путь
Заповедан мудрому и немудрому.
80Ни шагу, песнь моя!
Твой певец не безумен.

(«Геракл Гиперборейский») Ферону Акрагантскому, 476 г. Феоксении — архаический праздник угощения богов: статуи богов снимались с подножий, укладывались на подушки, украшались венками (ст. 6), и перед ними ставилось угощение. В Акраганте главными божествами, почитаемыми на этом празднике, были Диоскуры-Гостеприимцы (ст. 1), культ которых пришел сюда с первыми дорийскими поселенцами. Почему праздник победы Ферона был приурочен именно к этому дню, неизвестно. План симметричный, с мифом в центре (миф — местный, олимпийский, сохраняющий память о приходе греков на Балканский полуостров с задунайского Севера; ср. Пиф. 10). Концовка перекликается с знаменитым началом Ол. 1, связывая, таким образом, Ферона и Гиерона.

 

1. ...дорийскою поступью... — дорийским был музыкальный напев этой песни. По-видимому, она пелась в шествии к храму Диоскуров, и поэтому к лире, аккомпанементу гимна, прибавлялись флейты, аккомпанемент марша.

2. ...этолиец — элидяне, из которых выбирались олимпийские судьи («элланодики»), считались колонистами этолийцев.

3. Истр — Дунай («тенистый» как текущий на дальнем севере).

4. Умолив их словами разума... — т. е. «а не отняв силой», как, по-видимому, было в допиндаровской версии мифа.

5. Пятилетних... игр... — греки считали промежутки времени, засчитывая оба крайних года, поэтому олимпийский цикл назывался у них не «четырехлетием», а «пятилетием». Об учреждении Олимпийских игр см. Ол. 10; «полный блеск луны» — полнолуние.

6. Тайгета — плеяда, дочь Атланта; Артемида (Ортосия) обратила ее в лань, чтобы спасти от домогательств Зевса, и в благодарность она посвятила Артемиде такую же лань с «писанным обетом» — надписью на ошейнике: «Тайгета посвящает Артемиде» (схолиаст). Самки оленя южных пород — безрогие, но северных («гиперборейских») — рогатые.

7. ...Им он вверил... — Диоскуры как покровители олимпийских состязаний не упоминаются более нигде.

8. Эммениды — род Ферона, по имени его деда.

[Пиндар]


ЭПИНИКИИ ОЛИМПИЙСКИЕ, 4. <«ЭРГИН»>

{ПСАВМИЮ КАМАРИНСКОМУ
на победу в колесничном беге,
чтобы петь в Олимпии.
Год — 452.]

5с Высочайший погонщик неутомимых громов,
Зевс,
Не твои ли Оры [1]
Пестрым напевом хороводных лир
Зовут меня в зрители высокой борьбы?
10Успех друзей —
Сладкая весть, мгновенная радость добрым.
О Кронион,
Держатель Этны,
Обветренного бремени стоголового исполина Тифона,
15Во имя Харит
Прими олимпийский победоносный запев,

а Немеркнущий отсвет широкосильной доблести.

Это — запев о колеснице Псавмия,
В писейском венке
20Рвущегося взметнуть славу Камарины.
Бог, будь благ
Отныне к его мольбам [2]!
Псавмию — моя хвала:
Он щедр вскармливать скакунов,
25Он рад привечать гостей,
Мысль его чиста,
Обращенная к миру, лелеятелю городов.

Ложь не увлажнит моих слов:
Испытание — проба людям.

30э Не так ли
Рассеял поношения лемносских жен
Сын Климона [3],
В медных доспехах стяжав беговой победный венок,
Чтобы молвить Гипсипиле:
35«Таков мой бег, —
А руки и грудь не слабей того;
Нередко
Неурочной порой приходит седина
И к юным».

(«Эргин») Псавмию Камаринскому, 452 г. Дата указана схолиями; по некоторые ученые полагают, что комментаторы спутали победы, упоминаемые в этой и следующей песне, и допускают даты 460 или 456 г. Камарина в южной Сицилии, основанная в 599 и дважды разрушенная сиракузянами в 553 и 484 гг., была снова отстроена жителями соседней Гелы в 461—460 гг.; песня Пиндара — ободрение первому успеху новоотстроенного города. Адресат ближе неизвестен. Композиция линейная, без симметрии.

 

1. Не твои ли Оры... — т. е. со сменой времен года (Оры) вновь наступает срок Олимпийских игр. Три Оры были изображены Фидием на троне его статуи Зевса Олимпийского (Павсаний, V.11.7).

2. ...к его мольбам — о дальнейших победах.

3. Сын Климена — аргонавт Эргин, внук Посидона; на лемносских играх, устроенных аргонавтами в память Фоанта, где вручала награды Гипсипила (ср. о них также Пиф. 4.253—254), он вышел победителем, одолев в беге при оружии самих Бореадов. По свидетельству схолиаста, имя его вошло в пословицу, поэтому оно и не названо Пиндаром.

[Пиндар]


ЭПИНИКИИ ОЛИМПИЙСКИЕ, 5. («КАМАРИНА»)

{ПСАВМИЮ КАМАРИНСКОМУ
на победу в состязании на мулах,
чтобы петь в Камарине.]

1с Высоких доблестей,
5Олимпийских венков
Сладкое руно
Прими улыбчиво, дочь Океана [1]!
Это дары
Псавмия от упряжки неутомимых мулов.

101а Это он,
Возвеличивая многолюдный град
Твой, Камарина,
Шести двойным алтарям [2]
На празднествах величайших богов
15Воздал почет
Закланными быками и пятидневными ристаниями [3]

1э На конях, на мулах и верхом.
В победе его — милая слава твоя,
В крике о ней — имя Акрона, его отца,
20И его новозданной обители.

2с А ныне,
Воротясь от желанных пределов Эномаевых и Пелоповых,
Твой, Паллада [4], держательница городов,
Поет он священный лес,
25И реку Оанис,
И озеро в берегах,

2а И державные русла, которыми Гиппарис орошает народ [5],
Быстро слаживая
Высоковерхий лес крепких зданий,
30Из бессилия выводя на свет
Сонм сограждан.

2э Трата и труд,
Вечные приспешники доблести,
Борются за скрытый в опасностях подвиг.
35За кем успех —
Тот и мудр во мнении людском.

3с Зевс-Спаситель,
Высокооблачный,
Ты, восседающий на Кроновом холме,
40Ты, осеняющий широко текущий Алфей
И святую пещеру Иды [6]!
С мольбою
Под посвист лидийских флейт
Припадаю к тебе:

453а Да изощрится твой город славным мужествованием,
А ты, Псавмий,
Олимпийский победоносец,
Ликующий о Посидоновых скакунах,
Да пронесешь до смертной черты

503э Благодушную старость в кругу твоих сыновей.
Кто здравым орошен благом,
Довлеющее добро украшая хвалой, —
Тот не рвись достигнуть божественности.

(«Камарина») Псавмию Камаринскому. Принадлежность этой песни Пиндару сомнительна; схолии свидетельствуют, что в основном тексте ее не было, но в комментарии Дидима она была включена. Большинство ученых отрицает авторство Пиндара, но признает, что во всяком случае автор — близкий к нему по времени и по стилю подражатель. Адресат — тот же, что и в предыдущей песне; состязания в колесничном беге на мулах устраивались на Олимпийских играх в 496—436 гг., но списки победителей не сохранились, и точная дата оды неизвестна. Композиция симметричная по трем триадам (герой — город — герой) с поочередными обращениями к нимфе Камарине, Афине Палладе и Зевсу.

 

1. ...дочь Океана — нимфа Камарина, покровительница города.

2. Шесть двойных алтарей двенадцати богам (Зевс и Посидон, Гера и Афина, Гермес и Аполлон, Хариты и Дионис, Артемида и Алфей, Кронос и Рея) были поставлены в Олимпии, по преданию, Гераклом, но лишь немногие из участников состязания приносили жертвы на всех шести, и лишь редкие, подобно Псавмию, участвовали в трех видах состязаний сразу, чтобы в одном из них выйти победителем.

3. Пятидневными ристаниями — двусмысленность в подлиннике: по-видимому, имеется в виду пятый (последний) день состязаний, посвященный скачкам.

4. Паллада — Афина изображалась на монетах Камарины, культ ее был перенесен сюда из Гелы и, далее, из Родоса.

5. ...орошает народ... — т. е. река Гиппарис доставляла в город лес для построек или глину для приготовления черепиц (толкования схолиастов).

6. Ида — традиционное название горы, посвященной Зевсу; такая пещера была в Олимпии, как и на Крите и в Фригии.

[Пиндар]


ЭПИНИКИИ ОЛИМПИЙСКИЕ, 6. <«ИАМ»>

{АГЕСИЮ СИРАКУЗСКОМУ,
сыну Сострата из рода Иамидов
и вознице его Финтию на победу в состязании на мулах,
чтобы петь в Стимфале.
5Послана с Энеем, учителем хора.
Год — 472 или 468.]

1с Золотые колонны
Вознося над добрыми стенами хором,
Возведем преддверие,
10Как возводят сени дивного чертога:
Начатому делу — сияющее чело.

Олимпийский победоносец,
Блюститель вещего Зевесова алтаря,
Сооснователь славных Сиракуз [1], —
15Какая минует его встречная хвала
В желанных песнях беззаветных сограждан?

1а Пусть ведает сын Сострата:
Подошва его — под божественной пятой.
Бестревожная доблесть
20Не в чести
Ни меж пеших мужей, ни на полых кораблях;
А коль трудно далось прекрасное, —
Его не забыть.

Для тебя, Агесий,—
25Та правая похвала,
Какую молвил Адраст
Над Амфиараем, вещателем Оиклидом:
Когда поглотила его земля на блещущих его конях,

1а Тогда над семью кострами [2] для мертвых тел
30Пред стенами Фив
Сын Талая такое вымолвил слово:
«Горько мне о зенице воинства моего,
О том, кто был добрый муж
И прорицать, и копьем разить!»
35А не это ли и твой удел,
О сын Сиракуз,
Предводитель нашего шествия?
Я не спорщик,
Я не друг вражде, —
40Но великою клятвою поклянусь: это так;
И заступницами моими станут Музы,
Чья речь — как мед.

2с Запряги же мне, Финтий, мощь твоих мулов,
И пущу я колесницу по гладкому пути
45К племени тех мужей!
Мулам ведом тот путь,
Ибо венчаны они олимпийским венком.
Пора мне распахнуть пред ними врата песнопений.
Пора мне предстать
50Питане [3] у быстрого Еврота,

2а Где слился с ней (так гласит молва)
Посидон, сын Крона,
Чтобы родила она Евадну с синими кудрями [4].
На груди укрыв свой девичий приплод,
55В урочный свой месяц
Призванным прислужницам повелела она
Вверить дитя
Доблестному Элатиду [5],
Правящему над аркадянами в Фесане,
60Дольщику алфейских поселений.

Вскормленная там,
От Аполлона познала она первую сладость Афродиты.
Но недолго таился от Эпита божий посев —
Несказанный гнев
65Жгучею заботою стеснивши в сердце своем,
Он пустился к пифийской святыне
Вопросить о непереносимой своей обиде;
А она меж тем,
Развязав свой багряный пояс,
70Отложив свой серебряный кувшин [6],
Под синею сенью ветвей
Родила она отрока, мудрого, как бог, —
Золотокудрый супруг, кроткая думами Илифия и Судьбы
Были при ней,

753с И скорые радостные роды
Извели Иама на свет из чрева матери его.
Терзаясь,
Оставила она его на земле,
И два змея [7] с серыми глазами
80По воле божеств
Питали его, оберегая,
Невредящим ядом пчелиных жал.
А царь,
Примчавшись от пифийских утесов,
85Всех в своем дому
Вопрошал о младенце, рожденном Евадной:
Говорил, что Феб — родитель ему,

3а Что быть ему лучшим вещуном над земнородными,
И что племени его не угаснуть вовек.
90Так возглашал он, —
Но клятвенные встречал ответы,
Что никто не видел и никто не слышал
Младенца, рожденного уже за пятый день,
В камыше, в неприступной заросли
95Таился он,
И лучами багряными и желтыми
Проливались на его мягкое тело
Ион-цветы,
Чьим бессмертным именем указала ему называться мать
100Во веки веков.

3э А когда вкусил он от плода
Сладкой Гебы в золотом венце,
То, сойдя в алфейские воды,
Воззвал он к Посидону, мощному праотцу своему,
105И воззвал он к лучнику, блюстителю богозданного Делоса,
О том, чтобы честь, питательница мужей,
Осенила его чело.
Ночь была, и открытое небо,
И в обмен его голосу прозвучал иной,
110Отчий, вещающий прямые слова:
«Восстань, дитя,
Ступай вслед за вестью моей
В край, приемлющий всех!»

4с И взошли они на каменную кручу высокого Крония,
115И там восприял Иам
Сугубое сокровище [8] предвидения:
Слух к голосу, не знающему лжи,
И указ:
Когда будет сюда Геракл,
120Властная отрасль Алкидов, измыслитель дерзновенного, —
Утвердить родителю его
Празднество, отраду многолюдья,
Великий чин состязаний,
И на высшем из алтарей — Зевесово
125Прорицалище.

4а С тех самых пор
Многославен меж эллинами род Иамидов:
Сопутствуемый обилием,
Чтящий доблесть,
130Шествует он по видному пути.
Каждое их дело — свидетельство тому:
И завидуют хулящие
Тому, кому вскачь на двенадцатом кругу
Первому по чести излила Харита
135Славную свою красоту.

Если предки, Агесий, матери твоей
У граней Киллены

4э Подлинно дарили в благочестии своем
Многие и многократные заклания
140Ради милости Эрмия,
Вестника богов, в чьей руке — состязание и жребий наград,
Возлюбившего Аркадию, славную мужами, —
То это он
И тяжко грохочущий родитель его
145Довершает твою славу, о сын Сострата,

Певучий оселок [9] — на языке у меня,
Слава его льется чудными дуновениями
Навстречу воле моей.
Мать моей матери [10] —
150Цветущая Метопа из-под Стимфала;

5с Она родила Фиву, хлещущую скакунов,
Фиву, чью желанную воду я пью,
Пеструю хвалу сплетая копьеносным бойцам.

Возбуди же, Эней, сопоспешников твоих
155Первым чередом воспеть девственницу Геру [11],
А вторым — попытать,
Не избудет ли правда речей моих
Старую брань: «беотийская свинья» [12]?
Ты — верный мой гонец,
160Ты — скрижаль прекраснокудрых Муз,
Ты — сладкий ковш благозвучных песнопений,

5а И тебе я велю
Помянуть Сиракузы, помянуть Ортигию,
Где, скипетром чист и мыслями прям,
165Правит Гиерон,
Чтущий Деметру [13], обутую в багрец,
И торжество ее дочери о белых конях,
И мощь Зевеса Этнейского.
Ведом он и струнам и сладкоречивым напевам;
170Пусть же его блаженства не тревожит крадущееся время,
Пусть он примет в желанном добросердечии свое:

5э Шествие Агесия
От стен Стимфалы, матери аркадийских стад,
С родины на родину:
175Хороши два якоря [14]
Быстрому кораблю в бурную ночь —
Да прославит милующий бог
И эту и ту!
Властвующий над морем
180Супруг Амфитриты с золотым веретеном,
Прямому кораблю
Дай беструдный путь,
Чтоб расцвел
Благоуханный цвет моих песен!

(«Иам») Агесию Сиракузскому, 472—468 гг. Точная дата неизвестна, так как списки победителей на мулах не сохранились. Видный жреческий род Иамидов, происхождение которого описывается в оде, занимался гаданием по огню при алтаре Зевса в Олимпии; к этому роду принадлежал и Агесий, по матери аркадянин из Стимфала, по отцу сиракузянин (судя по ст. 6, предки его переселились в Сицилию при самом основании города); отсюда — заключительная метафора, в которой две родины уподоблены двум якорям (на носу и на корме) греческого корабля. Запасная родина не помогла Агесию: он погиб около 466 г. в смутах при падении Фрасибула, сына Гиерона. По совмещению атлетических и прорицательских дарований Пиндар сближает своего героя с Амфиараем, по происхождению — с Иамом, по гражданству — с Гиероном; это соответствует симметричной трехчастной композиции с мифом посредине (миф, в свою очередь, явственно членится на три части: предки Иама — рождение Иама — судьба Иама). Начало и конец отбиты обращениями — к Музам и Финтию, к Метопе и Энею. Источники мифа неизвестны; по-видимому, это были местные родовые предания.

 

1. победоносец ... блюститель ... сооснователь... — первое определение относится к самому Агесию, второе и третье к его предкам. Агесий как сиракузянин не мог быть постоянным гадателем в Олимпии, но как Иамид мог советоваться с оракулом без помощи жрецов.

2. над семью кострами... — для семи войск, а не для семи вождей (аккуратно уточняет комментатор; ср. Нем., 9.24): Адраст остался жив, Амфиарай исчез под землей, Полинику в погребении было отказано. «Семь костров» называлось урочище под Фивами, хотя, по афинской традиции, вожди были погребены в Элевсине. Источником Пиндара здесь была циклическая поэма «Фиваида».

3. Питана — нимфа притока Еврота, по имени которой называлась одна из четырех общин Спарты. Пиндар делает ее матерью Евадны ради того, чтобы связать Иамидов со Спартой: как раз в это время жрец и воин Тисамен из рода Иамидов был (вопреки всем традициям) принят в число спартанских граждан, потому что оракул обещал пять побед тем, за кого он будет сражаться (Геродот, IX.35).

4. ...с синими кудрями («иоплокамон», т. е. черными «с фиалковым отливом») — первый намек на этимологию имени Иама (см. ниже, примеч. к ст. 47).

5. Элатид — Эпит, сын Элата и брат Стимфала (эпонима родины Агесия), правил на севере Аркадии, близ Киллены (отсюда покровительство Эрмия — Гермеса Килленского, ст. 79); по Павсанию, VIII.16.2, там показывали и могилу Эпита). Точное местоположение Фесаны на Алфее неизвестно.

6. ...кувшин — т. е. притворившись, что

идет за водою.

7. Змеи, исчадья Земли, были спутниками многих пророков, от Мелампа до Аполлония Тианского; мед — обычный в мифах знак посвящения в пророки и поэты; яд («иос»), как ниже фиалки или ноготки («мои») — этимологизация имени Иама. От этого образа фиалок — исключительное в греческой поэзии нагнетание цветовых эпитетов.

8. Сугубое сокровище... — во-первых, безотлагательно: дар пророчества по вдохновению; во-вторых, после утверждения алтаря Зевса — дар пророчества по огню.

9. Певучий оселок... — т. е. родство Фив и Стимфала — повод отточить язык для песни.

10. ...моей матери — нимфы Фивы; отец ее — река Асоп, мать — Метопа, нимфа источника (или озера) близ Стимфала.

11. Геру — по-видимому, торжество победы Агесия совпало с праздником Геры в его доме (ср. Ол. 3 — с праздником Диоскуров и Пиф. 5 — с праздником Аполлона Карнейского). О стимфальском культе Геры-девственницы, царицы и вдовы, упоминает Павсаний (VIII.22.2). Эней, который должен был учить хор Агесия в отсутствие Пиндара (как Никасипп в Истм. 2), сам мог быть стимфальцем — это имя было преимущественно аркадским.

12. ...«беотийская свинья»... — популярная пословица: беотийцы считались тупицами (ср. фр. 83). Впрочем, эта брань звучала мягче, чем в нынешнем языке: Фокилид в своей шутливой классификации жен говорит: «...Ту, что от буйной свиньи, не назвать ни плохой, ни хорошей...»

13. Чтущий Деметру... — Гиерон был жрецом культа Деметры и Персефоны в Сиракузах и Зевса в новооснованной Этне.

14. Хороши два якоря... — «кораблю на одном якоре, а жизни на одной надежде не выстоять»: пословица, упоминаемая Стобеем.

[Пиндар]


ЭПИНИКИИ ОЛИМПИЙСКИЕ, 7. <«РОДОС»>

{ДИАГОРУ РОДОССКОМУ,
потомку Тлеполема, на победу в кулачном бою.
Год — 404.]

1с Как чашу, кипящую виноградной росою,
5Из щедрых рук приемлет отец
И, пригубив,
Молодому зятю передает из дома в дом
Чистое золото лучшего своего добра
Во славу пира и во славу сватовства
10На зависть друзьям,
Ревнующим с ложе согласия, —

1а Так и я
Текучий мой нектар, дарение Муз,
Сладостный плод сердца моего
15Шлю к возлиянью
Мужам-победителям,
Венчанным в Олимпии, венчанным у Пифона.

Благо тому, о ком добрая молва!
Ныне к одному, завтра к другому
20Устремляет Харита в животворном своем цвету
Взгляд свой и звук лиры и многогласных флейт;

1э Под пение лир и флейт
Ныне выхожу я с Диагором
Славить дочь Афродиты, Солнца невесту, морскую Роду [1],
25Чтобы воздать хвалу за кулачный бой
Без промаха бьющему
Исполину в Алфейском и в Кастальском венке,
И отцу его Дамагету, угодному Правде [2],
Обитающим остров о трех городах [3]
30Меж аргивских пик,
Под бивнем широких хороводов Азии [4],

2с Это к ним
От самого Тлеполемова истока
Совокупную хочу я направить речь
35О широкой мощи Геракловой породы, —
Ибо отчая их честь — от Зевса,
Материнская, по Астидамии, — от Аминтора [5].

Над вращением людского ума
Несчетные нависают заблуждения.
40Не найдешься сказать,

2а Что в начале, что в конце по смертным мерено,
Так и неравнородного брата Алкмены,
Ликимния [6], что сошел с Мидеина ложа,
Посохом из тугой оливы
45Поразил в Тиринфе
Утвердитель этой земли,
Прогневленный. Возмущение души
Сбивает с пути даже мудрого.

2э Он пришел за вещаньем к богу,
50И указал ему золотогривый из сладко курящегося капища
Прямой корабельный путь
От лернейского берега [7] к той земле среди морей,
Где великий властитель богов
Пролил на город золотые снега,
55Когда умением Гефеста о медном топоре
Из отчего темени вырвалась Афина [8]
С бескрайним криком,
И дрогнули перед нею Небо и мать Земля;

3с А сияющий смертным сын Гипериона
60Повелел своим милым сынам
Блюсти ближний долг,
Чтобы первыми воздвигнуть [9] богине светлый алтарь
И жертвенным чином
Возвеселить и отца, и деву, гремящую копьем.
65Доблесть и радость
Входят в смертных, чтящих Предведенье, —

3а Но туча забвения обстигает врасплох,
Отстраняя ум с прямого пути вещей:
Жгучего семени огня
70Не взнесли они на городскую высь,
Для беспламенных жертв [10]
Оградивши свое святилище.
И Зевс
Желтую тучу свел к ним дождем щедрого золота,
75А совоокая
3э Дала им сноровку превзойти всех смертных трудами искусных рук.
Подобные живым [11], шагнули по дорогам их творения, —
И слава их была глубока;
В искусившемся и великое умение безобманно.

80Есть у людей старое слово:
Когда Зевс и бессмертные делили землю,
Тогда Родос не виднелся в пучине,
Тогда остров таился в соленой глубине.

4с И как меж делившими не было Солнца,
85То остался бездольным на земле
Чистейший бог.
Для напомнившего хотел Зевс перебросить жребий,
Но тот сдержал:
«Видел я, — сказал он, — сквозь седое море
90Землю, вздымающуюся из низин,
Многоплодную людям, добрую стадам».

4а И на том повелел он Доле [12], перевитой золотом,
Протянуть руки,
Положить великую клятву богов,
95Воедине с Кронионом утвердить мановением,
Чтобы выйти тому острову на ясный свет
В вечный дар божьему челу.
Воистину свершились горние слова —
И сырая соль проросла островом,

1004э И держит его
Родитель лучей, которые — как стрелы,
Правитель коней, чье дыхание — огонь.
Здесь смешавшийся с Родою,
Породил он семерых сынов,
105Мудрейших мыслями меж первых людей,
А от единого из них рождены
Линд, Камир и старший Иалис,
Чтобы врозь держать натрое разделенную
Отчую землю, удельные города,
110Каждый названный по имени воссевшего.

5с Там и сбывается
Сладкий выкуп скорбной беды
Тлеполема, водителя тиринфян.
Как пред богом,
115Шествует там дымящийся скот и решаются состязания.
Дважды увенчанный их цветами, Диагор
Четырежды был счастлив на славном Истме
И раз за разом — в Немее и кремнистых Афинах.

5а Знала его и аргосская медь [13],
120И аркадские и фиванские выделки,
И уставные борения беотян,
И Пеллена,
И Эгина,
Шестикратного победителя;
125Не иное гласит и в Мегарах каменная скрижаль [14].

Зевс-отец,
Царящий над хребтом Атабирия [15],
Склонись
К созидаемой песне олимпийской победе

1305э И к мужу, чья доблесть — в кулачной битве.
Даруй ему
Милость и честь от своих и от чужих,—
Ибо прям его путь, и спесь ему враг,
Ибо помнит он заветы отцов своих, твердых духом.
135Не затми Каллианактовы севы [16]!
Ибо хоть ликует город о благе Эратидов,
Но и в единое мгновение ветер встает на ветер [17].

(«Родос») Диагору Родосскому, 464 г. Одна из самых знаменитых од Пиндара; в родосском храме Афины Линдской текст ее был записан золотыми буквами (схолиаст). Диагор из рода Эратидов в родосском Иалисе — один из славнейших греческих атлетов, победитель на всех четырех больших играх; это о нем рассказывали, что когда два его сына, тоже олимпийские победители, пронесли отца на руках через ликующую толпу, один спартанец крикнул: «Умри, Диагор, живым на небо тебе все равно не взойти» (Цицерон, «Тускуланские беседы», I.46.111; Павсаний, VI.7.1—7). Симметричный план с очень развитой мифологической частью: три мифа — о Тлеполеме-убийце, о рождении Афины и золотом дожде, о возникновении Родоса — уводят мифологическую перспективу все дальше вглубь времени. Вступительная и заключительная триады отчленены, средние, мифологические — сочленены между собой.

 

1. Рода, т. е. «Роза» — нимфа-эпоним Родоса, дочь Посидона и Афродиты. Отсюда красивый образ, исчезающий в переводе: остров, поднимающийся из моря к Гелиосу, подобен цветку, раскрывающемуся навстречу солнцу.

2. ...угодному Правде... — т. е. должностному лицу.

3. ...о трех городах... — см. ст. 75; о них и их царе Тлеполеме упоминает уже Гомер, «Илиада», II.653—670.

4. ...под бивнем... Азии — перед Книдским полуостровом.

5. ...отчая... материнская... — Тлеполем был сыном Геракла и Астидамии (по «Илиаде» — Астиохи), дочери долопского царя Аминтора, убитого Гераклом. По историкам VI—V вв., заселение Родоса Гераклидами было позже.

6. Ликимния... — Алкмена была дочерью Электриона от жены его Лисидики, Ликимний — сыном от наложницы Мидеи; по Аполлодору (II.8.2), тлеполемово убийство было невольным, но Пиндар подчеркивает грех, чтобы подчеркнуть прощение.

7. От лернейского берега... — от Аргоса к Родосу.

8. Афина — описание ее рождения сделано Пиндаром по Гесиоду («Феогония», 924 сл.) и Стесихору; вскоре после этой оды Фидий изобразил эту сцену на восточном фронтоне Парфенона.

9. ...первыми воздвигнуть... — Афина должна была покровительствовать тем, кто первыми принесет ей жертвы; из-за оплошности Гелиадов первым оказался Кекроп из Аттики.

10. Для беспламенных жертв... — безогненные жертвы Афине Линдской на Родосе приносились еще в классическую эпоху (схолиаст).

11. Подобные живым... — по представлениям мифографов, на Родосе до прихода эллинов жили два племени полубогов, темные тельхины и светлые Гелиады; создание чудесных автоматов (ср. автоматы Гефеста — «Илиада», XVIII.418 — и Дедала) приписывалось обычно первым, но Пиндар из благочестия предпочитает приписывать их вторым (чтобы оно было «безобманно», ст. 53).

12. Доле — Лахесе, одной из мойр (Долей), богине жребия.

13. Аргосская медь — щит, награда на состязаниях в честь Геры; выделки (треножники) были наградою в аркадском Никое, чаши — в Фивах на играх в честь Иолая. Далее перечисляются другие местные состязания.

14. ...каменная скрижаль... — на ней вырезались имена победителей.

15. Атабирий — гора на Родосе.

16. Каллианактовы севы — этот предок Диагора ближе неизвестен.

17. Традиционный мотив здесь звучит как отклик на начинавшиеся междоусобные раздоры: Родос был членом Афинского союза, Афины поддерживали в нем демократию против Эратидов; вскоре после этой оды сын Диагора Дорией (тоже победитель четырех игр) должен был бежать с Родоса — впоследствии он погиб, воюя против Афин. Дальнейшая судьба Диагора неизвестна.

[Пиндар]


ЭПИНИКИИ ОЛИМПИЙСКИЕ, 8. <«ЭАК»>

{АЛКИМЕДОНТУ ЭГИНСКОМУ,
сыну Ифиона из рода Блепсиадов,
брату Тимосфена, ученику Мелесия,
на победу в борьбе среди мальчиков.
5Год —460.]

1с Матерь состязаний, венчанных золотом,
Ты, Олимпия [1],
Владычица правды,
Где вещатели [2] над сжигаемыми жертвами
10Пытают молниеносного Зевса,
Не молвит ли о мужах, вожделеющих сердцами,
Причаститься доблести и отдыху от трудов,

1а И благочестные их молитвы
Милостиво сбываются, —
15И ты, священный лес
Добрых стволов над Алфеем в Писе, —
Примите это шествие, примите несущее венки!
Великая и вечная слава —
На том, кому следует ваш блистательный дар.

20Разным людям — разное добро;

1э Многие дороги с богом ведут к благополучию;
Но вас
Вверила судьба в удел Зевсу — Родителю [3], —
И тебя, Тимосфен,
25Выкликнул он в Немее,
А тебя, Алкимедонт,
В олимпийской победе у Кронова холма.
Телом красив,
Делом подстать,
30Победный в борьбе,
Возгласил он о длинновесельной отчей Эгине
Где спасительная Правда [4], сопрестольница гостеприимца Зевса,

2с Чтится, как нигде меж людьми.

Когда многое ко многому клонится, —
35Труден меткий суд прямому уму;
Но эта земля за солеными валами
От бессмертных воздвигнута божественным столпом,
Странникам всех стран,—
Пусть же взлетающее Время
40Не устанет в своих трудах

2а О дорийском уделе от Эаковых времен!

Зван был Эак
На подмогу, когда сын Латоны и над ширью царящий Посидон
Возносили стены венца над Илионом,
45Чтобы волею судьбы
В градовержущих битвах встающих войн
Бурным дымом они дохнули в небеса.
Синие три змея
Выплыли тогда к выведенной башне.
50Двое пали,
Испустив, исступленные, дух,
А третий воздвигся и крикнул,
Быстро на противоставшее чудо ответил Феб:
«Пасть Пергаму от мышцы твоей, герой, —
55Так являет тяжко грохочущий Кронион;

3с А начаться тому
От сынов твоих первых и четвертых» [5].
Ясное сказав,
Устремился бог
60К Истру, Ксанфу и ристающим амазонкам [6],
А потрясатель трезубца,
Простерши колесницу к морскому Истму,
Золотыми конями унес Эака
В Эаков край [7],

653а Летя пировать к Коринфской скале.

Ничто не в сласть людям поровну.
Да не поразит меня камень зависти,
Если взведу я хвалу безбородых к Мелесию,
Ибо и ему такова была честь
70И в Немее, и потом меж пятиборцев.

3э Знающему легче учение.
Разумен тот, кто заранее учен, —
Ветрен, кто этого не испытывал.
Знающий знаемое скажет лучше всех —
75Каким путем
Возвыситься мужу
К вожделенной славе священных игр.

Ныне же ему в честь
Тридцатую победу [8] принес Алкимедонт;

804с Божеством его и мужеством
Четверо [9] юных тел
Обрели от него
Недобрый возврат, бесславную молву, помраченный путь,
А отец его отца
85Вдохнул мощь, попирательницу дряхлости,
С попутным делом забывается и смерть.

4а Но пора мне воздвигнуть память мою,
Чтобы славить цвет победительных рук Блепсиадов,
Ныне шестым окружившихся венком
90В лавроносных играх, —
Ибо и мертвым
Законная воздается доля хвалы,
Ибо и прах
Не скрывает от них радостной славы сородичей.
954э Весть, дочь Гермеса, скажет Ифиону,
А Ифион перескажет Каллимаху [10]
Блещущую олимпийскую красу,
Зевсом уготованную их породе.

Зевсова да будет воля
100Славные славными умножить их дела,
А режущие немощи отвратить от них.
Зевс да возбранит Немезиде
Надвое мыслить об их добре,
Безгорестною жизнью
105Возвеличивая и город их и род.

(«Эак») Алкимедонту Эгинскому, 460 г. Ода писана, когда Эгина стояла на пороге роковой войны с Афинами, поэтому прославление Мелесия, тренера из знатного афинского рода (ср. Нем. 4 и 6), обставлено оговорками. Композиция симметричная, центральный миф об Эаке и змеях (по схолиасту, до Пиндара он в литературе не встречался) развернут слабо; он введен потому, что род Блепсиадов возводил себя к Эаку и через него к Зевсу (ст. 16).

 

74. Ты, Олимпия — олицетворенная Олимпия (дочь Аркада, жена Писа) изображалась на монетах, но у писателей более нигде не упоминается.

75. Вещатели — Иамиды (ср. примеч. к Ол. 6); разумеется, их предсказания бывали определенны, только когда шансы атлета казались бесспорными.

76. Зевсу — Родителю — каждый человек при рождении получал от судьбы божество-покровителя, и счастлив тот (говорит Пиндар), у кого этот покровитель — Зевс.

77. ...спасительная Правда... — имеется в виду организация суда, важная в таком торговом городе, как Эгина, отсюда и содержание следующих строк. Не случайно, что Эак, герой дальнейшего мифа, стал символом праведного судьи.

78. Пасть Пергаму... первых и четвертых. — Пали змеи, выплывшие против участков стен, воздвигнутых богами, устоял змей против стены, воздвигнутой Эаком; это и было знамением. «Первые» потомки Эака — Пелей и Теламон, взявшие Трою при Лаомедонте, «четвертый» (считая Эака) — Неоптолем, убивший Приама. По другому схолиасту, павшие змеи — это эакиды Ахилл и Аянт, а победоносный — Неоптолем.

79. К Истру... — Истр (Дунай в стране гипербореев, см. Пиф. 10) и Ксанф (в Ликии) — места, посвященные Аполлону, земля амазонок — на востоке Малой Азии.

80. В Эаков край... — на Эгину.

81. Тридцатую победу — т. е. ученики Мелесия одержали уже 30 побед, отсюда — «юбилейное» внимание заслугам тренера (Мецгер).

82. Четверо... — Алкимедонт боролся «эфедром», нечетным бойцом, по жребию вступавший в состязание не с первого круга схваток, а с одного из следующих и поэтому имевший возможность экономить силы; возможны разные комбинации, при которых эфедр борется с четырьмя.

83. Ифион — отец Алкимедонта, Каллимах — по-видимому, его дядя; оба они уже умерли, но дед его (ст. 70) еще был жив.

[Пиндар]


ЭПИНИКИИ ОЛИМПИЙСКИЕ, 9. <«ПОТОП»>

{ЭФАРМОСТУ ОПУНТСКОМУ,
брату Лампромаха, на победу в борьбе,
чтобы петь в Опунте на празднике
в честь Аянта Локрийского.
5Год — 466.]

1с Архилохова песнь [1],
Звучащая в Олимпии,
Победная хвала,
Тройственная и ликующая,
10Довлела Кронову холму
Для шествия Эфармоста с любезными его друзьями.
Ныне же иные стрелы
От луков Муз, целящих далеко,
Перевесь с тетивы
15В честь Зевса с багровой молнией
И в честь навершья Элиды,
Которую лидиец Пелоп
Лучшим даром взял за Гипподамией.
1а И еще одну, сладкую и крылатую,
20Направь к Пифону,
Ибо не по земле пресмыкаться ты пустишь речь твою
От дрогнувших струн
О муже-бойце из Опунтской земли.

Прославь же и землю и сына ее!
25В уделе она
Матери Правды и дочери Благозаконности [2],
Спасительницы, хвалимой многою хвалой;
Процвела она
Подвигами при Касталии, подвигами при Алфее
30Чьи цветы величают, венчая,
Славную матерь локров,
Землю в блеске лесов.

1э Милый их город
Осияю я огненной моей песней,
35Чтоб быстрее кровного коня,
Чтоб быстрее крылатого корабля
Повсюду бы разлетелась моя весть —
Если только дала судьба блюсти руке моей
Сад Харит.

40Радость людям — от Харит,
А умение и доблесть — от бога.

2с Мог ли Геракл [3]
Палицею ударить на трезубец,
Когда над Пилосом теснил его Посидон,
45И с серебряным луком теснил его Феб,
И не празден был посох Аида;
Которым гонимы смертные тела
К полым перепутьям
Умирающих,

50Но нет,
Выплюньте, губы мои, такое слово!
Хула на богов — недоброе ремесло,

2э А похвальба не к месту — подголосок безумств.
Оставь свой лепет:
55Будьте, боги, чужды браням и битвам!
Обратись, мой язык,
К городу Протогении [4],
Куда рок Зевса, быстрого в громах,
Низвел с Парнаса Девкалиона и Пирру
60Выстроить первый дом
И родить, не всходя на ложе,
Каменный род,
Имя которому — люд.
Взвей им ветер шумящих слов,
65Похвали им старое вино и новые песни [5]!

2э Повествуется:
Черную землю
Затопила водяная сила,
Но хитростью Зевса
70Глубины поглотили потоп.
Здесь начало
Ваших предков о медных щитах:
Род их —
От дочерей Япетова сына [6] и от лучших из
75Кроновых сынов,
А царство их — вековечно:

3с Ибо некогда олимпийский вершитель,
Унесши дочь Опунта из Эпейской земли
И смешавшись с ней в тиши под гривой Менала,
80Вверил ее Локру,
Чтобы настигающий жребий лет не унес его
Беспотомственным.
И мощное семя понесла жена,
И радовался отец сыну не своему,
85И стало ему имя по отцу его матери [7].
Телом и делом превыше хвалы,
Принял он в опеку город и люд.

3а Шли к нему гости
Из Аргоса и Фив,
90От аркадян и от писейцев,
Но более всех меж приходящими
Чтил он потомка Актора и Эгины —
Менетия,
Которого сын
95Вслед Атридам на Тевфрантских полях [8]
Единственный не покинул Ахилла,
Когда мощных данаев поворотил и бросил Телеф
К соленым корабельным бокам, —
И явен стал для разумеющего
100Крепкий ум
Патрокла.
Не с той ли поры и сын Фетиды

3э Указал ему
Быть в строю под губительным Аресом
105Там, где копье его, смиряющее смертных.

О если бы мне, обретателю слов,
Вступить на колесницу Муз,
Предводя отвагу и объемлющую силу!
Я пришел на зов гостеприимства и доблести
110В честь истмийской тесьмы, перевившей Лампромаха,
Когда двое одолели [9], каждый в своем,

4с В единый день.
Дважды затем выпала Эфармосту радость у Коринфских ворот
И не раз — на Немейском лоне;
115Славу мужей взял он в Аргосе,
Славу отроков — в Афинах;
А вырвавшись из безусых,
Как выстоял он в борьбе
Меж старшими о серебре [10] в Марафоне!
120Зрелых подмяв
Ловкостью, которая гнется и не ломится,
Каким он криком огласил ряды,
Юный, прекрасный, по прекраснейшем из свершений!

4а В паррасийской толпе
125Дивен предстал он на торжестве Ликейского Зевса;
В Пеллене
Ласковое унес он целенье от студеного ветра [11];
Иолаев курган и морской Элевсин [12] —
Поручители красы его.

130Все лучшее — от природы,
Вытверженная доблесть многих побуждает к славе
Но без бога — сподручнее безвестие.

4э Есть ближние пути и дальние пути;
Единая забота — не всякому впрок;
135Трудно взойти до умения.
Но ты, гласящий награду победителю,
В звонком слове будь тверд:
Он рожден божьей волей —
Мышцей добр, телом прям, взглядом смел, —
140Чтобы увенчать алтарь Аянта Оилеева
На победном пиру.

(«Потоп») Эфармосту Опунтскому, 466 г. Эфармост из глухой Локриды Опунтской, как и Диагор, был победителем всех четырех игр; его олимпийская победа относится к 468 г., но Пиндар опоздал со своей песней и сложил ее уже после того, как в 466 г. Эфармост одержал еще одну победу на Пифийских играх (ст. 10 «к Пифону», ст. 17 «при Касталии»). Заказчиком песни был, по-видимому, родственник Эфармоста Лампромах, опунтский проксен («гостеприимец») фиванцев, тоже атлет. Композиция симметричная, с тремя мифами в центре: о Геракле, о потопе и о Патрокле (первый связан с хвалой герою — или поэту? — второй — городу и предкам, третий — другу — Лампромаху).

 

1. Архилохова песнь... — если для атлета-победителя ко времени заключительного шествия не была еще сочинена особая победная песня, то ему пели сочиненный когда-то Архилохом короткий гимн Гераклу со звукоподражательным припевом: «тенелла, тенелла, тенелла, слава победителю!»

2. Матери Правды и дочери Благозаконности... — генеалогия по Гесиоду, «Феогония», 901. «Благозаконность» была лозунгом аристократии, «равнозаконность» — демократии.

3. Мог ли Геракл... — контаминация мифов о походе Геракла против пилосского Нелея, сына Посидона («Илиада», XI.690; Аполлодор, II.7.3; ср. ниже, фр. 171), о споре Геракла с Аполлоном за дельфийский треножник (Аполлодор, II.6.2; до Пиндара — только в изображениях на вазах, но не у поэтов) и о спуске Геракла в аид. Перевод по толкованию Фарнелла; другие понимают это место: «да, Геракл бился с тремя богами, но за него был четвертый бог — Зевс».

4. Город Протогении, дочери Девкалиона и Пирры — Опунт, близ которого показывали гробницу Пирры (Страбон, IX.4.2). Это — первое в греческой литературе изложение всемирно распространенного мифа о потопе; по греческому его варианту, Девкалион и Пирра, спасшиеся на Парнасе, после потопа создали новое людское племя из камней (этимологизация: ???? «люди», ???? «камни», ст. 46). Последовательность поколений, по Пиндару, такова: Девкалион — Протогения — Опунт (I) — Локр и безымянная возлюбленная Зевса (Плутарх, «Греческие вопросы», 15, называет ее Кафией, схолиаст к Пиндару — Протогенией II) — Опунт (II), воспитанник Локра.

5. ...старое вино и новые песни — гомеровская мысль («Одиссея», I.351 «...а людям меж песен приятней Та, которая новой слывет между теми, кто слышит»; причем у Гомера имеется в виду песня о падении Трои как о недавнем событии). Схолиаст уверяет, что у Пиндара это отклик на колкость в песне Симонида (фр. 75 Бергк): «Как по новому вину // Видно, что оно не из давних лоз, // Так и новое сказанье — пустомысленно». Опунтские мифы, действительно, пересказывались в поэзии редко.

6. Япетов сын — Девкалион, лучший из Кроновых сынов — Зевс, отец Опунта II.

7. ...по отцу его матери — греческий обычай называть внука по деду, здесь — Опунта II по Опунту I.

8. ...на Тевфрантских полях — в битве с Телефом Мисийским, при первом плавании к Трое. Менетий, отец Патрокла, тоже был местным опунтским героем.

9. ...двое одолели... — на Истмийских играх Лампромах и Эфармост одержали когда-то в один день победы в разных состязаниях. Далее перечисляются Немейские игры и семь местных игр.

10. ...о серебре... — на Марафонских играх в честь Геракла наградой была серебряная чаша.

11. Целенье от ... ветра... — на зимних Пелленских играх в честь Гермеса наградой был шерстяной плащ.

12. Иолаев курган... — игры в честь Иолая — в Фивах (Истм. 1.16), в честь Деметры — в Элевсине (Ол. 13.110).

[Пиндар]


ЭПИНИКИИ ОЛИМПИЙСКИЕ, 10. <«ПЕРВАЯ ОЛИМПИАДА»>

{АГЕСИДАМУ ИЗ ЛОКРОВ ЭПИЗЕФИРСКИХ,
ученику Ила, на ту же победу
обещанная песня, чтобы петь на родине.
Год — 474.]

51с Об олимпийском победоносце,
Об отроке Архестрата
Прочтите мне записанное в сердце моем!
Я обязался ему сладкой песней —
Я ли мог о том позабыть?
10Ты, Муза,
И ты, Истина, Зевсова дочь,
Прямою рукою
Отведите от меня укор
Во лжи, вредоносной гостю!

151а Издали приспевшее время
Глубоким долгом меня винит;
Но плаченная лихва
Погашает людскую хулу:
Катящаяся волна поглотит каменья [1],
20И на радость я выплачу предо всеми должные слова.

1э Незыблемость пасет
Зефирские Локры,
А на сердце у них —
Каллиопа и медный Арес!
25Недаром перед Кикном [2]
Даже Геракл, чья сила выше силы,
Обращался вспять —
Пусть же Агесидам возблагодарит своего Ила [3],
Как Ахилла — Патрокл!
30Кто оттачивает человека, кованного к подвигу,
Тот к чудной славе толкнет его божией ладонью.

2с Немногим лишь дана беструдная услада,
Первый меж светочей жизни людской.

Зевсовы заветы [4]
35Движут меня воспеть
Избранное меж избранных состязаний,
Которое у Пелопова древнего кургана
В силе своей учредил Геракл,
Когда убил Посидонова сына, безупречного Ктеата,

402а И убил Еврита [5],
Чтобы взять от Авгиевой безмерной мощи
Охотному от неохотного выслуженную мзду.
Под Клеонами засевши в чаще,
Смирил их Геракл на возвратном своем пути
45За то, что погубили рать его тиринфян
Из алидской лощины

2э Надменные Молионовы сыны.
А эпейский вероломный царь
Вскоре увидел свой оплот и свое многое добро
50Оседающим в бездну бед
Под крепким огнем и ударами железа.
От борьбы с сильнейшим уклону нет:
Из города, который пал,
Последним выступил безумец на крутую смерть.

553с В Писе
Мощный сын Зевса собрал полки и добычу.
Высочайшему отцу
Трижды святую выгородил он ограду.
На чистом месте
60Отмежевал он Альтис вбитой межой.
Окружной равнине
Положил он быть для отдохновения и пира.
Алфейский брод [6]

3а Причел в чести к двенадцати царящим богам
65И прозвание Крона
Дал холму,
Безымянному при Эномае [7] и только влажному от многих снегов
Три Доли стояли над первородным празднеством
И тот, кто единый выводит пытанную истину, —

703э Бог — Время:
Это он в своем дальнем бегу
Сказал нам заведомо,
Каким разделом первин
Освятилась добыча войны,
75Как дан был устав пятилетиям торжеств [8]
Первою олимпиадою в ее победах.

Но кто стяжал
Первые венки
Силой рук [9], бегом ног, колесничным гоном?
80Кто подвигом
Сорвал хвалу состязательной славы?

4с В беге был лучшим сын Ликимния [10] Эон,
Прямо натянул он путь своих ног,
А полк он вел от Мидеи;
85В борьбе Эхем
Прославил Тегею;
В кулачном бою тиринфский Дорикл
Унес победу;
А на конной четверне —

904а Сем мантинеец, сын Олирофия;
Дротом Фрастор уметил в цель;
А камнем [11], выкруженным дальше всех,
Смог Никей,
И шумными криками вспыхнули соратники.
95Вечер лучился
Милым светом доброй луны,

4э И звенела округа
Хвалебным пением веселых пиров.

Древнему следуя почину [12],
100Грянем и ныне
В честь, соименную горделивой победе,
Гром и огненный дрот
Раскатывающегося Дия,
Вспыхивающую молнию —
105Силу сил!
Роскошествующая песня
Отзовется в лад запевшему тростнику!

5с Не в пору поздно взошла она над славной Диркеей [13] —
Но сын от милой жены
110Желанен отцу в изнанке его детства [14],
Нежностью согревающий его дух,
Ибо при смерти горько стяжавшему
Отдавать пасти добро свое пришельцу,
5а Ибо малую усладу за многий труд
115Обретает сходящий к урочищам Аида,
Тщетно дышав о песне за красные дела свои,—
О Агесидам,
Над которым и ласковая лира и сладкая флейта
Простерли благоволение!

120Щедр корм славе
От Зевсовых Пиерид;
5э Дольщик их забот,
Я объял знаменитое племя локров,
Медом моим орошая город добрых мужей,
125Я воспел милое дитя Архестрата,
Видя силу рук его в ту пору при олимпийском алтаре:
Ясен ликом,
Юностью цвел он,
Спасшей Ганимеда от беспощадной участи людской
130По милости Кифереи.

(«Первая Олимпиада») Агесидаму из Локров Эпизефирских, около 474 г. Пиндар долго заставил себя ждать с обещанной песней, поэтому начальная и конечная ее часть заняты, главным образом, самооправданием (поздняя песня дорога человеку, как поздний сын отцу, и т. д.). К центральному мифу о повторном, после Пелопа, учреждении Олимпийских игр Гераклом — ср. Павсаний, V.7—8. Сухой перечень малознаменитых победителей указывает на использование какого-то исторического или документального источника.

 

1. ...каменья... — ассоциация с камешками, которыми пользовались для расчета и для суда.

2. Кикн — сын Ареса, покровителя Локров, помогавшего ему в бою (не путать с Кикном, сыном Посидона, упоминаемым в Ол. 2.90 и Истм. 5.39); Геракл с ним бился на своем пути за золотыми яблоками, но Зевс разнял их брошенною молнией (Аполлодор, II.5.11, вариант II.7.7), — эту лестную для Кикна версию обработал в свое время Стесихор, писавший для локрийцев.

3. ...своего Ила... — по предположению схолиастов, Агесидам почти уже проиграл бой, но его криком ободрил Ил, его тренер. Роль тренера при атлете сравнивается с ролью Ахилла, дающего советы выходящему на бои Патроклу в «Илиаде», XVI.39 сл.

4. Зевсовы заветы — уставы Олимпийских игр.

5. Ктеат и Еврит — сыновья Посидона и Молионы, жены Актора, союзники эпейского (элидского) царя Авгия («Илиада», XI.709), напавшие на Геракла, когда тот шел воевать с Авгием, отказавшим ему в награде за очистку стойл. Миф рационализирован — Геракл выступает не как единоборец, а как предводитель войска (ср. упреки античных ученых поэтам у Афинея, XII.512е); ср. далее ручательство в исторической истинности предлагаемого отчета о состязаниях (ст. 55—59).

6. Альтис — название священного участка в Олимпии; Алфею, как сказано, был посвящен один из 12 алтарей высших богов, что для местного речного бога было редкой честью.

7. ...при Эномае — т. е. при первом учреждении игр Пелопом.

8. Пятилетиям торжеств — см. прим. к Ол. 3.21.

9. Силой рук... — в древней научной традиции считалось, что первая Олимпиада с бегом на стадий была устроена в 776 г., борьба вошла в программу с 708, кулачный бой с 688, колесничный бог с 680 г. (Павсаний, V.8.6—7); но Пиндар возводит все это к мифическим временам.

10. Ликимний — брат Алкмены, упоминаемый в Ол. 7 (Мидея здесь — городок в Арголиде); Эхем — будущий убийца Гилла в схватке при переселении Гераклидов в Пелопоннес (Павсаний, VIII.5.1); остальные ближе неизвестны.

11. ...камнем... — вместо позднейшего бронзового диска.

12. Древнему следуя почину... — ср. Нем. 2.1 и прим.; Зевс (Дий) назван здесь как бог победы.

13. ...над славной Диркеей — т. е. в Пиндаровых Фивах.

14. ...В изнанке его детства — в старости.

[Пиндар]


ЭПИНИКИИ ОЛИМПИЙСКИЕ, 11.

{АГЕСИДАМУ ИЗ ЛОКРОВ ЭПИЗЕФИРСКИХ,
на победу в кулачном бою среди мальчиков,
обещающая песня, чтобы петь в Олимпии.
Год — 476.]

5с Порою людям надобен ветер,
Порою — небесный дождь, исчадие облаков;
Но кто преуспеет, трудясь,
Тем родятся песни медового сока,
Первины вершащих похвал,
10Верный залог великих доблестей.

а Недоступная зависти,
Хвала эта ждет олимпийских победителей.
Пастырем ее хочет быть мой язык,—
Но лишь от бога
15Расцветает человек умными думами в века.
Знай же, сын Архестрата,
Знай, Агесидам:
За кулачную победу твою

э Над венком золотой оливы
20Грянет краса моя, сладкая, как мед,
В честь породе Эпизефирских Локров.

К шествию, Музы!
Слово мое — залог,
Что народ, к которому ваш путь, —
25Не бежит гостей, прекрасному не чужд,
Разумом остр и копьями храбр.
А врожденному нраву
Иным не стать —
Ни в красной лисе, ни в ревучем льве.

Агесидаму из Локров Эпизефирских, 476 г. Короткая, наспех сочиненная песня: Пиндар в 476 г. был отвлечен сицилийскими заказами. Запоздалым выполнением данного обещания является предыдущая песня.

[Пиндар]


ЭПИНИКИИ ОЛИМПИЙСКИЕ, 12. («УДАЧА»)

{ЭРГОТЕЛУ ГИМЕРСКОМУ, РОДОМ ИЗ КНОССА,
на победу в дальнем беге,
Год — 470.]

1с Тебе молюсь,
5Дочь Зевса Избавителя,
Хранящая Удача:
Обойми Гимеру во всю ширь ее сил!
Тобою в море
Правятся быстрые корабли,
10Тобою на суше
Вершатся скорые войны и людные советы.
Вскатываются и скатываются то ввысь, то вниз
Чаянья людские,
Прорезая зыбучую ложь:

15а Никому из живущих на земле
Нет от богов верного знака о будущем, —
Ум к предстоящему слеп.
Многое нежданное
Выпадает людям, радости наперекор,
20Иным же встречные бури
Глубоким благом мгновенно оборачивали скорбь.

э Сын Филанора,
Так и для тебя,
Боевого петуха [1] в четырех стенах,
25Не шагнув от очага,
Невоспетой осыпалась бы слава бега,
Если бы мятеж, бросающий мужей на мужей,
Не осиротил тебя Кносскою твоею родиною.
Ныне же,
30Увенчанный в Олимпии,
Увенчанный дважды у Пифона и на Истме,
Ты, Эрготел,
Превознес собой горячие заводи нимф [2],
Новый насельник собственных пашен.

(«Удача») Эрготелу Гимерскому, 470 г. Эрготел — один из дорийских эмигрантов, в поисках счастья стекавшихся в Сицилию в конце VI — начале V в. Изгнанный из критского Кносса, он поселился в Гимере, заново организованной в это время Фероном и пережившей за немного лет две тираннии и несколько мятежей (отсюда тема изменчивой Удачи). Пиндар утешает его, что, оставшись в Кноссе, он не стяжал бы своих атлетических побед. Олимпийская победа Эрготела — 472 г., вторая пифийская (ст. 18) — 470 г., отсюда датировка; потом он одержал еще одну олимпийскую (468 г.) и две немейских победы — статую его с этим перечнем видел в Олимпии еще Павсаний, VI.4.7.

 

1. Боевой петух изображался на монетах Гимеры. Это первое в греческой литературе упоминание о петушиных боях, входивших в моду именно в это время (в Афинах — при Фемистокле: Элиан, «Пестрые рассказы», II.29).

2. ...горячие заводи нимф... — теплые источники в Гимере, пробитые, по мифу, для Геракла после его Герионова подвига, существуют до сих пор.

[Пиндар]


ЭПИНИКИИ ОЛИМПИЙСКИЕ, 13. («БЕЛЛЕРОФОНТ»)

{КСЕНОФОНТУ КОРИНФСКОМУ
из рода Олигетидов,
на победу в беге и в пятиборье.
Год — 464.]

51с Трижды победный [1] олимпийскими победами
Прославляя дом,
Любимый меж граждан, пособный меж странников,
Я поведаю о блаженном Коринфе,
Пышущем юностью, а
10Где порог Посидона Истмийского.
Здесь обитает
Благозаконность
С кровными своими — Миром и Правдой [2],
Нешаткая опора городов,
15Опека людского добра,
Золотые дочери советной Справедливости,

1а Отвращающей Спесь,
Злоязычную родительницу Пресыщения [3].

Красная речь на устах моих,
20И прямая отвага вздымает мой язык.
Что отроду в людях, того не скрыть!
Недаром, сыны Алета [4],
Вам давался не раз
Победный блеск одоления
25Предельной доблестью в священной борьбе,
И не раз цветущие Оры
Посевали в мужские сердца

1э Древние измышления.
Всякое создание — от создателя!
30Кто явил Дионисовой благодати
Дифирамб [5] за бычью гоньбу?
Кто меру отмерил
Конской узде [6]?
Кто дважды возвел на божьи храмы
35Пернатого царя [7]?
Здесь цветет сладко дышащая Муза
И цветет Арес смертоносными копьями юных.

2с Зевс Отец,
Царящий над Олимпией свыше и вширь,
40Будь беззавистен к словам моим
Во веки веков!
Невредимо пасущий народ Коринфа,
Дай путь
Веянью Ксенофонтовой судьбы!
45Прими чин шествия, несущего венки,
Ибо ведет его с Писейских равнин
Победитель в беге и в пятикратной борьбе,
Первый в этой доле меж смертными.

2а Явясь на Истм,
50Увенчался он двумя зелеными прядями;
И в Немее
Не было ему противоборца,
Над Алфейской водой
Освящен блеск ног Фессала, его отца;
55У Пифона меж восхода и заката
Взял он честь бега и честь двойного бега;
Под той же луной
В кремнистых Афинах
Три лучшие победы быстроногого дня [8]
60Легли ему на гриву;

2э У Геллотии [9] было их семь;
И меж двух морей, по уставу Посидона,
С отцом своим Птеодором, с Эритимом и Терпсием [10]
Вывел он песни, которым долго звучать.
65А сколько было побед
В Дельфах и на львином лугу [11],—
О том мне спорить со многими,
Ибо и песка морского никому не перечесть.

3с Всему своя мера:
70Должный срок — превыше всего!
В общем море на необщем челне [12],
Славя мудрость древних и доблесть бойцов,
Не солгу о Коринфе
Ни Сизифом, в уменьях хватким, как бог,
75Ни Медеей, выбравшей брак вопреки отцу,
Спасительницей Арго и пловцов его, —

3а Ни теми, кто в отваге своей у дарданских стен
С двух сторон представали разрубать войну [13],
Одни — за Елену с милым племенем Атрея,
80Другие — к отпору им.
В дрожь бросал данайцев ликийский Главк,
Величаясь, что в городе над Пиреной [14]
Царство, длинное поле и дом
Держал его отец —

853э тот, кто когда-то
Многое претерпел,
Взнуздывая над бьющими ключами
Исчадье змеистой Горгоны —
Пегаса,
90Пока меченую золотом узду
Не подала ему дева Паллада.
В вещем сне она молвила ему:
«Ты спишь, сын Эола?
Конская чара — вот она;
95Яви ее Отцу-Укротителю [15],
Заклав ему белого быка!»

4с С синей эгидой
Виделась она спящему во мраке,
Говоря такие слова.
100Он вскочил на твердые ноги —
Чудо лежало рядом с ним.
Он схватил его,
Ликующий, он бросился ко пророку этих мест,
Он крикнул Кераниду [16] о свершившемся —
105Как по слову его он спал на жертвеннике богини,
И как дочь Олимпийца, чье копье — как молния,
Подарила его

4а Укротительным золотом.
И был ему ответ: немедля покорствовать видению,
110Крепконогую жертву
Воздать земледержцу в широкой его силе
И воздвигнуть алтарь Афине-Всаднице [17].
Мощью богов
Сбыться легко
115И тщетным клятвам, и тщетным надеждам.
Ринувшись, схватил,
Кроткой чарою стянув ему челюсть,
4э Сильный Беллерофонт — крылатого коня,
И в пляске,
120Меднодоспешный, взлетел ему на хребет.
Отсюда,
С пустого лона холодного эфира,
Сыпал он стрелы [18] на воинство лучниц амазонок,
Отсюда поразил он Солимов
125И Химеру, дышащую огнем.
Но об участи его —
Смолкаю [19];
А Пегасов корм — в древних яслях Кронидова Олимпа.

5с Не пристало мне
130Вихрь моих дротов во множестве их жал
Сильной мышцею
Метить по ту сторону меты.
Нет —
Я пришел сюда добровольной подмогой
135Музам на сияющих престолах
К Олигетидам Истмийским и Немейским.
В едином слове скажу я великое,
Ибо с двух сторон [20] за мною гремит
Шестидесятикратно
140Утешный крик присяжного глашатая подвигов.
5а О славе, которая была им в Олимпии,
Я сказал;
О славе, которая будет,
Я не промолчу;
145Надежда на нее — во мне, но исход — от бога.
Если неустанна удача их породы —
Положимся на Зевса и Эниалия!
Шесть побед [21] на Парнасском надбровье,
А сколько в Аргосе, сколько в Фивах,
150Сколько у аркадского алтаря увидит владыка Ликея,
5э Сколько Пеллена,
Сикион,
Мегара,
Затворенная роща Эакидов [22],
155И Элевсин, и жирный Марафон,
И под вздыбленной Этной богатые города,
И Евбея!
Обшарь всю Элладу —
И явится стольное, что не охватит глаз.
160Будь же легкой стопа их плаванья!
Свершитель Зевс,
Дай им честный путь
И причастие сладостным отрадам!

(«Беллерофонт») Ксенофонту Коринфскому, 464 г. Двойная победа на олимпийских состязаниях была событием исключительным; Афиней (XIII.32) сообщает, что за эту победу Ксенофонт по обету посвятил Афродите целую партию гетер-иеродул, и Пиндар воспел это в энкомии (фр. 122). Симметричная композиция с четким триадическим членением; миф о Беллерофонте в 3+4 триадах — самое раннее свидетельство о сногадании в Греции. — Сквозная тема оды — изобретательность коринфян.

 

1. Трижды победный... — две победы Ксенофонта и одна — его отца Фессала (ст. 35).

2. Благозаконность... (см. прим. к Ол. 9.15) — перечисляются три Оры (Евномия, Эйрена и Дика; последняя, в свою очередь — мать Гесихии — Тишины, см. Пиф. 8.1), дочери Фемиды-Справедливости; общая их статуя стояла в Олимпии (Павсаний, V.17.1). Может быть, стих «Опека людского добра...» подал идею известной статуи Кефисодота (IV в.), изображающей Эйрену-Мир с Плутосом-Богатством на руках.

3. ...Спесь... родительницу Пресыщения — такая же генеалогия в оракуле, цитируемом Геродотом, VIII.77, обычно же — наоборот (Солон, фр. 6, Феогнид, 153).

4. Алет — потомок Геракла, завоевавший Коринф при дорийском переселении, изгнав оттуда потомков Сизифа.

5. Дифирамб — имеется в виду деятельность Ариона при дворе Периандра Коринфского (впрочем, во фр. 71 открытие дифирамба приписано Фивам, а в фр. 115 Наксосу, т. е. местам рождения и свадьбы Диониса); бычья гоньба — неясна (процессия к жертвеннику?)

6. Конской узде... — имеется в виду Беллерофонт. Храм Афины Уздательницы находился в Коринфе (Павсаний, II.4.5).

7. Пернатого царя — акротерий над обоими фронтонами, по-гречески ????? «орел»; что коринфяне первые начали украшать фронтоны скульптурами, упоминает Плиний (XXXV.43).

8. Под той же луной... — т. е. в один месяц Фессал одержал двойную победу на Пифийских и тройную на Панафинейских играх; быстроногий день — день состязаний в беге.

9. У Геллотии — праздник Афины-Геллотии («Приобретательницы», характерное имя для торгового города) в Коринфе.

10. ...меж двух морей — на Истмийских играх; Птеодор — дед Ксенофонта, отец Фессала; Эритим и Терпсий — по-видимому, братья Фессала (или, по схолиям — Терпсий брат, а Эритим племянник).

11. ...на львином лугу... — в Немее.

12. В общем море на необщем челне — т. е. «прославляя Коринф через прославление Ксенофонта» (Гильдерслив).

13. Сизифом... Медеей... с двух сторон... — любопытно, что все три примера подобраны такие, которые могли бы быть истолкованы и не к чести Коринфа. Впрочем, миф о Медее-детоубийце оформился позже; в Коринфе она чтилась как отвратительница болезней. У дарданских стен на стороне греков сражался коринфянин Евхенор («Илиада», XIII.663 сл.), на стороне троянцев — внук коринфянина Беллерофонта (у Пиндара он неточно назван сыном) Главк.

14. Величаясь... — описывается встреча Главка с Диомедом в «Илиаде», VI.119—236, при которой Главк и рассказывает Диомеду нижеследующую историю Беллерофонта. Пирена — источник в Коринфе.

15. Отец-Укротитель — Посидон, как «небесный отец» Беллерофонта (и Фесея, ср. Вакхилид, 17) и покровитель конного спорта; но быки («крепконогие жертвы», ст. 80) обычно приносились ему в жертву черные.

16. Пророк Керанид — Полиид, сын Керана, потомок Мелампа.

17. Афина-Всадница — культ в Олимпии, аналогичный культу Афины-Уздательницы в Коринфе.

18. Сыпал он стрелы... — победа над ратницами-амазонками, ликийскими дикарями Солимами и чудовищем Химерой — три подвига Беллерофонта, перечисляемые в «Илиаде», VI.179—186.

19. Смолкаю... — ради коринфского самолюбия; см. подробнее Истм. 7.44—46.

20. ...с двух сторон — от Истма и от Немеи.

21. Шесть побед... — этот перечень 12 состязаний в разных местах Греции близко напоминает аналогичный в Ол. 7.83 сл. (ода, написанная в том же году).

22. Затворенная роща Эакидов — на Эгине.

[Пиндар]


ЭПИНИКИИ ОЛИМПИЙСКИЕ, 14. («ХАРИТЫ»)

{АСОПИХУ ОРХОМЕНСКОМУ
на победу в беге среди мальчиков.
Год — 488.]

1с Вы, что живете
5В крае прекрасных коней, над водами Кефиса,
О Хариты, воспетые в песнях,
Владычицы светлого Орхомена,
Блюстительницы древних минийцев,
Слушайте!
10Вам я молюсь!
Это вы подарили смертным
Все, что приятно и сладостно,—
Это вами мудр, прекрасен и славен
Человек.
15Сами боги без важных Харит
Не ведут ни пляску, ни пир;
Это вы,
Правя уставы небес,
Утвердили троны свои
20Близ златолукого
Аполлона Пифийского [1],
Чтобы чтить величье отца-Олимпийца.

2с Державная Аглая,
Сладкопевная Эвфросина,
25Дочери величайшего из богов,
Слушайте меня!
Очаровывающая Талия,
Слушай меня,
Глядя на это благопобедное шествие,
30Легкой поступью движущееся к нам!
Я пришел воспеть
Бережной песнею на лидийский лад
Того, чье имя Асопих,
Ибо минийская земля стала победительницей в Олимпе,
35О Харита, благодаря тебе.

А ты, Эхо,
Ступай к черностенным чертогам Персефоны,
Передай отцу его эту славную весть:
Предстань Клеодаму
40И скажи ему: «Сын твой
В славных долинах Писы
Увенчал молодые кудри
Крыльями знаменитых побед».

(«Хариты») Асопиху Орхоменскому, 488 г. Маленькая ода нетриадического строения, одно из ранних произведений Пиндара. Орхомен был древнейшим в Греции центром почитания Харит, богинь жизненной силы, а потом — радости и славы (Павсаний, IX.35; имена их, означающие «Благомыслящая», «Цветущая» и «Сияющая» — известны были и другие, установились у Гесиода, «Феогония», 907 сл.). Пиндар предпочитает призывать в одах не Муз, а Харит, потому что они покровительствуют не только песне, но и музыке и пляске, объединяемым лирикой.

 

1. Близ... Аполлона Пифийского — ср. известие Павсания (IX.35.3) и псевдо-Плутарха («О музыке») о древней делосской статуе Аполлона, держащего на ладони трех Харит с лирой, флейтой и свирелью в руках.

[Пиндар]


ЭПИНИКИИ ПИФИЙСКИЕ, 1. <«ЭТНА»>

{ГИЕРОНУ ЭТНЕЙСКОМУ,
отцу Диномена, правителя Этны,
на победу в колесничном беге.
Год — 470.]

51с Золотая лира,
Единоправная доля
Аполлона и синекудрых Муз!
Тебе вторит пляска, начало блеска;
Знаку твоему покорны певцы,
10Когда, встрепенувшись, поведешь ты замах к начинанию хора;
Ты угашаешь
Молниеносное жало вечного огня,
И орел [1] на скипетре Зевса
Дремлет, обессилив два быстрые крыла,

151а Орел, царь птиц:
На хищную голову его
Пролила ты темную тучу,
Сладкое смежение век,
И во сне
20Он вздымает зыбкую спину,
Сковываемый захватом твоим.
Сам насильственный Арес,
Отлагая жесткое острие копья,
Умягчает сердце
25Забытьем, —
Ибо стрелы твои
Отуманивают и души богов
От умения сына Латоны
И глубоколонных Муз.

301э А кого не полюбит Зевс, —
Тот безумствует пред голосом Пиерид
И на суше, и в яростном море,
И в страшном Тартаре,
Где простерт божий враг — стоголовый Тифон [2],
35Некогда вскормленный киликийской многоименной пропастью [3],
Ныне же Сицилия и холмы над Кумами [4] в ограде валов
Давят его косматую грудь,
И привязь его —
Снежная Этна [5],
40Столп небес,
Вечная кормилица режущих бурь,

2с Этна, чьи недра —
Чистейший поток неподступного огня,
Чьи потоки
45Хлещут в белый день валами пара,
А в ночах
Красное пламя с грохотом катит скалы к просторам пучин.
Это от ползучего чудища
Бьет ввысь страшная Гефестова струя, —
50Диво на взгляд, диво на слух,

2а Как он вкован в Этну
Меж подошвой и вершиной в черной листве,
И как рвет ему опрокинутую спину
Острое ложе.

55О Зевс,
Быть бы мне любимым пред тобою —
Пред тобою, правящим эту высь,
Лоб многоплодной земли,
По имени которой
60Славный зиждитель
Возвеличил ближний город,
Когда в Пифийском беге выкликнул глашатай
Гиерона,
Благопобедного меж колесниц.

652э Плавателю [6] первая радость —
Попутный ветер от пристани,
Ибо в нем — надежда на лучший возврат.
Если должно судить по схожей судьбе —
Быть твоему городу славным в венках и скакунах,
70Именитым в песенных праздниках.
Ликиец Феб,
Царящий над Делосом, влюбленный в Кастальский Парнас,
Пожелай этой доли в сердце своем
Краю лучших мужей,

753с От богов рождены
Все свершения смертных доблестей:
Все, кто мудр, все, кто силен, все, кто речист.
В жажде хвалить героя
Да не вылетит за черту борьбы
80От толчка моих рук меднощекий дрот —
Пусть бьет в цель, перестигнувши соперников!
Если время будет вечно, как сейчас,
Править ему обилие и доход,
А от муки [7] пошлет ему забвение,—

853а Запомнит Гиерон,
В скольких войнах сколькие битвы
Выстоял он испытанною душою,
Меж тем как божья ладонь
Несла ему честь, какой не срывал никто из эллинов,
90Высокий венок богатств.
Словно Филоктет,
Шел он на битву [8], —
И гордецы, теснимые неволею,
Льстились ему в друзья.
95Так богоравные герои
Плыли, чтобы с Лемноса залучить

3э Сына Пеанта,
Сокрушителя Приамовой Трои,
Завершителя данайских трудов.
100Бессильно ступал он, но в нем был рок.
Так и Гиерону
Бог-направитель
В подкрадывающиеся годы
Приведи достигнуть всего желанного!

105Муза,
Будь мне послушна
И пред Диноменом
В громе о награде победной четверни!
Слава отца — не чужая сыну.
110Милую похвалу
Мы приищем этнейскому владыке,

4с Которому Гиерон
Воздвиг этот город
В его богозданной вольности
115По законам, положенным Гераклидами, —
Ибо племени Памфила и Гилла
Под Тайгетскою крутизной
Вечно угодны дорийские уставы Эгимия [9];
Встав из-под Пинда,
120В счастье своем держали они Амиклы,
В славе своей соседствуя Тиндаридам на белых конях,
И молвою цвели их копья.

4а Вершитель Зевс,
Утверди в неложном людском суде
125Вечно такую судьбу
Гражданам и владыкам над влагою Амена [10]!
Твоею заботою
Вождь, вверяющий сыну возвеличенный народ,
Да обратит его к согласному миру!
130Мановением твоим, Кронион,
Да пребудут в усмиренных домах
И финикиец, и тирренский клич [11],
Познавши при Кумах
Сокрушение, от которого стонали суда,

1354э Познавши страсть
От Сиракузского укротителя!
С быстрых кораблей
Обрушил он в пучину их юношество,
Из-под бремени рабства
140Выволокши Элладу.
Саламином
Я стяжал бы милую мзду от афинян,
В Спарте
Я сказал бы о битве перед Кифероном [12], —
145Ибо в тех боях
Изнемогали мидяне с гнутыми луками;
А у берега славных Гимерских вод
Я сложил бы хвалу
Сынам Диномена [13],
150Чтобы им она причлась по их доблести
Над изнемогшим врагом.

5с Если в пору сказано слово,
Если многое пытано и в малое сжато,
Дальше от следов твоих будет людская хула.
155Пагубное пресыщение
Сламывает острие торопливой надежды,
Слух о чужих подвигах
Больно ложится на скрытные умы,
Пусть!
160Лучше зависть, чем жалость:
Хорошего держись [14]!
Кормилом справедливости правь народ,
Под молотом неложности откуй язык:

5а Самая малая искра велика,
165Излетая от тебя.
Ты над многими судья,
Пред тобою многие верно говорят и вправо
и влево, —
Но если дорога тебе сладкая молва,
170То в цветущем своем пылу
Не истощись щедростью:
Как кормчий муж, разверни под ветром твой парус,
Не поддайся, друг, льстивым корыстям:
Гордая слава
175За спиною смертных

5э Одна открывает сказателям и певцам
Бытование отошедших.
Не умирает благомысленная доблесть Креза,
И безжалостно жгущий медным быком
180Фаларид [15] повсюду постигнут ненавидящей молвою,
И лиры у очага
Не приемлют его
В кроткую общность отроческих песен.

Добрый успех — первая награда;
185Добрая молва — вторая доля;
А кто встретил и принял обе —
Тот стяжал себе высочайший венец.

(«Этна») Гиерону Этнейскому, 470 г. Около 474 г. Гиерон, чтобы упрочить однородность созданной им державы, выселил обитателей прибрежных ионийских городов Накса и Катаны у подножья Этны в глубь Сицилии, а опустевшую Катану, стратегически важный порт к северу от Сиракуз, заново заселил дорийскими поселенцами и организовал как новый город под названием «Этна». Правителем города был назначен молодой Диномен, сын Гиерона, под опекой его полководца Хромия (адресата од Нем. 1 и 9). Чтобы придать вес новому городу, Гиерон приказал в 470 г. на Пифийских играх после своей победы объявить о себе не как о «Гиероне Сиракузском», а как о «Гиероне Этнейском». Этой победе и посвящена ода Пиндара; ей же посвятил маленькую оду 4 Вакхилид. Гиерон прославляется как усмиритель варварства и утвердитель порядка и гармонии; отсюда вступительные образы оды — лира как символ гармонии и Тифон под Этной как символ хаоса. Этна в начале 470-х гг. после долгого перерыва вновь начала проявлять вулканическую деятельность и была предметом живого внимания в Греции. В остальной части оды обычных мифологических мотивов нет, чередуются лишь похвалы новому городу, Гиерону и Диномену.

 

1. Орел, посвященный Зевсу, — традиционный образ греческой мифологии; но на скипетре Зевса он впервые появляется только здесь и, несколько позднее, на статуе Фидия.

2. Тифон — рассказ о нем восходит к Гесиоду, «Феогония», 820—869; ср. фр. 91—93, где Пиндар возвращается к этой теме.

3. киликийской... пропастью — у Гомера «ложем Тифона» названа загадочная земля «Аримов»; в историческое время ее по созвучию с названием «арамеи» отождествляли с Киликией или Сирией.

4. ...Сицилия и холмы над Кумами — т. е. Тифон простерт под землей от Этны до Везувия.

5. Снежная Этна... в черной листве — не «вечно снежная», а «где в любое время года может идти снег»; гора Этна поросла сосновыми и лиственничными лесами.

6. Плавателю... — т. е. пифийская победа подобна попутному ветру для новооснованного города.

7. ...от муки... — по объяснению схолиастов, Гиерон страдал камнями в почках; отсюда сравнение его с больным Филоктетом («сыном Пеанта», ст. 53), наследником Гераклова лука, без которого греки не могли взять Трою. В Сиракузах стояла статуя хромого Филоктета работы знаменитого Пифагора Регийского.

8. Шел он на битву... — о какой войне идет речь, неясно (против этрусков в 474 г.? против Фрасидея Акрагантского, наследника Ферона, в 472 г.?), но несомненно и воспоминание о посольстве афинян и спартанцев к Гиерону в 480 г. с просьбой о помощи против Ксеркса.

9. Гераклидами... Эгимия — образцом при новоосновании Этны была Спарта с ее филами Памфилов, Гиллеев и Диманов и с ее культом Диоскуров; от Панда к Амиклам — путь переселения дорян (Амиклы упомянуты едва ли не ради Эгидов, возможных предков Пиндара); Эгимий — царь Дориды, союзник Гераклидов, отец Памфила и Димана, усыновивший Гераклида Гилла.

10. Амен — река близ Этны.

11. И финикиец, и тирренский клич... — победы над карфагенянами при Гимере в 480 и над этрусками при Кумах в 474 гг. Олицетворение боевого клича у Пиндара — также в фр. 78.

12. Битва перед Кифероном — победа при Платее над персами в 479 г. под начальством Павсания Спартанского.

13. Сыны Диномена (Старшего) — Гелон (победитель при Гимере), Гиерон (адресат оды) и Полизал.

14. Хорошего держись... — неясно, обращены ли заключительные поучения оды к Гиерону или (скорее) к молодому Диномену.

15. Крез, царь эллинизированной Лидии (560—546) и Фаларид, (570—554) тиранн Акраганта, низвергнутый прапрадедом Ферона, — недавние, но уже ставшие нарицательными образцы хорошего и дурного владыки: Крез был популярен в Греции как чтитель Аполлона (ср. Вакхилид, 3), Фаларид — одиозен из-за своей попытки ввести по финикийскому образцу человеческие жертвоприношения (через сожжение в медной статуе быка).

[Пиндар]


ЭПИНИКИИ ПИФИЙСКИЕ, 2. <«ИКСИОН»>

{ГИЕРОНУ СИРАКУЗСКОМУ,
сыну Диномена, на победу в колесничном беге,
Год — 475 (?)]

1с Многоградные Сиракузы [1],
5Священный удел воинствующего Ареса,
Божественная кормительница
Мужей и коней, ликующих о железе,
От сверкающих Фив я несу тебе
Эту песню,
10Эту весть
О потрясшей землю четверне,
На которой колесничный Гиерон
Обвил далеко блещущими венками
Ортигию,
15Престол речной Артемиды [2],
Чьей подмогой
Мягкая сила Гиерона
Укротила пестросбруйных жеребцов.

1а Это она, рассыпающая стрелы,
20И с нею состязатель Гермес
Увенчали его сияющей красой,
Когда впряг он мощь скакунов
В точеный верх послушной колесницы
И воззвал к широкой силе бога,
25Бога с трезубцем в руке [3].

Многим царям многие певцы
Голосистую вершили хвалу,
Награду побед.
В честь Кинира [4] поют на Кипре,
30Угодного золотогривому Аполлону,

1э Чтителя, избранного Афродитой,
А ведет те песни
Благодарность — воздаяние добрых дел,
Так и о тебе,
35Сын Диномена,
Девушка из Зефирских Локров [5]
Поет на пороге родного дома,
Бестревожная в мощи твоей
Перед обессиленными тяготами войн.

40Рассказывают так:
Иксион [6],
Вечно кружимый крылатым колесом,
Вечно по уставу богов
Кричит смертным:
45«Кроткою мздою воздавай благодетелю!»

2с Ему ли того не знать?
Сладкую вкушавший жизнь при благосклонных Кронидах [7],
Он не выстоял под долгим счастьем,
Он в неистовом сердце своем
50Захотел Геру,
Дольщицу Зевсова многорадостного ложа,
И мгновенно в непроглядную беду
Ринуло его дерзновение —
Должное претерпев, избранную понес он казнь
55За двойную вину:
Первый из первых героев,
Он коварно замесил меж смертных родную кровь,

2а И в просторах великой опочивальни
Он дерзнул на Диеву жену.
60Но всякая мера — по мерщику [8]!
Непутное ложе
В гущу горя ввергло наложника:
Он спал с тучей,
Он ловил сладкую ложь,
65Незрячий!
Видом она была, как небесная Кронова дочь,
А восставила ее в хитрость ему Зевсова ладонь —
Красную пагубу!
И четыре спицы [9] гибельно захлестнули его в узлы,

702э И рукам и ногам его не уйти от пут,
И что сказано ему — то сказано всем.
Не стояли Хариты вокруг,
Когда рожден был ему сын — не сын.
Единственный от единственной,
75Не в чести меж людей, ни в уставах богов,
И вскормившая назвала его Кентавром [10].
Он смешался с магнесийскими кобылицами
У круч Пелиона,
И от них рождено чудное полчище,
80Схожее с обоими, —
Снизу как мать, сверху как отец.

3с Бог [11]
Все исходы вершит по промыслу своему,
Держит на крыльях орла,
85Обгоняет в морях дельфина,
Высоколобого гнет,
А иным дарит нестареющую славу,
Не надобен мне
Язвящий клык злоязычия!
90Издали знаю [12], в скольких бедах
Тяжкой ненавистью вздувался хулитель Архилох.
Лучший удел —
Богатство и счастье умения.
Удел этот — твой!

953а Открытым сердцем ты явил это всем.
Вождь и князь венчанных мужей и перепутий,
Был ли кто другой в эллинской старине
Выше тебя,
В чести и богатстве?
100Праздная эта мысль, напрасная тяжба!

В цветущий путь
Выхожу я глашатаем доблести.
Юности опора — в отваге грозных войн:
Истинно стяжал ты в них славу без конца,

1053э Бившись меж шпорящих, бившись пеший;
А старость твоя зрелыми советами
Дает мне славить тебя уверенною речью
За все во всем.
Радуйся!
110Как финикийский груз,
Через седую соль
Идет к тебе песня,
Касторова песня эолийских струн.
Прими ее охотно,
115Вверь ее семиударной лире!
Будь, каков есть:
А ты знаешь, каков ты есть.

4с Для мальчишек хороша и обезьяна [13] —
Всегда хороша! —
120Но счастлив тот Радаманф,
В ком без ущербен плод душевного сада,
Кому не в сладость льстивый обман,
Вечно крадущийся за смертными в шопотных уловках.
Дважды губителен подговор клеветы,
125Поступь его — лисья поступь.
Но корыстнице-лисе велика ли корысть?
Глубоко утопает в море соленая снасть,
Но я, нетонущий, — над неводом на плаву.

4а Невмочь коварному
130Вбросить сильное слово меж добрых мужей, —
Но виляя, они захлестывают.
Я не дольщик бесстыдства!
Другом другу хочу я быть
И врагом врагу,
135Как волк, его застигая обходами здесь и там.
Кто словом прям,
Тот всякому надобен порядку —
Под царем [14], перед бурной толпой и меж правящих мудрецов,
Необорный бог

1404э То возносит одних,
То другим дарит просторную славу,
Но ничто не исцелит завистника:
Кто мучится по дальней черте,
Тот втравляет в сердце больную рану,
145А желанное его — впереди.
С легкостью нести принятое ярмо —
Благо;
А копытами бить против жала —
Скользкий путь!
150Жить угодным хочу я меж добрыми.

<«Иксион»> Гиерону Сиракузскому. Одна из самых загадочных Пиндаровых од. Собственно, это не эпиникий, а сопроводительное послание при эпиникии на какую-то конную победу Гиерона («Касторова песня эолийских струн», обещаемая в ст. 69) — может быть, при Пиф. 1 (однако она — не на эолийский, а на дорийский, дактило-энитритический напев; может быть, поэт переменил замысел?). Уже в античности высказывались предположения, что в число «Пифийских» эта ода попала по недоразумению (Каллимах); в таком случае, победа Гиерона могла быть одержана и на меньших, местных играх (в Сиракузах? в Фивах?). Баура полагает, что ода написана после того, как Гиерон одержал олимпийскую победу 408 г., но эпиникий наказал не Пиндару, а Вакхилиду. Главную часть оды (триады 1—3) составляет панегирик обычного трехчастного строения, а заключительную (триада 4) — энергичная самозащита против неизвестных завистников и обманщиков, клевещущих на него перед Гиероном — «Радаманфом». Имеются ли здесь в виду соперники-поэты (Вакхилид как подражатель — «обезьяна»?) или придворные интриганы (Гиерон славился организованным штатом тайных соглядатаев — Аристотель, «Политика», V, 11), — сказать невозможно. С этой же темой перекликается и центральный миф о вероломстве и наказании Иксиона.

 

1. Многоградные Сиракузы — имеются в виду пять частей Сиракуз: остров Ортигия, город Ахрадипа и предместья Тиха, Неаполь и Эпиполы.

2. ...речной Артемиды... — Алфейской, почитавшейся у двух Алфеев по обеим сторонам Ионийского моря (см. прим. к Нем. 1, 2). На Ортигии, где стоял ее храм, находился конный двор Гиерона.

3. Бога с трезубцем — Посидона, покровителя конного спорта.

4. Кинир — богоугодный царь-жрец кипрских мифов, названный в противоположность нечестивому Иксиону (ср. упоминание Креза и Фаларида в Пиф. 1, 94—96),

5. Локры — город на южной оконечности Италии, северный аванпост владений Гиерона; Гиерон утвердился здесь около 477 г., отбив город у своего соперника, тирана Анаксилая Регийского.

6. Иксион убил своего тестя Демонея, был очищен Зевсом, но ответил ему неблагодарностью. Это одно из первых упоминаний о нем в литературе: среди загробных страдальцев в XI книге «Одиссеи» его нет. Трагедия Эсхила о нем не сохранилась.

7. ...при благосклонных Кронидах... — при Зевсе и Гере.

8. Но всякая мера — по мерщику! — вариант популярного изречения Питтака, одного из «семи мудрецов»: «берись за то, что по плечу!» (схолии к Эсхилу, «Прометей», 879; ср. эпиграмму Каллимаха в «Палатинской антологии», VII, 89).

9. ...четыре спицы... — казнь Иксиона символична: он распят на колесе, как приворотная птица-вертишейка при любовном чародействе (см. прим. к Пиф. 4, 214).

10. Кентавром — Пиндар различает гиппокентавров (тех, кого обычно называют кентаврами) и их отца, чудовище Кентавра.

11. Бог... — судьба Иксиона показывает, что нет на свете прочного счастья, и поэтому люди не должны друг другу завидовать.

12. Издали знаю... — Архилох жил почти за два века до Пиндара; «злоязычие» и описание своих бедствий представлялось древним главным содержанием его стихов.

13. Обезьяна, а затем лиса (ст. 77), виляющая собака (ст. 82), волк (ст. 85), упирающийся осел (ст. 95) — неожиданный для Пиндара набор иносказаний басенного происхождения, которыми он изображает своих врагов и себя.

14. Пред царем... — это одна из первых в греческой литературе формулировок трех видов правления — монархического, аристократического и демократического.

[Пиндар]


ЭПИНИКИИ ПИФИЙСКИЕ, 3. <«АСКЛЕПИЙ»>

{ГИЕРОНУ СИРАКУЗСКОМУ
утешение в болезни.
Год — 474 (?)]

1с Хирон [1], сын Филиры!
5Общую волю приняв на свой язык,
Как я хотел бы
Видеть его, отошедшего, живым,
Многозаботное чадо Уранида Крона,
Дикое чудо с дружелюбной думой,
10Хозяина Пелионских долин!

Таков он некогда вскормил Асклепия,
Утолителя тел, пугателя недугов,
Доброго плотника безболья,

1а Которого еще и не родила
15Вспомогаемая Илифией
Дочь конеборного Флегия [2],
Как под золотыми стрелами Артемиды
Сошла она, правимая Фебом,
Из опочивальни — в незрячий дом:
20Не бессилен гнев Зевсова племени!
Пренебрегши богом, скривясь умом, не сказавшись отцу,
Иной она выбрала брак, —
А была уже смешана с неостриженным Аполлоном,

1э А несла уже в лоне чистый его посев.
25Не ждала она, пока грянет брачный хор
В вечерних запевах девушек-подруг, —
Хотела она того, что не дано!
Многих горькая участь!
Самая пустая из людских пород —
30Та, что порочит ближнего, жаждет дальнего,
В несбыточном чаянье гонясь за тщетой.

2с Таково было горделивое
Ослепление Корониды в красе ее одежд:
На ложе она взошла
35К аркадскому пришельцу —
Но не убереглась от бдительного:
Из Пифона, приемлющего стада,
Царственный Локсий
Внял вернейшему из общников [3],
40Положился на всеведущий свой ум,
Который не лжет,
Которого не ввести в обман
Ни богу, ни смертному, ни думой, ни делом;
2а И познав изменную неправду
45Гостя-наложника, Исхия Элатида,
Он послал единокровную сестру свою
В полете неуемного гнева
К лакерийским обрывам Бебиады [4],
К дому девы. Там чуждый демон,
50Совратитель, стал погубителем
И ее и ближних ее,
Ибо общей была их гибель:
Единое огненное семя
Выжгло нагорный лес.

552э Но уже положили родичи девушку на сруб,
И уже обегал ее тело буйный Гефестов язык,
Как молвил Аполлон:
«Не потерпит сердце мое
В материнской тяжкой страде
60Жалкой погибели моей породе».
Он сказал,
Он шагнул,
Он выхватил сына из трупа,
И пылавший пожар расступился перед ним.

65А унес его бог к магнесийскому кентавру
Для науки
Исцелять живущих от страдальных недугов.

3с Шли к нему, кто сжился с язвами, евшими себя,
Кто ранен блеклой медью или дальним камнем,
70Кого гложет стужа и летний зной, —
Он разрешал их страсти, изымал из мучений,
Одних обхаживал мягкими запевами,
Других миротворным питьем
Или снадобьем, обхватывающим рану,
75А иных, спасал ножевой разрез.

3а Но корысть — обуза и умению.
Золото, сверкнув из рук несметной мздой,
Совратило его
Вырвать из смерти схваченного смертью;
80И палящая молния от Кронидовых мышц,
Пав меж этим и тем [5],
Затворила вздох в его груди,
Обоих обомкнула их участью,
Ищи себе смертный у богов
85Уменья по уму, ступени по стопе,
Помни, в какой мы доле.

3э Не пытай бессмертия, милая душа —
Обопри на себя лишь посильное.

Если бы в Хироновой пещере
90Жив был здравый его дух,
Если бы медвяная моя хвала
Чарою запала в его сердце,
То явил бы он знатным людям по мольбам моим
Лекаря жгучих болей,
95Зовущегося по Фебу или по Фебову отцу [6].
И я взрезал бы ладьей ионийскую зыбь
К истоку Аретусы [7],
К этнейскому гостеприимцу,

4с Пастырю Сиракуз,
100Кроткому владыке над гражданами,
Беззавистному к добрым, чадолюбивому к странникам.
Я сошел бы к нему, неся двойное благо —
Золотое здоровье
И песню,
105Сверкающую венками от пифийских побед,
Первоскачущим Фереником сорванных в Кирре [8]:
Ярче небесной звезды
Я встал бы ему над морскою глубью.

4а Теперь же мои мольбы —
110К Матери, великой богине,
Воедине с Паном величаемой девичьим пением
У ночного моего порога [9].
Если дано тебе, Гиерон,
Всякую речь схватить за острие,
115То ведомо тебе древнее слово [10]:
«С каждым счастьем по два несчастья смертным шлют небожители».
Немудреный их красиво не вынесет,
А вынесет добрый, на лучшее обернув.

4э Спутник твой — благо,
120Смотрит на тебя, единого из всех, большая судьба,
На царя народов;
А нескользкой жизни не было дано
Ни Пелею, сыну Эака,
Ни Кадму, равному богам.
125Не они ли слывут блаженнейшими меж смертных,
Не они ли слышали песнь повитых золотом Муз
И на кручах
И в семикратных Фивах,
Когда брал один волоокую Гармонию,
130А другой — прославленную Фетиду от советного Нерея [11]?

5с С обоими пировали боги,
И сыны Кронида сидели на золотых престолах,
И дарили дары.
В милости Зевса
135Преобразились былые их невзгоды и воспрянул дух,
Но и после
Одного обездолили радостью пронзающие муки трех дочерей,
Хоть и сам нисходил Зевес к вожделенному ложу белолокотной Фионы [12],

5а А другого единственный сын,
140Бессмертною Фетидою рожденный во Фтии,
Под луком войны испустивши дух,
С пылающего костра
Плач взметнул меж данайцев.
Нет: чей ум на верном пути,
145Тот радуйся выпавшему от блаженных;
Переменчивы ветры в выси,
Ибо недальний попутчик человеку —
Давящая полнота обилия.

5э Малый в малом, большой в большом, —
150Это и я,
Осеняющего меня демона
Чтущий всею мерою ума.
Если бог мне явит нежащее богатство,—
Надежда моя — на высокую славу впереди.
155Нестор и ликиец Сарпедон, живые в молве,
Ведомы по гремящим словам,
Сложенным мудрыми слагателями.
Только в песнях — увековечение доблести,
Но немногим оно дано.

(«Асклепий») Гиерону Сиракузскому, 474 г. (?) Дата — после основания Этны (ст. 69), но, по-видимому, до Пифийской победы 470 г. В сборник Пифийских од стихотворение включено только из-за упоминания Гиеронова коня Ференика, победителя на Пифийских скачках. В действительности это вообще не эпиникий, а послание к Гиерону с утешением в болезни. Вступительный миф о Корониде и Асклепии задает такую же предостерегающую ноту, как миф об Иксионе в предыдущей оде. Поэт противопоставляет мнимое бессмертие от врача и подлинное бессмертие от поэта.

 

1. Хирон — этот кентавр (в отличие от других — символ не стихийного буйства, а стихийной мудрости) упоминается как врачеватель уже в «Илиаде», IV, 219 и XI, 832, окончательно же его образ сложился в поэме (несохранившейся) «Заветы Хирона», приписывавшейся Гесиоду, земляку Пиндара.

2. ...дочь... Флегия — фессалийская царевна Коронида, погибшая за то, что она вышла замуж за смертного аркадца Исхия, не успев родить Аполлону зачатого от него сына (ср. иное отношение к этой теме в мифах о двух близнецах от бога и от смертного — например, Геракле и Ификле, Поллуксе и Касторе, см. Нем. 10, 80—81).

3. Локсий («вещающий иносказательно») — прозвище Аполлона. Внял вернейшему из общников... — сюжет Пиндара взят из поэмы «Эои» (каталог героинь, приписывавшийся Гесиоду), но у Гесиода (фр. 123) Аполлону сообщает об этом ворон, Пиндар же благоговейно подчеркивает собственное всеведение бога.

4. ...единокровную сестру свою... — Артемида считалась виновницей внезапной смерти женщин, Аполлон — мужчин. Лакерия — город, Бебиада — озеро в фессалийской Магнесии.

5. ...меж этим и тем... — между Асклепием и исцеленным им героем (по разным версиям, это был Ипполит, Капаней и т. п.— мифографы перечисляют до 10 вариантов).

6. ...по Фебу или по Фебову отцу... — т. е. или Асклепия, сына Аполлона, или самого Аполлона-Пеана, сына Зевса.

7. Аретуса — священный источник близ Сиракуз, о котором см. прим. к Нем. 1,1.

8. Кирра — дельфийский порт, обычно упоминаемый Пиндаром метонимически вместо Дельф. Ференик — см, прим. к Ол. 1, 69.

9. К Матери... у моего порога — античные биографы и схолиасты подтверждают, что Пиндар поставил близ своего дома святилище Великой Матери (ср. фр. 95): «Однажды в горах Пиндар давал урок флейтисту Олимпиху, который сочинял песню, как вдруг они увидели, что с неба падает большой огненный камень; и Пиндар, увидев, догадался, что это к ногам их упал каменный образ Матери Богов. После этого он воздвиг перед своим домом изваяние Матери Богов и Пана. А когда горожане послали вопросить бога об этом знамении, тот повелел им воздвигнуть кумир Матери Богов, и тогда-то они, изумившись, что Пиндар словно заранее знал об этом вещании, стали сами приносить перед нею жертвы».

10. ...древнее слово... — схолиасты ссылаются иа «Илиаду», XXIV, 527—532: «Две глубокие урны лежат перед прахом Зевеса, Полны даров — счастливых одна и несчастных другая...» и т. д. (пер. Н. И. Гнедича).

11. ...на кручах — на горе Пелионе Пелей брал в жены Фетиду, родившую ему Ахилла, а в Фивах — Кадм Гармонию (дочь Афродиты и Ареса, т. е. тоже богиню), родившую ему четырех дочерей, см. Ол. 2, 25.

12. Фиона — другое имя Семелы, дочери Кадма.

[Пиндар]


ЭПИНИКИИ ПИФИЙСКИЕ, 4. <«АРГОНАВТЫ»>

{АРКЕСИЛАЮ КИРЕНСКОМУ
на победу в колесничном беге
песня заступническая за Дамофила.
Год — 462.]

51с Нынче стать тебе, Муза,
При муже, которого я люблю,
При царе Кирены, где добрые кони,
Чтобы в шествии Аркесилая
Взвеять ветер песнопений,
10Воздаваемых чадам Латоны
И пифийской скале [1].
Где некогда жрица,
Сопрестольница Зевсовых золотых орлов,
От близости Аполлона
15Провещала Батту [2],
Зиждителю плодоносной Ливии,
Покинуть священный свой остров
И воздвигнуть на белом, как грудь, холме
Город добрых колесниц,

201а Чтобы в семнадцатом колене
Сбылось вещанье,
Которое выдохнула из несмертных уст
Мощная духом Медея,
Дочь Эета, властительница колхов.

25А сказала она так
Перед полубогами, что плыли с копьеносным Ясоном:
«Слушайте меня, сыны богов и сильных духом мужей!
Будет день,
И от этой земли, бичуемой морем,
30Дочь Эпафа [3]
Возьмет на рассаду для почвы Зевса Аммона
Корень городов [4],
Сладкий смертным.

1э На быстрых коней променяв короткоперых дельфинов,
35Вместо весел будут здесь править уздой и повозками быстрее бурь;
Быть Фере матерью больших городов, —
Этот знак
Подал Евфаму, сходившему с корабля,
Бог в смертном образе [5],
40Землю ему вручив залогом гостеприимства,
А Кронион Зевс
Грянул над ними благосклонным громом.

2с Это было, когда пловцы
Привязывали к ладье
45Медное колено якоря,
Узду быстрого Арго,
За двенадцать дней
Пронесши с Океана
По пустынной спине земли
50Древко зыбей,
Исторгнутое моими заботами;
И тогда-то одинокий бог,
В светлое облекшись обличье честного мужа,
Начал к нам свою дружескую речь,
55Как гостеприимец, зовущий странников к трапезе.
2а Но сладкий возврат не пускал нас к нему;
Он понял, что нас влекло,
И назвавшись Еврипилом, сыном нетленного земледержца и землеколебателя,
Он вырвал своей правой рукой
60Пахотную землю, первый гостеприимственный дар.
Он простер его к нам, и герой его не отверг:
Прыгнув на берег,
Из руки в руку принял он божественный ком.
Но канул тот подарок,
65С древка зыбей увлеченный в вечерний час влажною солью моря:

2э Хоть и часто я взывала к служителям, сложителям наших забот,
Но забвение было в их душах,
И до урочного срока рассеялось по этому острову
Нетленное семя Ливии, края раздольных плясок.
70Если бы Евфам,
Воротясь в отчизну свою,
Бросил тот дар на священном Тенаре [6] в пасть подземельного Аида, —
Он увидел бы, властный сын Посидона-конника,
Рожденный Европой, дочерью Тития, при Кефисе на берегу,

753с Как четвертое колено кровных его,
Народившись в свой срок,
Встало бы от великого Лакедемона,
От Аргосского залива,
От Микен,
80Чтобы наложить данайскую руку
На просторы материка.
Ныне же
От ложа чужеземных жен [7]
Зачинать ему избранное племя,
85Которое в угоду богам явится к этому острову,
Чтоб родить хозяина подоблачных равнин [8].
И этому лишь мужу
Провещает однажды Феб
Из чертогов своих, обильных золотом,

903а Когда в грядущие дни сойдет тот муж в пифийский храм, —
Провещает на судах повезти города
К тучным уделам нильского Крониона [9]».

Слово за слово,
Таковы были речи Медеи.
95Недвижно и молча
Цепенели герои, равные богам,
Внимая сгусткам ее мудрости.
Блаженный сын Полимнеста [10]!
Не тебе ли в этих речах
100Пролегло пророчество
О самородном звоне дельфийской пчелы?
Она приветила тебя трижды,
Она явила в тебе суженого царя Кирены,

3э А спрашивал ты о том лишь, как выкупить твой скованный язык,
105Недаром и ныне
Вешним цветом багряных лепестков
Цветет восьмая поросль [11] сынов твоих —
Аркесилай,
Которого в конном беге
110Осенили славою меж окрестных народов
Аполлон и Пифийская святыня.

Но я вверю Аркесилая Музам
Только с чистым золотом бараньего руна,
Странствуя за которым,
115Чести от богов исполнились минийские мужи.

4с А каким началом началось их плаванье?
А какие беды склепали их стальными скрепами?
Выло предрешение:
Пелию — пасть от именитых Эолидов [12],
120От их руки, от их необорного умысла.
Леденящая весть
Сошла в его плотную душу
От пупа матери-Земли [13], где густые леса:
Быть на страже
125Против человека, обутого на одну ногу,
Который от горных урочищ
Сойдет к приметной земле знаменитого Иолка,

4а Будь он свой, будь он чужой [14].

И время приспело:
130Пришел страшный,
С двумя копьями в руке,
С двумя одеждами на теле:
Здешняя, магнетская, в рост его дивным членам,
И барсова шкура — сверху, от дрожи дождей.
135Не стрижеными кудрями ложились волосы,
А золотом растекались по всей спине.
Прямо шел он,
Твердо встал он
На площади, где толпился народ.
1404э Никто его не знал,
Но всякий говорил, любуясь:
«Не это ли Аполлон?
Не с медной ли колесницы супруг Афродиты?
И разве не погибли на тучном Наксосе
145Сыны Ифимедея, От и дерзновенный владыка Эфиальт?
И разве из победного колчана Артемиды не догнала быстрая стрела
Тития [15],
Чтобы лишь посильных ласк желал человек?»

5с Так переговаривались толковавшие,
150Стремглав приспешил Пелий
В точеной колеснице на мулах
И вмиг застыл,
Пораженный предведомым убором,
Обувшим правую, только правую ногу гостя.
155Скрав гневом страх,
Так обратился Пелий:
«Из какой ты земли, странник?
И какая из земнородных жен
Извела тебя из белого чрева?
160Не пятнай себя мерзкой ложью:
Назови свой род».

5а Не смутясь,
Спокойными словами ответил гость:
«Я учен уроками Хирона,
165А иду из пещеры его от Харикло [16] и Филиры,
Где чистые дочери кентавра вскормили меня,
И за двадцать прожитых лет
Не обидел я их неподобным словом или делом.
Я пришел в мой край
170Принять недолжно правимый удел моего отца,
Древнюю честь
От Зевса владыке Эолу и сынам его, —
5э Ибо дошло до меня, что беззаконный Пелий
В белом гневе
175Силою обездолил правовластного родителя моего.
И тот,
Страшась спеси необузданного вождя,
Едва увидел я солнце,
Как по мертвом, воздвиг по мне скорбные похороны в дому своем,
180За плачем женщин
В красных лоскутьях вверив меня тайно ночному пути,
Чтобы выкормил меня Хирон, сын Крона.
6с Вот вам моя речь в немногих словах;
Не скройте же от меня,
185Чтимые граждане,
Дома отцов моих о белых конях:
Я — сын Эсона,
Я пришел в нечуждую землю, как свой к своим,
А от божественного кентавра дано мне имя —
190Ясон».

Так он сказал.
И едва взошел он,—
Отчие очи признали его,
Брызнули слезы со старческих ресниц,
195Ибо радовалась душа отца,
Избранного видя отпрыска своего,
Прекраснейшего меж мужей.

6а На молву о нем
Приспели оба Эсоновы брата [17] —
200Ферет от ближних потоков Гипереи,
А от Мессены — Амифаон;
И не замедлили приветить родича
Адмет и Меламп.
Ласковыми словами принял их Ясон в долю пира,
205Простер к ним радость,
Снарядил их ладными дарами
И пять ночей и дней
Обрывал лепестки блаженного житья.

6э А на шестой день
210Положил он важную речь,
Поведал родичам все от самого начала,
И они не оставили его.
Возвысившись от застолья,
Бросились они в Пелиев чертог,
215Ворвались,
Встали.
Сын прекрасноволосой Тиро сам к ним вышел на шум.
Кроткой речью,
Мягким голосом
220Уставил Ясон устои
Для мудрых слов:
«Сын Посидона Каменного [18]!

7с Торопливы бывают смертные умы
Вместо правды славить коварную корысть,
225Хоть и жестоко за нею пробуждение.
Но тебе и мне —
Должно чином умерить пыл,
Чтобы выткалось грядущее благо.
Знающему говорю:
230От одной рождены телицы [19]
И Крефей и дерзостный Салмоней;
А от них в третьем посеве — и мы
Видим солнечную золотую мощь.
Вражда единородных
235Затмевает и честь,
И от нее отвращаются Мойры.
7а Не нам делить
Медью мечей и дротов
Великую почесть пращуров.
240Ни овцы,
Ни рыжие паствы быков,
Ни все поля, которые ты пасешь,
Отнятым у моих родителей сдабривая твое добро,
Не печалят меня: бери их!
245Но царский посох и трон,
С которого Крефеев сын
Правил правду над конным людом, —
Не обидев и не обидевшись,

7э Оставь их мне,
250Чтобы новое зло не встало от них».
Так сказал он.

Несмутимо ответил ему Пелий:
«Да будет так!
Но вокруг меня
255Старческая уже витает доля,
А в тебе
Только что вскипает юношеский цвет, —
И тебе одному под силу
Рассеять гнев подземных богов:
260Ибо Фрикс повелел [20]
Вызволить его душу с Эетова одра
И увести глубокорунный покров
Барана, которым он спасся от пучины

8с И безбожных мачехиных стрел.
265Дивный сон пришел ко мне с этой вестью;
Я вопросил над Касталией, в чем мой долг;
И бог воздвиг меня
К спешному посольству снарядить корабль.
Прими тот подвиг,
270И я клянусь:
Будешь ты царствоват
ь и властвовать!
Порукой — Зевс,
Родитель — свидетелем!»

275Так положив,
На том согласились;
И тотчас Ясон

8а Поднял вестников
Повсюду возгласить о плавании,
280И тотчас встали с ним [21]
Трое неутомимых в битвах —
Кронидовы сыны
От Леды и от Алкмены с выгнутыми ресницами;
И двое других, с гривами, как гора,
285Посидонова порода от Тенарских круч и от Пилоса,
Мощи в честь — добрая слава,
Сбывшаяся в Евфаме и в тебе, широкосильный Периклимен;
И от Аполлона,
Лирник, рождатель песней,
290Пришел во многой хвале
Орфей;

8э И Эрмий о золотом жезле
Выслал к необорному труду
Двух сынов, бушующих юностью,
295Эрита и Эхиона;
И немедленны были насельники Пангейских подножий,
Где, вольный волей, веселясь душой,
Владыка ветров отец Борей
Торопил Калаида и Зета,a
300Вздыбивших плечи свои багряными крыльями.
Это Гера
Воспалила полубогов
Всевластною сладкою тоскою по Арго,

8с Чтоб никто при матери не варил себе бестревожную жизнь,
305Чтоб и в смерти всякий меж сверстных своих искал
Крепчайшее зелье —
Доблесть.

И когда сошелся в Иолк
Весь цвет их юности, —
310Всех перечел Ясон,
Всех восславил Ясон,
И Мопс, прорицающий по птицам и по жребиям,
Повелел во благо воинству взойти на корабль.
А когда повис якорь над водорезом, —

3159а То вождь на корме,
С чашею золотою в руках,
Воззвал к отцу небожителей Зевсу,
Чей дрот — как гром,
И к порывам быстро катящихся волн и бурь,
320И к мраку ночи, и к путям кораблей,
И к благосклонным дням,
И к милой доле возврата;
И отозвалось из туч
Знаменье доброгласного грохота,
325И вырвались, пронзив,
Лучи просиявшего света.
Верою знакам богов
Утвердилось в героях вдохновение;

9э К веслам их крикнул вещун,
330Вмолвив им радостную надежду;
И ненасытные задвигались весла
В быстрых руках.

Дуновенье Юга
Привело их к устью неприютного моря.
335Там поставили они
Священную ограду
Соленому Посидону,
Где явилось им красное стадо фракийских быков,
И каменный выем новозданного жертвенника [22].
340А из бездны невзгод,
Когда взмолились они ко владыке кораблей

10с О спасении от неодолимого размаха
Сбегающихся скал, —
Двух живых,
345Двух катящихся быстрей грозовой гряды, —
То меж ними пролег их путь
И стал для движущихся пределом.

И пришли они к Фасису,
И смесились в силе своей с черноокими колхами
350Пред лицом Эета.
И тогда правительница острейших стрел,
На четыре нерушимые узла
Припрягши к колеснице пеструю вертишейку [23],
10а Впервые, Кипром рожденная,
355Примчала с Олимпа людям
Птицу безумия,
Чтобы мудрый Эсонов сын
Научился молитвенным заклятьям.
Чтобы отнялась у Медеи дочерняя любовь,
360Чтобы под бичом Эова [24]b
По желанной Элладе охватил ее жар.
И невдолге
Отцовых испытаний указала она ему исход,
Заварила елей, отводящий плотную боль,
365Дала ему в умащенье,
И принесли они обет
Слиться в сладком единении брака.

10э А когда Эет вывел в круг
Стальной плуг
370И быков,
Из рыжих челюстей дышавших жгучим огнем,
Оземь бивших медною чередою копыт,
Когда подвел он их сам под ярмо
И погнал, протянув прямую борозду,
375И на сажень вспорол спину глыбистой Земли,
И так возгласил: «Кормчий царь,
Доверши мой труд
И прими нетленный покров

11с Сверкающего золотом руна», —
380Тогда на эти слова
Ясон,
Положась на бога, отшвырнул шафранный плащ,
Приспел к делу, —
И не жег его огонь,
385Наученного зелиями колхидянки.
Он налег на плуг,
Он припряг его узами к бычьим хребтам,
Он настиг их широкие бока
Больным стрекалом,
390И он вытрудил мощный, отмеренный урок.
Вопль
Испустил Эет сквозь безголосую скорбь,
Дивясь его силе;

11а А товарищи простерли к могучему дружественные руки,
395Зеленою листвою одели его [25],
Медом слов приветили его;
И тотчас
Чудный сын Солнца
Молвил Ясону о сияющем руне,
400Где простерлось оно от Фриксова ножа, —
Но была его надежда,
Что второго труда не вздымет Ясон:
Было оно в чаще,
И держали его несытые челюсти змея,
405Который вдоль и втолщь
Был громадней корабля в пятьдесят лопастей,
Сколоченного железными ударами...

11э Долго мне катить по торному пути,
А час мой смыкается;
410Но ведома мне и короткая тропа,
Ибо умудрен я превыше многих.
Слушай, Аркесилай!
Он убил дракона умением своим,
Змея с серым глазом, с пестрой спиной,
415Он умкнул Медею по охоте ее
На погибель Пелию;
И вмешались они в зыбь Океана,
В Чермное море
И в племя мужеубийственных лемносских жен,
420Где и был спор тел, состязающихся за ткань [26],

12с И брачный союз.

Вот они, те дальние пашни,
Которым суждено было в некий день и в некую ночь
Принять семя
425От луча твоего довольства,
Ибо, там укоренившись,
Племя Евфама просияло на веки веков,
Чтобы в должный срок,
В доле с лакедемонскими мужами,
430Выселиться на остров, еще звавшийся Каллистой [27],
С которого простер тебе Аполлон
Ливийские долы,
Чтобы множился в почести от богов
Тот, кому дано
435Править божественный город золотопрестольной Кирены

12а Прямотою разума своего.

Познай же Эдипову мудрость [28]!
Если мощному дубу [29]
Все ветви снесет секущий топор,
440Опозорив дивный его облик,—
То и бесплодный он постоит за себя въяве,
Если грозовой огонь роком низринется на него
Или если встанет он державными колоннами
И примет, прям,
445Нелегкое бремя в чужих стенах,
Вдали от родного леса.

12э Ты — насущнейший меж врачевателей,
И Пеану дорог свет твоих дней:
Лишь мягкие руки улелеют рану.
450Нетрудно и слабому сотрясти свой край;
Но утвердить его вновь — это долгая борьба,
Если бог для вождя не кормчий.
Ткань этой благости ткется тебе:
Решись,
455Обложи своей заботою счастье Кирены!

13с Сдумавшись, соблюди Гомерово слово [30]:
«Дельный вестник —
Всякому делу великая честь».
Правою вестью и Муза возвеличена.

460Ведомо Кирене,
Ведомо знаменитому Баттову чертогу
Праведное предсердие Дамофила,
Меж юных — юн,
А в совете — столетний старец,
465Он укоротил злословию яркий его язык,
Он выучился
Дерзких — ненавидеть,

13а С добрыми — не тягаться
И к дальним свершениям — не тянуть:
470Ибо случаю людскому — недолог срок,
Это познано,
И он ему — верный служитель, а не беглый раб [31].

Молвится не зря:
«Горше нет [32], чем знать, где добро, а неволиться прочь».
475Вдали от земли отцов,
Вдали от наследных уделов
Это поборает небо новый Атлант —
Но нетленный Зевс милует и Титанов [33],
Ветер стих —
480Время сменить паруса.

13э Единое у него обетование —
Исчерпавши пагубу немощи,
Увидеть свой дом,
Чтобы на пиру над истоком Аполлона [34]
485Выпростать душу свою для юности,
С умелой лирой меж разумных граждан причаститься покоя,
Никому не в ущерб,
Ни от кого не терпя.
И тогда-то помянет он поток бессмертных речей,
490Открывшийся ему для Аркесилая в гостеприимных Фивах!

(«Аргонавты») Аркесилаю Киренскому, 462 г. Аркесилай IV, последний наследственный царь Кирены, пришел к власти незадолго до написания этой оды; при воцарении его возникли смуты, подробности которых не вполне ясны, и вождь оппозиции Дамофил должен был бежать в Грецию, где Пиндар принял его в Фивах. В 462 г. колесница Аркесилая одержала победу в Пифийских состязаниях, и шурин царя Каррот (представлявший его в Греции) заказал победную песню Пиндару; поэт воспользовался этим, чтобы выступить в роли примирителя. В реальном плане мотив заключения дружбы выступает лишь в конце оды; в мифологическом плане он выдвинут в начало оды, где дружбу заключают ливийский бог Тритон-Еврипил и греческий предок царя Аркесилая Евфам, и в середину оды, где этому отвечает величавое доброжелательство традиционных врагов — Ясона и Пелия. Соответственно этому вся эпическая часть оды строится на теме возврата — Ясона в Иолк, Фрикса на родину, аргонавтов в Грецию, Евфамидов в Ливию.

 

1. ...пифийской скале... — «пуп земли», камень, чтимый в Дельфах; Зевс послал двух орлов с двух краев земли, и они встретились над этим местом, показав, что здесь центр земного круга (ср. фр. 54).

2. Батт — первооснователь греческих колоний в Киренаике ок. 630 г. до н. э., первый царь династии Баттиадов, к которой принадлежал Аркесилай; подробнее о нем см. Пиф. 5. Он считался «в семнадцатом колене» (ст. 9) потомком аргонавта Енфама: 17 поколений (из обычного расчета 3 поколения на столетие) как раз заполняют промежуток между 630 г. и 1200 г. (легендарная датировка плавания аргонавтов — «за одно поколение до троянской войны»). Священный остров Батта (ст. 7) — Фера; см. прим. к ст. 22.

3. Дочь Эпафа, сына Зевса и Ио, осно

вателя Мемфиса — Ливия, олицетворение Африки.

4. Корень городов — Кирена. Была метрополией четырех других городов ливийского Пятиградья: Аполлонии, Геспериды, Тевхиры и Барки.

5. Бог в смертном образе — Тритон, бог этих мост, явившийся в образе Еврипила, сына Посидона (и, стало быть, брата Евфама). По Пиндару, на возвратном пути из Колхиды греки плыли на юг по круговому Океану, а потом 12 дней несли на себе корабль через пустыню, чтобы попасть в Средиземное море близ озера Тритониды в Ливии. Здесь Евфам получил в дар ком ливийской земли; но, проплывая далее на север мимо Феры, аргонавты потеряли эту землю, уронив ее в море (по Аполлонию Родосскому, IV, 1747—1756, они бросили ее в море нарочно, и она-то и стала островом Ферой); поэтому Фера стала промежуточным местом при выселении потомков Евфама в Ливию.

6. Тенар — южный мыс Пелопоннеса, посвященный Посидону; считалось, что здесь находится спуск в аид, откуда Геракл вывел Кербера. Смысл фразы: тогда бы ахейцы, потомки Евфама, вытесненные дорянами из Пелопоннеса, сразу переселились бы в Ливию.

7. От... чужеземных жен... — лемносских женщин. По всем другим вариантам мифа, аргонавты останавливались на Лемносе по пути в Колхиду, но Пиндар перемещает этот эпизод в рассказ об их возвратном пути от Ливии мимо Феры к Иолку (ниже ст. 252).

8. ...подоблачных равнин — т. е. плодородной (орошаемой дождями) Ливии.

9. ...нильский Кронион — Зевс Аммон, ср. фр. 36.

10. ...сын Полимнеста — Батт; он пришел к пифии («дельфийской пчеле», ср. фр. 158), чтобы спросить, как ему исцелиться от заикания, а получил предсказание об основании Кирены. В Кирене, встретясь с африканскими львами, Батт от потрясения вновь обрел дар слова. См. ниже, Пиф. 5.

11. ...восьмая поросль — т. е. Пиндар считает переселенцев на Фору четвертым, Батта семнадцатым и Аркесилая двадцать пятым поколением после Евфама. Обзор истории Баттиадов в Кирене дает Геродот в IV книге «Истории».

12. Эолидов — сыновьями Эола были: Крефей, отец Эсона и дед Ясона; Салмоней, отец Тиро и дед Пелия; и Афамант, отец Фрикса и Геллы.

13. Пуп матери-Земли — Дельфы.

14. Будь он свой, будь он чужой. — Ясон одновременно и «свой» и «чужой» согражданам, он принадлежит и миру дикой природы, и миру людской культуры: на нем две одежды, он обут на одну только ногу, а наставник его — кентавр Хирон.

15. Богоборцы От и Эфиалът (см. фр. 162—163), чтившиеся как герои на Наксосе, и посягнувший на Латону Титий упоминаются рядом уже в «Одиссее», XI, 580.

16. Харикло — жена Хирона, Филира — мать его, дочерей его звали Окирроя и Эндеида (последняя — жена Эака).

17. ...оба Эсоновы брата — Ферет (эпоним Фер, где текла речка Гиперон) — отец Адмета, Амифаон Пилосский — отец Мелампа.

18. Каменный — фессалийское прозвище Посидона, рассекшего перед рекой Пенеем горы для выхода к морю.

19. Телица — Энарея, жена Эола (архаическая метафора).

20. ...Фрикс повелел... — грех того, что Фрикс умер на чужбине, лежал на всем его роде и должен был быть искуплен подвигом: по-видимому, представлялось, что Арго должен привезти останки Фрикса, а с ними — и его душу. Схолиаст указывает, что мотив веления Фрикса Пиндар вводит в сюжет впервые — несомненно для того, чтобы подчеркнуть религиозный смысл подвига.

21. ...встали с ним... — из аргонавтов перечисляются только сыновья богов: Диоскуры, Геракл, два потомка Посидона (Евфам с Тенара, Периклимен из Пилоса), два сына Гермеса, Орфей (ср. фр. 139, где отцом его назван не Аполлон) и фракийские Бореады. Орфей среди аргонавтов назван у Пиндара впервые; может быть, его источником была несохранившаяся поэма «Ясоново плавание», приписывавшаяся критскому пророку Эпимениду. Впоследствии, как известно, в орфической традиции Орфей стал едва ли не центральной фигурой мифа об аргонавтах.

22. ...жертвенника — поставленного Фриксом; находка этого места и появление быков на жертвеннике были добрым знаком для дальнейшего плавания.

23. Вертишейка — птица, посвященная Афродите и служившая для любовного приворота: ее распинали на колесе с четырьмя спицами и вращали с заклинаниями (Феокрит, II).

24. Зов (Пейфо, «Убеждение») — женское божество, спутник Афродиты.

25. Зеленою листвою одели его... — «филлоболия», осыпание листьями: так чествовали победителей-атлетов.

26. ...спор тел... за ткань — состязания аргонавтов на лемносских играх, о которых см. Ол. 4, 19 сл.; наградою служил плащ.

27. Каллиста («Прекраснейшая») — древнее название Форы.

28. Познай же Эдипову мудрость... — т. е. «пойми мое иносказание».

29. Если мощному дубу... — т. е. Дамофил и в изгнании останется крепок и благороден, как дуб крепок и в очаге и в столбе.

30. Гомерово слово — «Илиада», XV, 207: «Благо, когда возвеститель исполнен советов разумных». Песня Пиндара — «дельный вестник» правого дела Дамофила.

31. Двусмысленность (кто кому раб?), как в подлиннике.

32. «Горше нет...» — по-видимому, пословица; ср. Геродот, IX, 16.

33. Зевс милует и титанов — мотив, до Пиндара не встречающийся, но в V в., по-видимому, уже распространенный: ср. освобожденных титанов в «Прометее» Эсхила.

34. ...над истоком Аполлона — источник Кира в Кирене упоминается киренянином Каллимахом в гимне Аполлону, 88.

[Пиндар]


ЭПИНИКИИ ПИФИЙСКИЕ, 5. <«БАТТ»>

{АРКЕСИЛАЮ КИРЕНСКОМУ
и его вознице Карроту, сыну Алексибия,
на победу в колесничном беге,
чтобы петь на Карнейском празднике.
5Год — 462.]

1с Неохватна сила богатства,
Если муж, принявший его от судьбы,
Сочетает его с чистейшей доблестью,
Попутчиком дружелюбия.
10Вслед чете их
От первого рубежа твоих лучших лет
Ты стремился со славою,
Аркесилай,
Дольщик богов,
15И был над тобою Кастор на золотой колеснице,
После бурь [1] и дождей просветляющий небо на блаженным твоим очагом.

1а Боги даруют мощь,
Мудрые умеют красиво ее выносить.
Ты шествуешь в правде,
20И великое обилие вокруг тебя:
Ты — царь больших городов,
Они — честь уму твоему, зеница рода твоего;
Ты — счастливец этого дня,
Он принес тебе конным бегом желанную Пифийскую славу
25В шествии мужей,

1э Отраде Феба.
И пока звенят они о тебе
По сладким садам Киренской Афродиты, —
Ты помни, что бог — начало и верх всего,
30Ты помни, что Каррот — любезнейший меж ближних твоих.

В дом Баттиадов, правящих правдой,
Он вошел не с Повинною [2], дочерью позднего ума, —
Нет: лучшую из колесничных честей
Возложил кастальский гость на кудри твои,

352с Обскакав двенадцать раз вокруг священных оград:
С нервущимися вожжами,
С невредимою силою кузова,
Во всем уборе, снаряженном первыми умельцами,
Променял он Крисейский холм [3]
40На полую долину бога, —
И ныне та снасть [4] — в кипарисовом дому,
При кумире из цельного ствола,
От лучников-критян
Вверенном парнасскому крову.

452а Благого вершителя
Как не приветить доброхотным сердцем?
Сын Алексибия,
Тебя осияли прекраснокудрые Хариты;
Счастливец,
50За великий свой труд обрел ты памятник славящих слов;
А ведь меж сорока возниц,
Павших, удержал ты колесницу недрогнувшим духом,
Чтобы ныне предстать от блистательной гоньбы
К равнинам Ливии,
55К городу предков.

2э От сужденных трудов
Никто не избавился, никто не избавится.
Но древнее счастье Батта,
Твердыня града, сияющее око для странников,
60Бодрствует вслед потомкам над будущим, как над бывшим.
Это он
В бегство бросал тяжко рычащих львов [5],
Выходя к ним с заморским словом,
Ибо Феб-начинатель обымал их ужасом,
65Чтобы не минуло безысходно
Вещание его киренскому царю.

3с Феб для мужей и жен
Уделяет целение в тяжких недугах;
Феб угодному своему
70Дарит лиру и Музу, влагает миролюбивую праведность;
Феб блюдет пещеру пророчеств,
Откуда мощные отпрыски Геракла и Эгимия [6]
Выступили жить
В Спарту, в Аргос и к божественному Пилосу;
75А из Спарты и моя звенит милая слава, —

3а Ибо не оттуда ли праотцы мои Эгиды [7]
Отплыли на Фору,
Водимые Долей, покорные богам?
И не оттуда ли приняв завет складчины над жертвами,
80Твой Карнейский праздник, Аполлон,
Мы величаем на этом пиру
Крепко воздвигнутую Кирену?
Держат ее Антенориды [8],
Троянские гости о медных клинках,
85Пришли они за Еленою,
Увидевши родину обращенной в дым

3э От Ареса; и конное их племя
Чтится в жертвах мужей, приступающих к ним с дарами,
Мужей, приведенных Лучшим из совершителей [9],
90Который вскрыл
Путь быстрым ладьям сквозь морскую соль,
Подарил богам священные дубравы
И для спасительных шествий Аполлона
Вымостил прямоходную дорогу топоту коней,
95Где и мертвым он лег на окраине площади,

4с Блаженный меж людей, священный им ныне;
А иные цари, залученные Аидом,
Чтятся от него поодаль перед дворцами их,
За великие свои доблести
100Ублажаемые мягкою росою
Шественных возлияний,
И слышат подземным слухом
Счастье свое и благодать,
В которой заслужил быть их общником
105Сын их Аркесилай.

Пусть же Аркесилай
В хоре юных прославит Феба и золотую лиру

4а Милой песней
Красной мздою пифийских победных трат!
110Он крепок хвалой разумных,
А слова их — вот:
Ум и язык его — превыше лет;
Отвагою он — орел, ширяющий среди птиц,
Сила его — оплот в борьбе;
115С материнских лет он крылат меж Муз
И умелец меж колесничных гонщиков.

4э Сколько лучшего ни стекается в его край,
Он дерзает на все.
И как ныне бог блюдет его свершения,
120Так и впредь,
Блаженные Крониды,
Дайте ему сил по думам и по делам его,
Чтобы ветер зимы,
Вздохом пожирающий плоды,
125Не унял бы его срок.
Мощный дух Зевса —
Кормчий при демоне тех, кто ему любезен;
И я молюсь:
Пусть и в Олимпии [10] пошлет он победную честь
130Племени Батта.

<«Батт»> Аркесилаю Киренскому, 462 г. Ода на ту же победу, что и предыдущая, но написанная более традиционно-просто, с трехчастным строением. Вместо мифа в центральной части рассказывается историческая легенда о колонизации Ливии Баттом (см. Пиф. 4, примеч. 6, 59, 65). Повод к исполнению оды — возврат Каррота из Греции (по-видимому, совпавший с Карпейским праздником в честь Аполлона в конце августа), отсюда — столь пространная похвала Карроту, сопровождаемая даже подробностями о ходе скачек (крушение 40 колесниц было редким событием на состязаниях). Необычно подробное описание города Кирены давало повод предполагать, что Пиндар бывал там лично, но это маловероятно.

 

1. После бурь... — имеются в виду смуты при воцарении Аркесилая. — Схолиаст подтверждает, что в Кирене был храм Кастора, бога-конника и покровителя моряков в бурю.

2. Повинная — олицетворенное понятие ????????; отец ее, олицетворенный Поздний Ум,— знакомый мифологии Эпиметей, брат Прометея («Переднего Ума»). Виломовиц видит здесь отголосок стиха Ивика, ставшего пословицей (Зенобий, 2, 45): «Ни в дружбе, ни в борьбе // Не поможет // Повинная винящемуся».

3. Крисейский холм находился при въезде в долину, где происходили Пифийские состязания.

4. И ныне та снасть... — Аркесилай посвятил богу свою победившую колесницу (как Гиерон это сделал в Олимпии — Павсаний, VI, 9, 4); она могла быть поставлена в сокровищнице критян потому, что Батт, по некоторым версиям, был сын критской царевны (Геродот, IV, 154—155), но возле какого архаического «кумира» — неизвестно.

5. ...львов... — поэтизация легенды, о которой см. прим. к Пиф. 4, 59; подробнее см. Павсаний, X, 15, 6. Пиндар представляет, что Аполлон, отправляя Батта в Кирену, дал ему магическое слово против львов.

6. ...отпрыски Геракла и Эгимия — доряне-Гераклиды, выступившие на завоевание Пелопоннеса с благословения пифии.

7. Эгиды — фиванский род (Истм. 7, 13—15), участвовавший в переселении дорян, а потом (уже после Батта) в колонизации Феры и Кирены. На основании этого места считается, что Пиндар возводил к нему свою генеалогию; однако не исключено, что слова эти произносятся от лица киренского хора (ср. 78 «мы величаем...») и к поэту отношения не имеют.

8. Антенориды — потомки троянца Антенора, друга греков, после падения Трои явившиеся в Ливию вместе с Менелаем и Еленою, и, по преданию, владевшие этими местами до прихода Батта; их именем назывался холм близ Кирены.

9. Лучший из совершителей — этимологический смысл настоящего имени Батта — «Аристотель»; прозвище же «Батт» по-гречески означало «заика», а по-ливийски (будто бы) «царь». Ср. ст. 44.

10. ...в Олимпии — Аркесилай, действительно, победил в Олимпии в 460 г., два года спустя, но ода была заказана им не Пиндару.

[Пиндар]


ЭПИНИКИИ ПИФИЙСКИЕ, 6. <«АНТИЛОХ»>

{КСЕНОКРАТУ АКРАГАНТСКОМУ,
брату Ферона, отцу Фрасибула, из рода Эмменидов,
на победу в колесничном беге.
Год — 460.]

51с Слушайте меня!
Вспахивая пашню Харит [1],
Вспахивая пашню круглоглазой Афродиты,
Я шагаю
Туда, где пуп гулко грохочущей земли,
10Туда, где клад песен о Пифийских победах
Ждет обильных Эмменидов от речного Акраганта,
Ждет Ксенократа
Средь многого золота Аполлоновых дубрав.

2с Ни буревые ливни [2],
15Недобрым полчищем рвущиеся из туч,
Ни вихрь
Всеуносящим смерчем не втопчет его в провалы морей.
Явленный в ясном свету,
Лик этих песен откроет людской молве
20Славу колесничной победы
Отца твоего, Фрасибул, и рода твоего
В лощине Крисы.

3с Об руку с той победой
Вершишь ты прямой урок
25Сына Филиры сыну Пелея,
Широкому силой, сирому без отца [3]
В горном краю —
Выше всех богов чтить Кронида,
Тяжкого правителя молний и громов,
30И ту же честь
Возносить родителям, пока длятся их дни.

4с В давние дни не с этим ли шел заветом
Сильный Антилох
Пасть за отца
35Пред смертоносным Мемноном, воеводою эфиопов?
Раненный от Парисовых стрел,
Конь удержал колесницу Нестора;
Настигаемый мощным копьем,
Выкрикнул сыну мессенский старец смятение свое;

405с И не в прах покатились его слова —
Не дрогнув,
Смертью купил отчий возврат божественный сын,
Лучшим бойцам из древних родов
Явив громадою подвига
45Высшую о родителе доблесть.

Так было;
Так и ныне,
Правя шаг по отческому уставу,
6с След в след брату своего отца,
50Просиял Фрасибул.
Он разумен в богатстве,
Он срывает в юности не кривду и спесь,
А мудрость Пиерийских теснин,
И тебе он верен в пылу конского приступа,
55Сотрясающий землю Посидон!
Ум его тебе люб,
А душа его меж застольных бесед
Слаще долбленого пчелиного труда.

(«Антилох») Ксенократу Акрагантскому, 490 г. Одна из ранних песен Пиндара (может быть, писанная даже без заказа: заказную песню, как кажется, написал Симонид). Пиндару здесь 28 лет, и так же молод настоящий адресат песни — Фрасибул, друг Пиндара (ср. Истм. 2). По предположению комментаторов (необязательному) Фрасибул сам был возницею на состязаниях, и за этот риск поэт уподобляет его Антилоху, сыну Нестора, отдавшему жизнь за своего отца (эпизод киклической «Эфиопиды», построенный по мотивам «Илиады», VIII, 80 сл.). Ферон, который в это время еще не был тиранном, упоминается лишь мимоходом в ст. 46.

 

1. Вспахивая пашню Харит... — этот характерный пиндаровский образ вызывает дальше образ обретаемого «клада песен» (ст. 5), а затем — дельфийских сокровищниц («многого золота Аполлоновых дубрав», ст. 9); подобные храмовые постройки могли и в самом деле служить хранилищами текста эпиникиев в пиндаровские «добиблиотечные» времена.

2. Ни буревые ливни... — первое появление в европейской поэзии мотива будущего Горациева «Памятника» (III, 30) и подражаний ему.

3. ...сирому без отца — речь идет об Ахилле, отданном отцом на воспитание кентавру Хирону. Пиндар опять ссылается на «Заветы Хирона» (фр. 170 сл.: чтить, во-первых, богов, во-вторых, родителей, в-третьих, чужестранцев и странников).

[Пиндар]


ЭПИНИКИИ ПИФИЙСКИЕ, 7. <«АФИНЫ»>

{МЕГАКЛУ АФИНСКОМУ,
из рода Алкмеонидов, изгнаннику,
на победу в колесничном беге.
Год — 486.]

5с Державные Афины —
Лучший зачин
Воздвигаемым песнопениям
Конному роду могучих Алкмеонидов.
Какое отечество, который дом
10Назову я виднее в эллинской молве?

а Город городу говорит о них,
О сынах Эрехфея, для тебя, о Аполлон,
Дивную воздвигших обитель у божественного Пифона.
Влекут меня пять истмийских побед
15И та, олимпийская [1], отменная перед Зевсом,
И эти две, что при Кирре, —

э Твои и твоих отцов победы, Мегакл!
В радость мне новое благо твое,
В горесть мне — зависть, награда лучших дел;
20Воистину говорят:
Счастье, которое долго в цвету,
И добром и злом лежит на осчастливленных.

<«Афины»> Мегаклу Афинскому, 486 г. Мегакл Младший, сын Гиппократа, племянник законодателя Клисфена, был изгнан из Афин остракизмом в 487 г. во время кампании против Алкмеонидов, обвиненных после Марафона в персофильстве. Пиндар славит род Алкмеонидов (особо упоминая о том, как они во время своею прежнего изгнания отстроили дельфийский храм после пожара 548 г. — обещав поставить фасад из известняка, они поставили его из мрамора, что произвело неизгладимое впечатление на современников, ср. Геродот, V, 62), и сочувствует ему в постигших его гонениях.

 

1. ...та, олимпийская... — по-видимому, победа Алкмеона, родоначальника Алкмеонидов, в 592 г.

[Пиндар]


ЭПИНИКИИ ПИФИЙСКИЕ, 8. <«АЛКМЕОН»>

{АРИСТОМЕНУ ЭГИНСКОМУ,
сыну Ксенарха из рода Мидилидов,
на победу в борьбе.
Год — 446.]

51с Тишина,
Благосклонная дочерь Правды,
Возвеличивающая города,
Блюдущая ввыси затворы войны и думы,
Направь к Аристомену
10Эту почесть пифийских побед!
В должный час
Ты умеешь кроткое творить и кроткое любить;

1а Но кто впустит в сердце неласковый гнев,
Тем круто встанешь ты поперек вражде,
15Спесь их низвергнув в бездну.

Этого не ведал Порфирион [1],
Вызов свой бросив вперекор судьбе, —
А ведь прибыль мила лишь от рук доброжелателя,

1э А ведь сила в свой срок обманет и надменного.
20Познал это и киликийский Тифон [2] о ста черепах —
Как и царь исполинов,
Пал он от грома и от стрел золотых
Аполлона,
Ныне склонившегося духом благим
25К сыну Ксенарха
В пути его от Кирры
В парнасском венке под дорийскую песнь.

2с Не отвержен Харитами
Этот остров праведного города,
30Знатный причастник доблести Эакидов:
Изначально совершения слава о нем.
Многими он воспет,
Вскормивший героев,
Победителей состязаний и быстрых битв,

352а Гражданами знаменитый, —
Мне же недосуг
Долгую речь
Лире вверять и нежащему слову,
Ибо жестко подступает пресыщение.
40Стань моим бегом мой долг —
Это младшее из лучших твоих дел,
О юноша, крылатый от рук моих!

2э В схватках ты шагал за братьями матери [3],
Ты не посрамил олимпийца Феогнета,
45Ни храброго победным телом Клитомаха истмийского,
Ты умножил отчину Мидилидов,
И за то на тебе —
Слово, загаданное Оикловым сыном [4]
В оные дни у семивратвых Фив
50Пред битвой сынов, незыблемых между копий,

3с Новородных,
Проторивших из Аргоса повторный путь.

А молвил он так
Над бьющимися:
55«От породы
Блещет в рожденных знатная отвага родителей.
Вижу: Алкмеон
Первый пасет перед Кадмовыми воротами
Пятнистого змея на жарком щите;

603а Вижу: от тягот прежней страды
К выше окрыленному воспрянул знаменью
Доблестный Адраст,
Но недоброе ждет его в доме:
Единый он из воинства данаев
65Согнется над костями павшего сына
Прежде, чем боги
Дадут ему с невредимым его людом
Возвратный путь

3э К просторным Абантовым поприщам» [5].
70Таково Амфиараево слово.

И ныне, ликуя,
Вскину я на Алкмеона зеленый венок,
Брызну я на Алкмеона песнею.
Ибо мне он сосед и добра моего страж [6],
75Ибо предстал он мне
На пути сюда, где славимый пуп земли,
Ибо причастник он
Сродного ему ведовского умения.

4с Ты, пускающий стрелы вдаль,
80Ты, пасущий в пифийских складках всеприемлющий храм,
Ты, податель высочайшей из радостей,
Ты, принесший победителю и в доме его на празднествах твоих [7]
Хищный дар пятиборья,
Владыка,
85Молю:

4а Опусти доброхотный взор [8]
На ладную песнь,
На все, что вывел я о каждом подвиге!
Правда сама
90Соприсуща этим песенным шествиям.
Божьи заботы
Да пребудут нетленны над вашею судьбою, Ксенарх!

Кто насытился добром не в долгом труде,
О том говорят неразумные:

954э «Он мудр: крепка его жизнь, как пряма его мысль».
Но не в людской это силе:
Божество
Мечет счастье с высот тому ли, этому ли,
А иного и низводит прениже рук.
100Но мегарская награда — твоя.
Марафонская победа — твоя,
И три одоления во славу Геры твоей земли [9] —
Воистину твои, Аристомен!
5с На четверо тел [10]
105Пал ты свыше и не по-доброму:
Не сладостный, как тебе,
Сужден им возврат от Пифона,
И не вздымется радостью сладкий смех,
Когда встанут они перед матерью,—
110Закоулками прячутся они от врагов,
Угрызаемые сбывшимся.

5а Дольщик свежего счастья
В неге широких надежд
Возносится, окрыляясь мужеством,
115И заботы его — превыше богатств.
В малый срок
Возвеличивается отрада смертных,
Чтобы рухнуть в прах,
Потрясшись от оборотного помысла,

1205э Однодневки,
Что — мы? что — не мы? Сон тени [11] —
Человек.
Но когда от Зевса нисходит озарение,
То в людях светел свет и сладостен век,

125Мать Эгина,
Дай же всюду сынам твоим вольный путь,
И да будут при них
Зевс,
Мощный Эак,
130Добрый Теламон с Пелеем
И Ахилл.

<«Алкмеон»> Аристомену Эгинскому, 446 г. Последняя по времени из сохранившихся од; написана в обстановке только что вспыхнувшей новой войны между Афинами и Спартой, когда мятежи против Афин в Мегарах и на Евбее оживили надежды на освобождение и на Эгине. К Афинам обращены предостережения гордецам в начале (судьба Порфириона и Тифона) и в конце оды. План симметричный, трехчастный; это единственная из эгинских од Пиндара, в которой миф посвящен не Эакидам.

 

1. Порфирион — один из гигантов, посягнувший на Геру и пораженный Зевсом и Аполлоном.

2. ...киликийский Тифон — см. прим. к Пиф. 1, 15—16.

3. ...за братьями матери — из этих двух дядей героя Феогнет, победитель 476 г., известен статуей, упоминаемой у Павсания (VI, 9, 1), и эпиграммой Симонида («Палатинская антология», XVI, 2).

4. Оикловым сыном — Амфиарай, сын Оикла, поглощенный землей в бою Семерых против Фив, представлен зрителем подвигов своего сына Алкмеона (на щите которого было изображение вещего змея) в походе Эпигонов. Источник Пиндара — по-видимому, киклические поэмы «Эпигоны» и «Алкмеонида».

5. Абантовым поприщам — Абант, сын Линкея и Гипермнестры, царь Аргоса, откуда вышел в поход Семерых Адраст и потерял под Фивами своего сына Эгиалея.

6. Сосед и... страж — точный смысл неясен (может быть, Пиндар хранил свое богатство в ближайшем храме Алкмеона?). Пророчество, возвещенное Алкмеоном Пиндару (по словам поэта) на пути в Дельфы, не названо: может быть, оно относилось к победе Аристомена. Не исключено даже, что слова эти сказаны не от лица поэта, а от лица эгинского хора (так схолиаст: «при доме Аристомена было святилище Алкмеона, в нем Аристомен гадал перед выходом на состязание и одержал победу»).

7. ...на празднествах твоих — Дельфиний, эгинский праздник в честь Аполлона и Артемиды.

8. Опусти доброхотный взор... — текст двусмыслен; возможен также перевод: «Дай мне всегда в согласии с тобой останавливать взгляд на каждом подвиге...»

9. Геры твоей земли... — т. е. на эгинском празднике Геры.

10. На четверо тел... — по-видимому, Аристомен боролся как эфедр (ср. прим. к Ол. 8, 68).

11. Сон тени... — и сном и тенью называется человек и у других греческих поэтов, но такое сочетание уникально.

[Пиндар]


ЭПИНИКИИ ПИФИЙСКИЕ, 9. <«КИРЕНА»>

{ТЕЛЕСИКРАТУ КИРЕНСКОМУ,
сыну Карнеада,
на победу в беге при оружии.
Год — 474.]

51с Пифийского победителя о медном щите,
Милостью глубоко подпоясанных Харит,
Хочу я прокричать Телесикрата,
Обильного мужа,
Венец Кирены, гонительницы коней, —

10Той Кирены,
Которую из гудящих ветром впадин Пелиона,
Дикую деву,
Похитил Феб с золотых колес,
Чтоб владычить ей там, где обильными стадами и плодами
15Расцветает третий корень [1] бескрайней милой земли.

1а Сереброногая Афродита
Вышла навстречу делийским гостям,
Взявшись за слаженную богом колесницу
Легкою рукой;
20Милый стыд принесла она к сладкому их ложу,
Общий брак смесила она меж богом и дочерью
Мощного Гипсея,
Царя окружных лапифов,
Третьего в роду [2] от Океана, —
25А его в славных складках Пинда
Родила, возрадовавшись о ложе Пенея,
Наяда Креуса,

1э Дочь Земли.
Это он вскормил Кирену, чьи локти сильны,
30И не любила она ни возвратный бег челнока по станку,
Ни радость пиров среди верных друзей, —
Нет: меч и дрот
Медный обрушивала она на лесных зверей,
Мирный покой добывая для отчих стад
35И мало взыскивал с ее век перед зарей
Сладкий наложник — сон.

2с В безоружном одноборстве с тяжелым львом настиг ее
Дальний стрелец с широким колчаном, Аполлон;
И так он выкликнул Хирона из покоев его —
40«Выйдя из святых пещер, сын Филиры,
Подивись на женскую мощь и дух,
Как юная бьется, не дрогнув лбом,
Сердцем осиливая усталь,
В душе не обуреваемая страхом!
45Кто родил ее? Отсевном какого сева

2а Она держит убежища тенистых гор?
Силу она вкушает безмерную!
Праведно ли поднять на нее громкую мою руку,
Праведно ли с ее ложа сорвать медовый цветок?»

50И ярый кентавр,
Усмехнувшись из-под добрых бровей,
Отозвался таким ему советом:
«Умному Эову
Тайные вверены ключи
55Святых ласк.
И богам и людям
Стыдно у всех на виду
Мять первины сладкого ложа, —

2э Оттого-то тебя, кто не властен лгать,
60Медвяный пыл
Понуждает к притворному слову [3].
Откуда ее род,
Спрашиваешь ты, владыка?
Спрашиваешь ты, кто знаешь
65Предел всех путей и цель всех вещей,
И сколько вешних листков брызжет из земли,
И сколько песчинок клубят моря и реки меж вихрей и волн,
И все, чему быть, и откуда быть?
Но уж если тягаться мне с мудрым,
703с То слово мое — вот:

Ты пришел сюда быть ей мужем,
Ты умчишь ее за море в избранный Зевсов сад [4],
Ты поставишь ее владычицею города,
Где надравнинный холм принял люд с островов [5],
75И державная Ливия, край широких лугов,
По-доброму примет в золотом дому твою славную нимфу,
И будет ей жребий — взять эту землю в дар,
Не бесплодную порослями, не беззнатную живностями,

3а И родит она дитя, которое светлый Гермес
80От милой матери
Умчит к престолам Земли и Времен [6].
На колени приняв младенца,
Увлажнят они ему губы нектаром и амвросией,
Поставят его в бессмертии Зевсом и Аполлоном,
85В отраду ближним, в охрану стадам —
И за то назовут его Номием — пастырем и Агрием — ловчим,
А за это — Аристеем, лучшим из всех» [7].

Это сказав,
Побудил он Феба к сладостному браку.

903э Быстр божий труд, краток божий путь:
В тот же день устроился брак
В терему золотой Ливии,
Чтобы править ей там городом,
Лучшим в красоте, ведомым в борьбе.

95Так и теперь,
У трижды святого Пифона
Сын Карнеада
Сочетал Кирену с цветущей Удачей:
Он явил Кирену в победе своей,
100И она его примет, благосклонная,
В отчий край, где прекрасны женщины,
Ибо несет он из Дельфов вожделенную славу.

4с О великом речь — всегда велика;
Краткость расцветив — знатока потешишь;
105А знать свой час — превыше всего.
Видели семивратные Фивы:
Знал свой час Иолай [8],
Когда отрубил он лезвием голову Еврисфея
И был зарыт,
110Где лег и праотец его, колесничник Амфитрион,
Гость кадмейских спартов [9], ристателей белых коней,

4а Которому умная Алкмена
От него и от Зевса
Родила в одни роды двух необорных близнецов.
115Но какой глупец не обратит уста свои к Гераклу,
Не помянет Диркейскую струю,
Вспоившую и его и Ификла?
Мне же петь их по добром исходе каждой мольбы.

Да пребудет со мною
120Чистый свет звенящих Харит!
Я говорю:
И на Эгине,
И на Нисейском склоне
Трижды прославил он этот город [10],

1254э Трудом избежав безмолвного бессилия.
Пусть же ни единый из сограждан,
Ни друг, ни враг
Не темнит молчанием добрый труд, что принят за всех,
И не рушит завета морского старца [11], —
130А завет таков:
«Хвали и врага за красивые дела
Всем сердцем, и будешь прав».
Недаром, Телесикрат,
Глядя на многие одоления твои [12],
135Девушки молча молят
Каждая себе такого мужа или сына,
На урочных ли празднествах Паллады,

5с На олимпийских ли,
На тех ли, что в честь глубокогрудой Земле,
140На несчетных ли в твоей родине.

Утолена моя песенная жажда,
Но иная некая древняя слава движет меня
Это долг
Разбудить память прародителей твоих,
145Что сошлись под город Ирасу о ливийской жене,
Что сватались к дочери Антея
За прекрасные ее кудри, за добрую ее славу.
Много было лучших из соплеменных,
Много притязало из чужеродных,
150Ибо видом была она чудо,

5а И на цветущий плод златоувенчанной ее Юности
Льстился каждый жнец.
Но к славнейшему браку растил ее отец:
Слышал он, как Данай для сорока восьми дочерей [13]
155Быстрого брака достиг в Аргосе в предполуденный час,
Выведя хор их к рубежу борьбы,
Спором ног повелев решать,
Которая — кому из сошедших в зятья.

5э Так и ливиец
160Выбрал жениха по невесте:
Он поставил ее во всем уборе ее
Целью у предельной черты,
Он сказал, что уведет ее тот,
Кто первым домчится коснуться ее одежд;
165И тогда-то Алексидам,
Вырвавшись в быстром бегу,
Милую деву взял рукою за руку
И повел сквозь конные толпы номадов.
А они им сыпали листья [14] и несли венки,
170Ибо крылья многих побед
Бились у него за плечами.

<«Кирена»> Телесикрату Киренскому, 474 г. Самая ранняя из трех од Пиндара, написанных для Кирены, особенно насыщенная местной ливийской тематикой: в начале — миф о браке Аполлона и нимфы Кирены, в конце — миф о браке Алексидама (предка Телесикрата) и дочери Антея, царя ливийской Ирасы, известного противника Геракла (Истм. 4, 51—55) — в Кирене он, по-видимому, почитался как древний местный герой. Первый миф опирается на гесиодические «Эои», второй на местные ливийские сказания. Композиционную середину занимает похвала Фивам: может быть, ода пелась в Фивах (о возвращении Каррота в Кирену говорится лишь в будущем времени, ст. 73—75).

 

1. ...третий корень — т. е. один из трех материков.

2. Третьего в роду... — отец Кирены, царь лапифов — Гипсей, дед — Пеней, прадед — Океан.

3. ...к притворному слову... — рудиментарный мотив: в гесиодовском источнике, по-видимому, действительно, Аполлон не был всеведущ и спрашивал совета у Хирона. (Ср. такое же переосмысление мифа о Корониде в Пиф. 3.)

4. Зевсов сад — к Зевсу Аммону в Ливию.

5. ...люд с островов — колонисты, которые придут с Баттом с острова Феры (см. Пиф. 4 и 5).

6. Земля — мать Креусы, жены Пенея и матери Гипсея; Времена (Оры) следят за ростом младенца (?).

7. Агрей и Номий — эпитеты Аполлона, Аристей — эпитет Зевса; под последним именем этот ливийский герой остался в мифологической традиции и был воспет в IV книге «Георгик» Вергилия. В Кирене он почитался особенно: считалось, что он открыл лекарственное употребление местного растения силь-ия, ставшего главным предметом киренской торговли.

8. Иолай — имеется в виду миф о битве афинян и омолодившегося (или воскресшего из мертвых) Иолая в защиту Гераклидов против Еврисфея; могила Иолая и Амфитриона чтилась в Фивах, и при ней справлялись игры, не раз упоминаемые Пиндаром; но почему здесь Пиндар напоминает именно этот миф, неясно: все попытки объяснить натянутый переход через ст. 78 («должное время», «должная мера» — центральное понятие греческого мировоззрения) к Фивам и Иолаю — неудовлетворительны. Схолиасты полагали, что Телесикрат когда-то одержал на Иолаях свою первую (?) победу.

9. Гость кадмейских спартов (т. е. потомков первых обитателей Фив, выросших из зубов дракона, посеянных Кадмом) — Амфитрион был из аргосского царского рода, но в изгнании нашел приют в Фивах.

10. ...этот город — или Фивы (тогда Пиндар имеет в виду какие-то свои несохранившиеся эпиникии фиванским атлетам, отличившимся на местных состязаниях в Эгине и «на Нисейском склоне» в Мегарах), или Кирена (и тогда имеются в виду прежние победы Телесикра

та). «Враг»-завистник — в обоих случаях фигура неясная.

11. Морской старец — Нерей; источник сентенции неизвестен.

12. ...одоления твои — на местных киренских играх.

13. ...для сорока восьми дочерей — из 50 Данаид не участвовали в состязании Гипермнестра, оставшаяся за Линкеем, и Амимона, взятая Посидоном.

14. Сыпали листья — обряд «филлоболии», см. прим. к Пиф. 4, 240.

[Пиндар]


ЭПИНИКИИ ПИФИЙСКИЕ, 10. <«ПЕРСЕЙ ГИПЕРБОРЕЙСКИЙ»>

{ГИППОКЛУ ПЕЛИННЕЙСКОМУ, СЫНУ ФРИКИЯ,
на победу в двойном беге среди мальчиков,
по просьбе Форака Фессалийского из рода Алевадов.
Год — 498.]

51с Счастлив Лакедемон,
Блаженна Фессалия,
Ибо царствует над обоими
Порода единого отца,
Лучшего в битвах —
10Геракла.
Некстати ли моя похвала?
Это Пифон, это Пелинна, это Алевады
Зовут меня вывести песенную славу
Навстречу Гиппоклу на праздничном его пути,

151а Вот он вкусил от борьбы,
И вот он назван
От всех окрестников Парнасских теснин
Высшим меж дважды бежавших отроков.

Аполлон!
20Если от бога дана человеку сладость начал и концов, —
От тебя в нем — свершение,
От породы в нем — вступление на отцовский след.

1э Дважды победный [1] в олимпийской Аресовой броне,
Победил и в споре ног на лугу под скалою Кирры
25Отец его Фрикий, —
Будь же Доля спутницей им и впредь,
Расцвети она им мощным богатством!

2с Необделенные дольщики эллинских услад,
Да не встретят они оборота божьей зависти:
30Будь к ним незлобен бог!
Счастлив тот в песнях умельцев,
Кто одолением рук и доблестью ног,
Мужеством и мощью
Взял лучшую из наград,

352а И кто живыми глазами видел жребий отрока своего,
Стяжавшего пифийский венок.
Медное небо
Не откроется перед ним, —
Но что прикосновенно для смертного племени,
40В том исплавал он блеск до предельных берегов.

Но ни вплавь, ни впешь
Никто не вымерил дивного пути
К сходу гипербореев —
2э Лишь Персей,
45Водитель народа,
Переступил порог их пиров,
Там стожертвенным приношением богу закалывались ослы,
Там длящимся весельям и хвалебным словам
Радуется Аполлон,
50И смеется на ослиную встающую спесь,

3с Не чуждается их нрава и Муза:
Хоры дев, звуки лир, свисты флейт
Мчатся повсюду,
Золотыми лаврами сплетены их волосы,
55И благодушен их пир.
Ни болезни, ни губящая старость
Не вмешиваются в святой их род.
Без мук, без битв

3а Живут они, избежавшие
60Давящей правды Немезиды.
Смелостью дыша,
Это в их счастливые сборища
Шагнул, предводимый Афиною,
Сын Данаи.
65Он убил Горгону,
Он принес островитянам [2]
Ту голову, пеструю змеиною гривой,—
Каменную смерть.

3э И дивному вера есть, коль вершитель — бог.

70Повороти кормило!
Врежь якорь в сушу, спасенье от скал!
К иному летит краса песни моей,
Как пчела к цветку от цветка.

4с Эфирейцы [3],
75Над Пенеем разливая сладкий мой зов,
Пусть еще и еще возвеличат
Дивного Гиппокла,
Увенчанного меж смертных,
Старым на радость, девушкам на заботу.
80Разная разным тревожит душу страсть, —
4а Но к чему кто рвется,
Тому будь добытое в насущную радость,
А что будет через год, того не прозреть.

Я же верю в Форака, доброго гостеприимца,
85Это он, пекущийся обо мне,
Впряг четверню в колесницу Пиерид,
Любящего любя, правящим правя по-доброму.

4э Проба явит золою на пробном камне —
Проба явит и прямизну ума.
90Прославим же достойных братьев [4],
Упрочивших и возвысивших фессалийский устав!
Ибо отчина лучших —
Кормчее правление городов.

(«Персей Гиперборейский») Гиппоклу Пелиннейскому, 498 г. Самая ранняя из сохранившихся од Пиндара. Герой ее, Гиппокл из Пелинны (в центральной Фессалии), сын двукратного олимпийского победителя и сам впоследствии двукратный олимпийский победитель, одержал на играх 498 г. целых две победы — в беге и в двойном беге, но Пиндар упоминает только одну: вторая, вероятно, была отмечена чьей-нибудь другой одой. Заказчик оды Форак — впоследствии деятель персофильской партии в Фессалии, упоминаемый Геродотом (IX, 1 и 58). Композиция симметричная: похвала Гиппократу и отцу его — миф — похвала Гиппоклу и Фораку. Миф разработан Пиндаром впервые в известных нам памятниках: Персей воспет как общий предок фессалийских и спартанских Гераклидов, гиперборейцы — по связи их с культом Аполлона. В стране гиперборейцев, по дельфийским представлениям, Аполлон проводил зимние месяцы, и через Фессалию проходил путь, по которому периодически доставлялись на Делос приношения «от гиперборейцев» (Геродот, IV, 33). Впрочем, уже схолиастам связь мифа с композицией оды казалась натянутой.

 

1. Дважды победный... — т. е. в оружном беге на Олимпийских играх и в простом беге на Пифийских.

2. Островитянам — на Сериф к Полидекту, посягавшему на мать Персея.

3. Эфирейцы — здесь: фессалийцы (чаще — коринфяне).

4. Достойных братьев — Алевадов из Ларисы: Форака, Еврипила и Фрасидея.

[Пиндар]


ЭПИНИКИИ ПИФИЙСКИЕ, 11. <«ОРЕСТ»>

{ФРАСИДЕЮ ФИВАНСКОМУ
на победу в беге на стадий среди мальчиков,
чтобы петь в Фивах, в святилище Исмения.
Год — 474.]

51с Дочери Кадма [1] —
Ты, Семела, попутчица небожительниц,
И ты, Ино, — белая богиня в терему Нереид,
Рядом с матерью лучшею из сыновей —
Геракла,
10Сойдите к Мелии,
Сойдите в храм [2], где неприступны золотые треножники!
Это он, перед всеми чтимый Локсием,
1а Носящий имя Исмения,
Истинный престол прорицающих,
15Это он вас ныне созывает в сонм,
Дочери Гармонии, равные в чести,
Чтоб на этом пределе вечера
Прозвенеть вам о святой Правде и о Пифоне, где правосудный пуп земли,
1э Воздать хвалу семивратным Фивам и спору при Кирре,
20Где напомнил мне про родной очаг,
На который он вскинул третий венок,
Фрасидей,
Победив на тех тучных пажитях [3],
Где принял Пилад Ореста Лаконского.

252с А Ореста
Из горючего коварства сильных Клитемнестриных рук
Вынесла Арсиноя-кормилица [4],
Когда вслед душе зарезанного Агамемнона
Дарданийскую деву, Приамову Кассандру
30Белою медью на темный Ахеронт

2а Погнала безжалостная жена.
Ифигения ли,
Заколотая над чуждым Еврипом,
Разожгла в ней гнев, чья ладонь тяжела?
35Новое ли ложе
Укрощеньем ночным свело ее с пути?
Женская вина тяжела,
2э И не скрыть ее от чужих языков:
Злоречив город.
40Большому счастью — большая зависть:
Скрытым ропотом дышит прах,
Так пал в свой час
Сын Атрея в знаменитых Амиклах [5],

3с Так сгубил он вещую деву [6],
45За Елену
Вырвав из неги горящий Илион.
Но Орест,
Юный лбом гость старого Строфия,
Жильца Парнасских отрогов,
50Поздним Аресом
Смертью настиг и мать свою и Эгисфа.

3а Увело меня, друзья мои,
С прямых путей на изменчивые распутья,
Снесло меня ветром,
55Как пробивающуюся сквозь море ладью.
Муза моя,
Если голос твой сдан внаем,
Пусть он разное шумит, посеребренный,

3э Но теперь пред ним —
60Лишь отец ли Пифоник, сын ли Фрасидей,
Чья двойная блещет радость и слава!
В давней победе добрых колесниц
Настигли они [7] вскачь
Быстрый луч олимпийского громкого одоления —

654с И сойдя к Пифону,
В голом беге [8]
Обошли они легкостью эллинское воинство.

Благу от бога я радоваться рад,
Но в годы мои взыскую посильного.
70Вижу я: в городе, который цветет,
Среднее счастье — прочнейшее.
Жребий самовластья противен мне [9],

4а Общие доблести — желанны.
Тому не опасна зависть,
75Кто, высшего достигши, пасет его в тиши,
Чуждый губящей спеси;
И черная смерть
Красна ему будет у предела его,
Ибо оставит он сладкому племени своему
80Крепчайшее из благ —
Милость доброго имени.

4э А не тем ли прославлены в песнях
Сын Ификла — Иолай,
И Касторова мощь, и ты, владыка Полидевк [10],
85Божьи сыны,
Переменные обитатели престолов Ферапны
И Олимпа?

(«Орест») Фрасидею Фиванскому, 474 г. В списках пифийских победителей упоминались две победы некоего Фрасидея Фиванского: в 474 и в 454 гг., но вряд ли это было одно и то же лицо. Большинство исследователей относят эту оду к победе 474 г., но полной уверенности в этом нет. Успехи победителя и его предков на состязаниях были немногочисленны (ст. 14), поэтому основная мысль оды — «средняя доля лучше высшей» (ст. 50—54), «лучше быть не первым в государстве (как Агамемнон), а первым в состязаниях и в дружбе (как Иолай и Диоскуры)». Мысли такого рода появляются в греческой лирике еще у Архилоха, а поколение спустя после Пиндара звучат в «Ипполите» Еврипида (ст. 1013—1020). В этой оде, однако, они казались натянутыми еще античным комментатором.

 

1. Дочери Кадма — как и в Ол. 2, 24—31, из четверых здесь перечисляются только две обожествленных («белая богиня» — Левкофея, божественное имя Ино) и к ним присоединяется Алкмена как мать обожествленного сына.

2. ...храм — святилище Аполлона Исмения близ Фив на месте любви Аполлона и нимфы Мелии, родившей ему Исмения и Тенора (ср. пеан 9). Золотые треножники, упоминаемые Пиндаром, видел здесь еще Павсаний (IX, 10, 2—6).

3. ...на тех тучных пажитях — в долине Крисы, древнем владении фокидского царя Строфия, отца Пилада.

4. Арсиноя — имя кормилицы Ореста нетрадиционно (у Стесихора она звалась Лаодамией, у Эсхила — безымянна).

5. Амиклы — дорийский религиозный центр близ Спарты; могилу Агамемнона («сына Атрея») показывали здесь еще при Павсании. Стесихор также изображал убийство Агамемнона случившимся в Спарте; но и предшествующий эпос (несколько упоминаний в «Одиссее») и позднейшая трагедия переносили его в Аргос.

6. ...вещую деву — Кассандру.

7. Настигли они — в действительности не «они», а только отец.

8. В голом беге — в простом беге, в противоположность оружному.

9. Жребий самовластья противен мне... — Виламовиц видел здесь ответ Пиндара на упреки сограждан в дружбе с тираннами Сицилии, откуда он вернулся за год до сочинения этой оды (ср. рассуждения о злоречии выше, в ст. 28—30).

10. Иолай, и Касторова мощь... — устойчивая ассоциация имен Иолая и Кастора перекликается с ассоциацией имен Ореста и Пилада в начале оды, скрепляя связь Фив и Дельф со Спартой (в Ферапнах близ Спарты было знаменитое святилище Диоскуров — Павсаний, III, 20, 1). О «переменной» посмертной доле Кастора и Полидевка см. Нем. 10.

[Пиндар]


ЭПИНИКИИ ПИФИЙСКИЕ, 12. <«ГОРГОНА»>

{МИДАСУ АКРАГАНТСКОМУ,
победителю на флейте,
Год — 490.]

1с Услышь мою мольбу,
5Богиня блеска [1],
Лучшая из обителей людских,
Гостеприимница Персефоны,
От крепкого холма
Пасущая паству над Акрагантом,
10Владычица,
Милостиво прими
Пифийский этот венок
Мидаса, осененного славою,
Любимца людей и богов,
15Победившего Элладу
В том умении,
Которое выплела некогда Паллада
Из смертного стона дерзостных Горгон,

2с Слыша, как изливался он
20В страдной муке
От девичьих уст и змеиных неподступных уст
В час, когда Персей
Повершил третью из сестер,
Чтобы роком настичь приморский Сериф и народ Серифа.
25Да: ослепил он
Божественную породу Форка [2],
На погибель обернул он Полидекту пир его [3],
И тесное рабство, и насильное ложе матери,
Ибо взял он голову Медузы с прекрасными щеками,

303с Сын Данаи,
Рожденный от льющегося золота.
И тогда-то, отведя от трудов
Дорогого ей витязя,
Девственница выстроила флейту, разноголосую снасть,
35Выведя орудием стон
Скрежещущий, вырванный из быстрых челюстей Евриалы [4].
Что далось богине, то дала она людям,
Запечатлевши именем: многоглавая песнь.
В славное напоминание о зовущей борьбе

404с Рвется та песнь сквозь тонкую медь и трость,
Из Кефисской ограды любовавшуюся хороводами
Красного хороводами города Харит [5].

Если есть меж смертными счастье —
Оно за трудами;
45Только богу под силу вложить его в единый лишь день.
От сужденного не уйти:
Разящий час непредвидимости
Нежданное подарит, а жданного не пошлет.

(«Горгона») Мидасу Акрагантскому, 490 г. Мидас одерживал победы на музыкальных состязаниях в Дельфах в 490 и 486 гг.; так как в оде говорятся только об одной, то это — первая. Музыкальный термин «многоглавый напев» (что это значит, в точности неизвестно) упоминается и псевдо-Плутархом («О музыке», 7), приписывающим его изобретение Олимпу, ученику Марсия; Пиндар предпочитает приписывать его самой Афине, изобретательнице флейты.

 

1. Богиня блеска — олицетворение города Акраганта с его культом Афины.

2. ...третью из сестер... породу Форка — дочерями чудовища Форка были три Греи и три Горгоны; первых Персей ослепил, из вторых казнил Медузу.

3. ...Полидекту пир его — знаменитый «каменный пир», на котором Персей обратил в камень Полидекта, царя Серифа, с его свитой за то, что тот домогался брака с Данаей.

4. Евриала — сестра Медузы, одна из трех Горгон.

5. ...города Харит — беотийского Орхомена (см. Ол. 14), близ которого на Кефисе рос лучший в Греции тростник для флейт; здесь, по Пиндару, и создала Афина свою флейту.

[Пиндар]


[ГИМНЫ]

Геката, несущая светоч,
Дочь темнолонной ночи...

...Увы, дитя мое,
Беда приспела, превыше сил, превыше слов...

[Вакхилид]


[ГИПОРХЕМЫ]

1.

Золоту проба — лидийский пробный камень,
А доблести людской — всесильное уменье
вкупе с правдою...

52.

Не время сидеть, не время медлить,
А время направить путь
В прекрасно строенный храм
Итонии с золотым щитом
10И явить ей нашу кроткую песню...

[Вакхилид]


[НЕИЗВЕСТНЫЕ КНИГИ]

1. [О богах:]

Жестокие недуги
Не гнут их и не мучат,
Не схожи они с людьми...

52.

Не сами себе выбирают смертные
Ни мирное благо,
Ни необорную войну,
Ни губительные раздоры, —
10Нет: судьба сама, распределяя дары,
То в одном, то в другом краю сгущает тучи...

3.

Мало кому божество дает
Все свои годы прожить в блаженстве
15И до самой старости не встретить беды...

4.
Не втайне
К смертным несет свое звучащее слово
Мудрость...

205.

Если кто скажет иначе — вольному воля!..

6.

Образ итакийца, окутанного мраком...

7.

25Недоступный бурям Мемфис И камышовый Нил...

8.

[Время?] открывает чистое золото в людях...

9.

Страсти людей несчетно разнообразны.,,

3010.

Избежав обратной морской волны...

[Вакхилид]


[ПЕАНЫ] АПОЛЛОНУ ПИФАЭЙСКОМУ
(ДЛЯ АСИНЯН)

Он ступил на каменный порог
В час приготовления к пиру
И сказал:
«Праведные мужи
5Cами находят путь
К обильному яству доброго дома...»
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . повелел Феб
Воинственному сыну [Алкмены]
10[Вывесть] их из храма и от [пупа земли]
[И в этом] краю [поселить их]...
. . . . . . . . . . . . . . листва...
. . . . . . . . . . . . . . нагнувши оливы...
. . . . . . . . . . . . . . назвал он асинян...
15. . . . . . . . . . . . . . во время...
. . . . . . . . . . . . . . из Галиков
[Провидец] аргосский Меламп,
Сын Амифаона, пришел
И поставил Пифаэю алтарь
20И выгородил священный надел
. . . . . . . . . . . . . . эту прорицательную сень
Безмерно чтит Аполлон,
Ибо блеском она цветет
И светлыми песнями,
25А возносят из к тебе, владыка,
Трезенские юноши,
Одаряемые от твоего изобилия...
[Ибо] Мир, великое божество,
Чреват для смертных богатствами,
30Цветущ медовыми песнями;
От его даров на резных алтарях
Курятся богам из жёлтого огня
Бёдра быков и шерстистых овец,
А юноши тешатся
35Состязаниями, хорами и пеньем флейт,
На железных рукоятях щитов
Ткут свою ткань бурые пауки;
Острые копья и двуострые мечи
Брошены ржаветь...
40. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
...и медные трубы безмолвны.
Отрадной душе предрассветный сон
Не сдувается с век,
Шумят застольями улицы,
45К небу пламенем летят песни мальчиков...
Один у другого учится —
Как прежде, так и поднесь:
Нелегок путь
К никем еще не сказанному слову.

[Вакхилид]


[ПРОСОДИИ]

1.

Одна есть мера, один есть путь для
смертных к счастью;
Суметь прожить жизнь, не омрачая духа.
5А у кого на уме несчётные заботы,
Кто день и ночь ранит душу мыслью о
грядущем, —
Тот мучится бесплодно...
...Что пользы
10Волновать праздно стенающее сердце?..

2.

Всем назначил бог труды, но каждому по-разному.

[Вакхилид]


[СПОРНОЕ]


[...сын] Алкмены
И вывел из [Калидона]
Там [доверил Нессу]
5Перевезти [ничего]
Не подозревающую
Розоворукую [Деяниру],
Взяв ее на руки, [сам же]
[Пустился] через реку
10[На колеснице, с младенцем в руках].
Но когда уже [Несс] приблизился [к берегу],
Любовное [обуяло его безумие]:
Бросился кентавр [на юную];
Громко вскричала [Деянира]
15К милому супругу, умоляя
Поспешить...
. . . . . . . . . . . . . . жены...
Горящий глаз...
Смерть и [месть]
20Несказанную...
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
В сильной руке
С огромной палицей, [он поразил]
Дикое чудовище возле
25Уха, ив середине...
Раздробил ему всею силою...»
И глаза...
И брови...
И ноги...

[Вакхилид]


[ЭНКОМИИ, 20a] НЕИЗВЕСТНОМУ

1а . . . . . . . . . . . . . . сидя дома...
...без конца ворча на отца...
2с . . . . . . . . . . . . . . измученная,
Призывает она подземные заклятия,
5Чтобы горше была его старость,
За то, что держит он дочь в дому,
Не седин ли ее дожидаясь?
3с Сын Ареса в шлеме из золота,
Царь Евен, опоясанный в медь,
10С безжалостной рукой, запятнанной смертями,
Таким был отцом над дочерью своей,
Синеглазой, в тонкой одежде
Марпессою,—
4с Но и его укротило время
15И необорная Неизбежность:
[С первым] солнцем
На посидоновых быстрых [конях]
Предстал ему [Идас],
Блаженный сын Афарея;
205с Он покинул пышноволосую по воле ее,
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Богини под прекрасным покрывалом...
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
7с Яростный [гнев] низвергнул отца
25С крутого берега [в реку],
А дочь...
. . . . . . . . . . . . . . русая Марпесса.

[Вакхилид]


[ЭНКОМИИ, 20b] АЛЕКСАНДРУ, СЫНУ АМИНТА, МАКЕДОНСКОМУ ЦАРЮ

1с Лира моя, покинь свой приют настенный,
Слуху яви семизвучный свой чистый голос,
В руки мои приди: настало время
Послать Александру золотое перо моей Музы.

52с Пусть оно станет красой пиров новолунных,
Когда сладостная неминуемость спешащих кубков
Свежие горячит юношеские души,
Мгновенными пронизывая их чаяньями Киприды,

3с Неразлучно едиными с дарениями Диониса.
10Высоко тогда возносятся людские заботы,
Венцы городов падают в прах пред каждым,
Каждый себе мнится владыкой над целым миром.

4с Дом сверкает золотом и слоновой костью,
Полные пшеницею, по сияющему морю
15Плывут корабли твои с египетским богатством, —
Так застольными мечтами волнуются души.

5с Сын [гордого Аминта], великий в [славе]!
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
...в удел: какая прибыль человеку слаще,
20Чем тешить дух свой [сбыточностыо желаний]?
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
...[Смертный] мрак: никакому человеку
Полное счастье не дано на всем пространстве
7с Жизни. Но благо, ежели иному
25Отмерено счастье той же мерою, что и горе...

[Вакхилид]


[ЭНКОМИИ, 20c] ГИЕРОНУ СИРАКУЗСКОМУ

1с Не спеши еще па покой,
Светлозвучная моя лира!
Новую припас я красу
Моей многоголосой Музы
5Для Гиерона и гнедых его коней,
Чтоб послать ее, желанную, к застольникам
2с в твердо основанный город Этну:
Ведь уже певал я о скорокопытном Фсренике,
Который в Дельфах
10И который на берегу Алфея
Принес победу
На радость мужу, который...
3с . . . . . . . . . . . . . . мне тогда и девы
[И юноши]...
15Из Кронидовой золотой дубравы
. . . . . . . . . . . . . . положили...
. . . . . . . . . . . . . . Кто из смертных...
. . . . . . . . . . . . . . ни пред чем не робея...
4с Несчетны людские умения,
20По от бога во мне сила [утверждать]:
Ни единого столь сильного меж сверстных
Не видала еще с высот белоконная Заря,
Свет несущая людям...

[Вакхилид]


[ЭНКОМИИ, 20d] НЕИЗВЕСТНОМУ

...свыше поспешила Энона,
Прекрасная супруга Париса,
По последнему его пути;
И не меньше претерпела Ниоба,
5Когда светлые сын и дочь Латоны
Десять ее сыновей
И десять кудрявых дочерей
Сразили изостренными стрелами,
И тогда всевышний браздодержец,
10Взглянув с небес,
Сжалился Зевс над неисцелимыми ее муками,
Сделал ее утесистым камнем,
Положил конец непереносимому страданию...

[Вакхилид]


[ЭНКОМИИ, 21] [К ДИОСКУРАМ:]

Ни бычьего мяса здесь нет,
Ни золота, ни багряниц,—
Зато здесь приветный дух
И сладкая Муза
5И доброе вино в беотийских чашах...

[Вакхилид]


[ЭПИГРАММЫ]

1.

Всеименитая дочь Паллады, богиня Победа,
Хор из Карфеи ведет перед гобой хоровод.
Будь благосклонна к нему и поэта венчай Вакхилида,
5Как досель, Так и впредь на состязаниях муз.

2.

Чтобы воздать за добро вернейшему ветру, Зефиру,
Это святилище здесь в поле поставил Евдем,
Ибо Зефир по молитве его прилетал ему в помощь
10И дуновеньем своим с зерен свевал шелуху.

[Вакхилид]


[ЭПИНИКИИ]

Раз навсегда скажу: даже и твёрдый дух
Клонится в людях пред силою корысти.

[Вакхилид]


[ЭРОТИКИ (ЛЮБОВНЫЕ ПЕСНИ)]

1.

О Периклит,
Тебе ли неведомо всеведомое?..

2.

5...или выгнет белую руку,
Чтобы нанести удар от локтя
Во имя этих юношей..,

3.

Да, хорош Феокрит:
10Ты не один его приметил!

4.

Только ты в одной рубахе
Бежишь к собственной жене!

[Вакхилид]


ДИФИРАМБ 15, АНТЕНОРИДЫ, ИЛИ ПОСОЛЬСТВО О ВЫДАЧЕ ЕЛЕНЫ.

1с Богоравного супруга Антенора,
Служительница Паллады, вздымательницы битв,
. . . . . . . . . . . . . . золотая...
. . . . . . . . . . . . . . [посланцам] аргивян —
5Лаэртову сыну Одиссею
И Атрееву — царю Менелаю,
. . . . . . . . . . . . . . глубоко подпоясанная Феано...

1а . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . обратилась [к ним]...
10. . . . . . . . . . . . . . крепко выстроенную [Трою]...
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

1э . . . . . . . . . . . . . . повели их [сыны Антенора],
А отец их, мудрый в совете,
Объявил царю Приаму и сынам его
15Слово ахеян.

Вестники
Поспешили по широкому городу,
Созывая ополченье троян

3с К площади, к войсковому сборищу.
20Всюду пронесся их громкий зов;
Все простерли руки к бессмертным богам,
Все молили о конце своих бедствий [1].

Молви, Муза,
Кто же первый молил первое слово?
25Отпрыск Плисфена [2], Менелай,
Общник красиво облаченных Харит [3],
Вышел с убеждающей речью:

3а «Трои сыны, угодники Ареса,
Правящий в выси, взирающий на все,
30Зевс не повинен в тяжких ваших муках.
Всем смертным дано
Непокривленной достигнуть Правды,
Спутницы святого Благозаконья,
Спутницы прозорливой Справедливости [4]! —
35Блажен, чьи сыны с ней разделяют кров!

3э А от корыстных лукавств,
А от неразумной необузданности
Расцветает лишь презрительная Спесь:
Эта она
40Одному бросает власть и богатство другого
И тотчас же рушит его в бездну погибели,
Это она
Сокрушила сынов Земли,
Не в меру надменных Гигантов...»

Когда греки высадились перед Троей, они отправили в Трою послами Одиссея и Менелая с предложением выдать Елену и ее богатства без войны; но троянцы отказались. Этот эпизод «Киприй» и послужил содержанием дифирамба, дошедшего до нас с сильно поврежденным началом и резко обрубленным (может быть, неполным?) концом. В начальной части, по-видимому, излагалось отправление посольства и гостеприимство, оказанное ему Антенором, его женой Феано и их 50 сыновьями (в «Илиаде» упоминаются только 10 сыновей, но схолиаст к «Илиаде», XXIV. 496 уверяет, что Вакхилид насчитывал их 50 — может быть, потому, что хор в дифирамбе состоял именно из 50 человек). Рассказ ведется в эпическом стиле, с характерным «Молви, Муза...».

 

1. Конец бедствий — ибо уже при высадке ахеян произошло два сражения, одно в пользу троянцев (в нем пал Протесилай), другое в пользу ахейцев.

2. Отпрыск Плисфена — у Гомера Агамемнон и Менелай сыновья Атрея (ср. ст. 6), у лириков сыном Атрея иногда называется Плисфен, а сыновьями Плисфена братья-цари.

3. Хариты названы как подательницы красноречия.

4. Правда (Дика) и Благозаконие (Евномия) — сестры-Оры, Справедливость (Фемида) — их мать.

[Вакхилид]


ДИФИРАМБ 16, ГЕРАКЛ
(ДЛЯ ДЕЛЬФИЙЦЕВ)

[Я пойду к Пифийскому владыке,]
Под грузом золота,
А прислала мне его с блестящего своего трона
Пиерийская Урания,
5А чеканен он многоголосыми песнями
[Во славу бога],
На цветущих ли берегах Гебра сердце его,
В длинношеем ли ныне лебеде [1] радость его,
. . . . . . . . . . . . . . чтоб вернулся ты [в свой пифийский край],
10Пифиец-Аполлон,
И сбирал бы цветы пеанов тебе,
Сколько вырастил их твой дельфийский хор,
Пред твоим звуча знаменитым храмом.

а А теперь нам петь,
15Как Амфитриониад,
Мощный духом заботник,
Предав Эхалию в снедь огню,
Вышел на мыс [2] меж волной и волной, —
Чтобы долю воздать от добычи своей
20Кенейскому Зевсу, простирателю туч,—
Ревучих девять быков,
Двух — колеблющему сушу вздымателю вод,
И еще одного,
Высокорогого, не знавшего ярма,—
25Богине с могучим взглядом,
Девственнице Афине.
И тогда-то необорное божество
Выткало Деянире плачевный умысел:

э Услыша горькую весть,
30Что Зевсов сын, неустрашимый в бою,
В чистый ее дом
Невестою ведет белолокотную Иолу,
Несчастная, злополучная, что задумала она?
Погубила ее ревность, чья мощь широка,
35Погубила ее черная завеса над будущим
В час, когда над цветущим берегом Ликорма [3]
Приняла она от Несса чудотворный дар...

Дифирамб пересказывает миф о смерти Геракла (ранее разработанный в циклической поэме «Взятие Эхалии», а позднее в «Трахинянках» Софокла). Дельфийский заказ объясняется тем, что в зимние месяцы Аполлон считался отлучившимся из храма на север (напр., к фракийскому Гебру, упоминаемому в ст. 5) и его место занимал Дионис, так что вместо пеанов пелись дифирамбы. В зачине поэт призывает Аполлона вернуться в Дельфы, затем резко переходит к мифу, а затем так же резко обрывает изложение.

 

1. Лебедь почитался священной птицей Аполлона.

2. Мыс — Кенейский на северо-западе Евбеи, место почитания Зевса Кенейского.

3. Ликорм — другое название Евена, реки, через которую перевозил Деяниру Несс.

[Вакхилид]


ДИФИРАМБ 17, ЮНОШИ, ИЛИ ФЕСЕЙ
(ДЛЯ КЕОССКОГО ХОРА НА ДЕЛОССКОМ ПРАЗДНЕСТВЕ)

1с С черною кормою корабль,
Уносящий с Фесеем
Дважды семь блистательных юных ионян [1],
Разрезал уже Критское море;
5Далеко видимый парус
Выгибался под дующим Бореем,
Милостью славной Афины,
Потрясающей воинственною эгидою, —

Когда уязвили сердце Миноса
10Святые дары Киприды,
Богини, увенчанной страстью:
Не сдержал он руку перед девушкой,
Коснулся белых ее щек.
Вскрикнула Эрибея [2]
15К Пандионову медному внуку [3],
Увидел это Фесей,
Черные под бровями закружились очи,
Лютая боль помутила ему дух,
И молвил он:

20«Сын изобильного Зевса,
Недолжный ты кормчий духу своему:
Удержись, многовластный, от насилия!

1а Что от богов нам назначено необорною Долею,
Куда клонятся весы Справедливости, —
25Все сужденное нам мы примем в свой срок;
И ты умерь тяжесть духа своего:
Пусть тебя и от Зевса
Родила под надбровьем Иды [4]
Сладко именуемая Финикова дочь [5],
30Тебя, несравненного меж смертных, —
Но и я ведь
Рожден дочерью имущего Питфея
Морскому Посидону [6],
И недаром ей золотое покрывало
35Подарили Нереиды в синих венках.
Кносский вождь,
Я говорю тебе: укроти свою спесь,
Ибо многими она чревата стонами.
Пусть не видеть мне
40Милого света бессмертной Зари,
Если ты коснешься насилием
Хоть единого из этого юношества!
Нет: сперва мы померимся силой рук,
А о том, что потом,— пусть рассудит бог».

451э Так сказал он, доблестный копьем,
И дивились корабельщики
Гордой Фесеевой отваге.
Воспалилось сердце Миноса,
Новый умысел умыслил зять Солнца [7],
50И слова его были: «Всемощный родитель Зевс!
Если правда, что для тебя
Родила меня белорукая финикиянка, —
То услышь меня,
Ниспошли с небес заведомое знаменье,
55Быструю молнию [8] в огневых волосах!
Если же и тебя
Родила трезенская Эфра
Колебателю земли Посидону,—
То вот золотое
60Сверкающее украшение моей руки —
Принеси его мне из глуби моря,
Смело канув в отчий чертог!
И мою молитву слышит ли Кронид,
Блюститель мира, владыка громов, —
65Сейчас ты усмотришь сам».

2с Незазорной молитве внял мощный Зевс —
Небывалую Миносу явил он честь —
Милому сыну
Видную милость:
70Грянула молния —
Желанное чудо,
Вскинул воитель руки
К светлому эфиру,
Молвил:
75«Фесей, ты видишь
Явный мне дар от Дия;
Дерзни же и ты
В ропотное море,
И отец твой Кронид, владыка Посидон,
80Высшую подарит тебе славу
На дубравной земле».
Так сказал он, — и не погнулась Фесеева душа:
Став на крепко сколоченную палубу,
Он прыгнул,
85И ласково приняла его божественная соль.

Помутился сын Зевса в сердце своем
И велел пустить по ветру дивно строенный корабль,
Но судьба иную стлала дорогу.

2а Быстро движимый несся киль,
90Дул в корму ему северный Борей,
И трепетны были юные афиняне,
Ринутым в море видя вождя,
И слезы текли из их кротких очей
В предвиденьи гнетущей неизбежности.

95А меж тем дельфины, насельники пучин,
Устремись, понесли Фесея
К дому конника, его отца;
И вошел он в божий чертог,
И увидел, дрогнув,
100Славных дочерей блаженного Нерея, —
От их светлых тел лился огненный блеск,
Перевиты кудри были золотом,
Сердцем тешились они,
В хороводе выступая быстрой поступью,
105И увидел он в том милом дому
Любезную супругу отца своего,
Волоокую, высокую Амфитриту [9];
И она окинула его красным плащом,

2э И она взложила на густую гриву его
110Безупречный венок, темный от роз,
Дар лукавой Афродиты для свадьбы морской.
Когда хочет бог,
То для здравых умов нет невероятного.
Вот явился он
115Пред ладьею с тонко резанною кормою —
О, в каких помыслах [10]
Он застигнул кносского вождя,
Невредимым выйдя из пучины
На диво всем,
120Божьими блистая дарами,
И в свежей радости
Запели девы на светлых престолах [11],
Зазвучало море,
Юноши вокруг
125Завели пеан любезными голосами, —

О, делосский бог,
От кеосских весен
Ты возрадуйся в сердце своем
И пошли от богов нам
130[Причаститься достойных благ.]

Это по существу не столько дифирамб Дионису, сколько пеан Аполлону, писанный для кеосского хора на делосском празднике. Делос был связан с излагаемым мифом: на этом острове останавливался Фесей по пути с Крита и учредил там праздничный обряд, сохранившийся и в исторические времена. Почти одновременно с дифирамбом Вакхилида этот миф был изображен на фреске в афинском Фесейоне и на двух сохранившихся чашах, луврской (работы Евфрония) и болонской.

 

1. ...юных ионян — так названы афинские юноши и девушки, отправляемые в жертву Минотавру.

2. Эрибея — будущая жена Теламона и мать Аянта.

3. Пандионов внук — Фесей как сын Эгея.

4. Ида — из нескольких гор этого имени имеется в виду критская.

5. Финикова дочь — Европа; Финик (по более распространенной версии — не отец, а брат Европы) — мифический прародитель финикиян.

6. Земным отцом Фесея считался Эгей, а божественным — Посидон (как для Геракла — Амфитрион и Зевс): дело в том, что первоначально «Эгей» было одним из прозвищ Посидона и лишь потом выделилось в самостоятельное лицо.

7. Зять Солнца (Гелиоса) — Минос как муж Пасифаи.

8. Молния с ясного неба («светлый эфир», ст. 73) как знак услышанной богом молитвы является еще в «Одиссее», XX. 114.

9. Амфитрита («стенающая вокруг земли») — образ, появляющийся только у лириков — в «Илиаде» ее нет, в «Одиссее» она — лишь расплывчатое олицетворение морской стихии, Гесиод упоминает ее как Нереиду, но еще не как жену Посидона.

10. О, в каких помыслах... — Минос надеялся, что Фесей уже утонул. Характерно, что о вынесенном из пучины Миносовом кольце Вакхилид не упоминает, чтобы не снижать божественности Фесея ролью исполнителя Миносовых приказаний.

11. ...девы на светлых престолах — Нереиды.

[Вакхилид]


ДИФИРАМБ 18, ФЕСЕЙ
(ДЛЯ АФИНЯН)

{Хор]

1с Царь святых Афин,
Повелитель привольно живущих ионян [1],
Отчего военную песнь
5Прозвенела ныне медная труба?
Враг ли облег
Нашу землю предводимым воинством?
Коварный ли вор
Расхищает наши паствы на зло пастырям?
10Или что иное тяготит тебя?
Говори! Как никто из смертных,
Ты владеешь подмогой юношеских сил,
О сын Пандиона и Креусы [2]!

{Эгей]

152с Вестник к нам приспел,
Долгий пеший путь отмерив от Истма;
Несказанные сказывает дела
Могучего мужа [3].
Он убил всесильного Синида,
20Мощью первого меж смертными,
Отпрыска Посидона Литейского [4];
Жадного кабана сразил он средь Кроммионских чащ
И Скирона укротил неуемного;
Керкион уже не вызывает на кулачный бой,
25И Проконт, напав на сильнейшего,
Уронил тяжкий молот Полипемона,
Я тревожусь: что будет далее?

{Xор]

3с Кто же он? откуда он?
30И какое, по словам, при нем оружие?
Во враждебном ли доспехе он
Многое ведет за собою воинство?
Или же один со служителями
Он шагает, как странник, в чужие края,
35Доблестный, сильный, смелый,
Одолевший силу стольких мощных мужей?
Верно, движет им бог,
Правой мздою карающий неправых, —
Ибо трудно вершить подвиг за подвигом,
40Не изведав беды:
Все имеет конец в нескором времени.

{Эгей]

4с. Два мужа при нем, больше нет никого,
Свисает меч с блистающих плеч,
45Рукоять у него — слоновая кость,
Два точеных дрота — в его руках,
Лаконская шапка [5] — на рыжих волосах,
Багряный хитон обвивает стан,
И поверх — фессалийский шерстистый плащ [6];
50Глаза горят лемносским огнем [7],
Сверкают красными искрами;
Он — отрок в первом юношеском цвету,
Но утехи Ареса знакомы ему —
Битвенный стук меди о медь;
55А держит он путь
В сияющие блеском Афины.

Дифирамб, судя по теме и концовке, предназначался для афинян — может быть, для праздника Фаргелий (в конце мая), учрежденного самим Фесеем. Интересен как образец диалогического дифирамба, написанного уже в пору расцвета выросшей из него трагедии. Сюжет: Фесей, сын Эфры, выросший в Трезене, идет к своему земному отцу Эгею в Афины, очищая дорогу от разбоя и чудовищ.

 

1. «Привольно живущими» считались ионяне (в том числе и афиняне) в противоположность сурово живущим дорянам.

2. Креуса — имя матери Иона, прародителя ионян, сына Аполлона; Эгеева же мать обычно называется Пилией.

3. Перечисляются первые победы Фесея: над Синидом, разрывавшим пленников на куски, над Кроммионским кабаном между Коринфом и Мегарами, над Скироном, сбрасывавшим путников со скал (афиняне рассказывали о нем как о злодее, мегаряне — как о герое), над Керкионом, вызывавшим прохожих на кулачный бой, и над Прокоптом (или Прокрустом: первое имя означает «усекатель», второе «растягиватель»), сыном Полипемона, убивавшим людей на «прокрустовом ложе».

4. Посидон Литейский («разрешитель») — фессалийское прозвище этого бога.

5. Лаконская шапка — дорожная шляпа с широкими полями.

6. Фессалийский плащ (хламида) — короткий, удобный для верховой езды.

7. Лемносский огонь — вулканический: на Лемносе находилась, по мифам, одна из кузниц Гефеста.

[Вакхилид]


ДИФИРАМБ 19, ИО
(ДЛЯ АФИНЯН)

1с Тысяча есть путей
Для бессмертных песен,
Если дар у певца —
От пиерийских муз,
5Если синеглазые
Хариты, подательницы победных венков,
Облекли его песнь
Приветом.
Вытки же новую ткань
10Для милых блаженных Афин,
Славная забота Кеоса [1]!
Лучший ждет тебя путь,
Ибо избранный дар
Получила ты в удел от Каллиопы.

15Как же сбылось, что, покинув конный Аргос,
Золотая выбежала телица
По заботе широкосильного вышнего Зевса, —
Инахова дочь, с перстами, как розы?

1а Разве не Аргусу,
20Всюду зоркому несминаемыми очами,
Повелела Гера,
Высшая владычица в золотых одеждах,
Бессонно, неутомимо
Стеречь ту телицу с высокими рогами?
25Даже Майин сын [2]
Не мог от него укрыться
Ни в лучистый день, ни в святую ночь.

Но [в прямой ли борьбе]
Быстроногий вестник Зевеса
30Страшное одолел порождение
Мощной семенами Земли,
Копьем уметивши в Аргуса,
Или [смежил он веки]
От неустанного бдения...
35Или Пиериды [сладкою своею песнею]
Навеяли ему забвение о вверенном, —

1э А мне вернейший путь —
Тот, что прямее к цели:
Когда, гонимая оводом,
40Достигла она пестроцветного Нила,
Понесла она в чреве своем
Эпафа,
Родила она его властвовать
Над народом в льняных одеждах [3],
45Цветущего великими почестями,
Зачинателя многолюднейшего племени,
От которого пошел и Кадм, Агеноров сын,
В семивратных Фивах
Породивший Семелу,
50А она родила Диониса,
Вдохновителя вакхических плясок,
Владыку увенчанных хороводов...

Эта ода представляет собой дифирамб в точном смысле слова: начинается он с Ио, а кончается дальним ее потомком — самим Дионисом. Миф об Ио не упоминается в греческой поэзии до Эсхила («Просительницы», «Прометей») и Вакхилида; да и Вакхилид откровенно колеблется в выборе версии рассказа о спасении от многоглазого Аргуса.

 

1. Славная забота Кеоса — обращение поэта к самому себе и своему вдохновению.

2. Майин сын — Гермес.

3. Народ в льняных одеждах — египтяне.

[Вакхилид]


ДИФИРАМБ 20, ИДАС
(ДЛЯ ЛАКЕДЕМОНЯН)

На просторной спартанской земле
Русые лакедемонские [девы]
[Вели] эту песнь,
Когда Идас, отважный духом,
5Примчался сюда
С прекрасноланитной Марпессой,
Избегнув погибели,
[Ибо] владыка морей Посидон
[Дал ему] быстрых, как ветер, коней —
10[Примчаться] в крепко строенный Плеврон
[К Евену], сыну Ареса,
Носителю золотого щита...

Сюжет мифа об Идасе, сыне Афарея, повторяет сюжет мифа о Пелопе. Евен, царь этолийского Плеврона, заставлял всех, сватавшихся к его дочери Марпессе, состязаться с ним в колесничном беге, и обгоняемых убивал. Наконец, Идас, получивший колесницу и коней от самого Посидона, обогнал его и увез с собою Марпессу в Спарту, где девушки встретили их свадебной песнею — «Гименеем» (об этом речь в первых стихах отрывка); а Евен преследовал беглецов до реки Ликорм (ср. Вакх., 16, 34) и там, отчаявшись, убил своих коней и бросил в реку, которая с тех пор носит его имя. Другой миф об Идасе см. у Пиндара, Нем. 10, 60—72.

[Вакхилид]


ДИФИРАМБ 21, КАССАНДРА (?)

. . . . . . . . . . . . . . как мантинейцы
С посидоновым трезубцем на выделанных из меди щитах
. . . . . . . . . . . . . . несутся...

Отрывок сохранился на клочке папируса и в схолиях к Пиндару (Ол. 10, 83); Ф. Бласс предположил, что он относится к дифирамбу, перечисляющему греческие войска под Троей — например, в форме того пророчества Кассандры, которому подражал Гораций в оде I. 15 (по свидетельству Порфириона).

[Вакхилид]


ДИФИРАМБ 26, ПАСИФАЯ (?)

. . . . . . . . . . . . . . Пасифая...
. . . . . . . . . . . . . . посеяла Киприда...
. . . . . . . . . . . . . . желание...
Сыну Евпалама,
5Искуснейшему меж строящих,
Дедалу, она открыла
Страсть; взяв священную клятву,
[Деревянную] повелела выстроить [телку],
[Чтобы] с бычьей соединиться [силой]
10Втайне от мужа,
Миноса, напрягателя лука,
Кносского воеводы;
А он, уведав об этом,
Задумал думу:
15[Сторожась] супруги...

Пасифая, дочь Солнца, была женой Миноса. Минос в молитве попросил Посидона послать ему исполинского быка, чтобы принести его в жертву; бык явился, но Минос вместо жертвоприношения пустил его в свое стадо. За это боги наказали его, внушив Пасифае страсть к этому быку; она приказала Дедалу («сыну Евпалама») сделать полую статую телки и, скрывшись в ней, соединилась с быком; от этой связи родился Минотавр.

[Вакхилид]


ДИФИРАМБ 27, ХИРОН (?)

. . . . . . . . . . . . . . не раз
Сын Филлиры, добрый советник,
Гладя русую голову, говорил:
«Обагрит он пенный Скамандр,
5Поражая воинственных троянцев...»

По-видимому, пророчество Хирона о его воспитаннике Ахилле; можно предположить, что вспоминает его Фетида или Пелей. От остальных стихов дифирамба сохранились лишь отрывки разрозненных слов

[Вакхилид]


ЭПИНИКИИ, 1. ИСТМИЙСКАЯ, <«ТЕЛЬХИНЫ»>

{АРГЕЮ КЕОССКОМУ,
сыну Панфеида,
на победу в кулачной борьбе (или всеборье)
среди мальчиков, чтобы петь на Кеосе.
5Год — ок. 456.]

1с Славные в лирах
Девы Зевса, правящего с высот,
Сойдите, Пиериды,
Сплетите нам песни
10В почесть властному над Истмийской землей
Богу, чей тесть —
Мудрый советами Нерей [1]...

1а . . . . . . . . . . . . . . острову Евксантиадов...
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
15...о, кованные богами врата
Сияющего острова Пелопа [2]!
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
5э . . . . . . . . . . . . . . а на третий день
20Был к ним воитель Минос
С критской ратью
На пятидесяти кораблях с пестрою кормой;
6с Милостью Зевса,
Подателя славы,
25Взял он Дексифею,
Глубоко подпоясанную меж дев,
И оставил ей половину воинства —
Битвенных мужей,
Дав в удел им утесистую ту землю,
30Сам отплыв к желанному своему Кноссу,

6э Царственный сын Европы.
И как десять сменилось месяцев,
Родила ему нимфа о вьющихся волосах
Отрока Евксантия,
35Чтобы властвовать над островом, именитым в молве.

6э . . . . . . . . . . . . . . бежали его дочери
7с В тот город [3], глубокий под закатным лучом.

От него-то и вывел род
Сильный мышцей Аргей,
40Чей львиный дух
Вспыхивал на каждый битвенный зов,
Быстрый в беге Аргей,
Достойный наследник отцовых благ, —

7а Ибо щедро оделил Панфеида
45Лучник Аполлон
Дарами врачевства и ласковости к странникам;
И в доброй доле Харит
И меж многих, на него любовавшихся,
Он, скончав свой век,
50Пятерых оставил сыновой хвалам людским, —

7э А из них единому
За дела отца и на радость отцу
Вышний погонщик Зевс
Дал истмийское это одоление
55Вслед иным венкам, сияющим для него.

Я твержу и буду твердить:
Только в доблести — величайшая слава;
А богатство — спутник и худших людей,

8с И оно лишь вздувает гордыню в муже.
60Угода богам
Лелеет нам сердце вернейшею иных надежд;
А кому далось здоровье [4] в удел,
А кому довелось жить от своего добра,
Тот поспорит меж людей и с первейшими.
65Всякая радостна людская жизнь,

8а Коль чужда болезней и бессильной бедности!
Хоть равно жадны
Богатый до многого, бедный до немногого, —
Но не сладко для смертных всеобилие,
70И всегда они ловят, чего не уловить:

8э Легковейные заботы им зыблют дух,
И не дольше их честь, чем жизнь.
А доблесть
Многотрудна,
75Но кто тверд в ней до самого конца,
Тому и по смерти
Встанет она
Вожделенным памятником яркой славы.

Аргей, адресат оды, упоминается в кеосской надписи со списком местных атлетов-победителей — после победы на Истме среди мальчиков он одержал еще победу в Немее среди юношей, но упоминаемые в оде его победы (ст. 158) — более ранние, местные. Начало папируса почти не сохранилось; ст. 1—2 дополнены из цитаты в комментариях к Каллимаху, ст. 13—14 — в схолиях к Пиндару. Поэтому мифологическая часть оды почти выпала, осталось только имя Дексифеи («богоприимицы»). Здесь пересказывался местный кеосский миф. На Косее правил Дамон, князь тельхинов, демонического племени колдунов («которые, по словам Вакхилида, произошли от Тартара и Немесиды, а по словам других, от Земли и Моря», — Цец, «Феогония», 81); Зевс решил поразить их за нечестие, но пощадить дочерей Дамона — Макело (ее имя частично сохранилось в фрагментах разрушенной части), Дексифею и др. В «медовом сне» (слова фрагмента ст. 50) девушкам повелено покинуть «прежний город» (ст. 52) в горной части Кеоса и искать нового места в бероговой низине, «на соленой грани» (ст. 54) под «лучами солнца» (ст. 55). Здесь они встречают Зевса и Аполлона в людском образе, обращаются к ним, «нежным лаская голосом» (ст. 76—77) и жалуясь на «двуострое лезвие» и «бедность» (ст. 79—80), а в ответ, по-видимому, получают предсказание, что род их не пресечется, так как Дексифея родит от Миноса сына Евксантия, который будет предком знатного рода на Кеосе (а также, по местным легендам, и в Милете). К этому роду принадлежала и семья Аргея (судя по ст. 161—162, сильно обедневшая). Сохранившаяся часть оды содержит конец мифа, хвалу победителю с его отцом и рассуждение о доблести. «Это исключительный пример эпиникия, кончающегося 25 стихами сплошь гномического содержания: Пиндар бы непременно ввел перед концовкой еще намек на победу» (Джебб).

 

1. Нерей — тесть Посидона как мужа Амфитриты.

2. Врата... острова Пелопа (Пелопоннеса) — Коринф на Истме.

3. Город — по-видимому, Корес на берегу Кеоса, основанный (?) дочерями («корами», девицами) царя Дамона.

4. Здоровье — «лучший дар человеку — дар здоровья...» упоминается в сколиях (8 по Бергку), а «самодовлеющее житье» — в рассуждениях Солона у Геродота, I.31.

[Вакхилид]


ЭПИНИКИИ, 10. АГЛАЮ АФИНСКОМУ, ИСТМИЙСКАЯ

{АГЛАЮ АФИНСКОМУ,
на победу в беге. Писана по заказу его тестя.]

1с Молва,
Ты прибоем
5Шумишь над людскими племенами,
. . . . . . . . . . . . . . сияешь]...
. . . . . . . . . . . . . . [даже преисподним]...
[Кто видел] золотую [победу] своими глазами,
[Тому пристало теперь] покойное отдохновение...
10. . . . . . . . . . . . . . для Аглая, к которому ныне
Муж его сестры
С острова призвал звонкую пчелу [1],
1а Чтобы памятник Муз,
Бессмертный, нерукотворный [2],
15Общею радостью был бы людям,
Всем возглашая о доблести твоей, —
Столько ты раз
Во имя Победы
Русую голову обвивал цветами
20Ради славы широких Афин,
Ради доброго имени Энеидов [3].

На всеведомых Посидововых играх
Тотчас явил он быстрый натиск своих ног,
1э . . . . . . . . . . . . . . к беговой черте
25Стал он, еще дыша жаркою бурею [4];
На бегу разбрызгивал
Масло с тела на обступающую толпу;
А когда четырежды изогнул он бег, —
Дважды прокричали его победителем
30Громкие глашатаи умных судей;

2с Дважды был он выкликнут и в Немее,
У святого Зевсова алтаря;
Подобру его приняли и славные Фивы,
И широкие площади Аргоса,
35И Сикион,
И людная Паллена,
И обильная хлебом Евбея,
И священная меж островами Эгина [5].

Разным людям — разные дороги,
40Чтоб взойти по ним к очевидной славе.
Тысяча есть в людях умений:

2а Золотая надежда
Иному расцветает в мудрости,
Иному — в милости Харит,
45Иному — в знании божьей воли,
Иной на мальчиков
Направляет пеструю свою стрелу,
Иному пашни и коровьи стада
Укрепляют дух;
50Но всякого дела неведом исход,
И куда наклонятся чаши судьбы, —
Являет только грядущее,
И лучше всего —
Жить подобру,
55Чтобы люди на тебя взирали с ревностью.

2э Не безведома мне и богатства мощь:
И ненужных оно делает нужными.
Но зачем [6] я погнал
Долгую мою речь
60Прочь от прямой дороги?
За победою людям привычен пир...
. . . . . . . . . . . . . . [где пенье] флейт...
. . . . . . . . . . . . . . [мешается]...
. . . . . . . . . . . . . . и нужно...

Имя адресата испорчено в тексте, но легко восстанавливается. Судя по тому, что оду заказывал его родственник (ст. 9), отца его, по-видимому, уже не было в живых; а судя по отступлению в ст. 49—50, семья была небогатой. Датировка неустановима. Из-за краткости в оде нет мифа: после зачина следуют лишь части хвалебная и поучительная. Начало и конец сильно испорчены и восстанавливаются предположительно.

 

1. Пчела — обычное сравнение с поэтом: ср. Пиндар, Пиф. 10.53, а потом Гораций, IV.2.28, где он сравнивает себя с Пиндаром.

2. ...нерукотворный... — чтение Джебба; Бласс и Снелль читают «подручный».

3. Энеидов — от имени афинского героя Энея, сына легендарного царя Пандиона, так называлась одна из 10 афинских фил.

4. По-видимому, Аглай участвовал подряд в трех видах бега: простом, двойном и дальнем (четверном?).

5. Перечисляются те же состязания, что и у Пиндара, Ол. 13.107—112.

6. Но зачем... — отрывистый переход (как у Пиндара, Нем. 7, 11 и др.) к несохранившейся заключительной части оды.

[Вакхилид]


ЭПИНИКИИ, 11. АЛЕКСИДАМУ МЕТАПОНТСКОМУ, ПИФИЙСКАЯ, <«ПРЕТИДЫ»>

{АЛЕКСИДАМУ МЕТАПОНТСКОМУ,
сыну Фаиска, на победу в борьбе среди мальчиков.]

1с Дарительница сладких даров,
Ты, Победа,
5[Чтимая] высочайшим отцом
На золотом Олимпе [1],
Стоя при Зевсе
Над смертными и бессмертными,
Ты решаешь исход их доблестей;
10Милостива к нам будь,
Дочь длинноволосой реки,
Правосудного Стикса [2]!
Ныне по воле твоей
Любимый богами Метапонт
15Празднествами полон и шествиями
Крепких юношей,
А поют они пифийского победителя,
Красавца — сына Фаиска.

1а Благосклонным взором
20Встретил его
Делосский сын полногрудой Латоны;
Без числа цветочных венков
Пало на Алексидама в долину Кирры
За силу, явленную во всепобедной борьбе:
25Солнце того дня
Ни разу его не видело поверженным.

Больше скажу:
Над красою алфейских струй,
На трижды святом поприще чистейшего Пелопа,
30Не сбейся правосудие [3] с прямого пути, —
Он венчал бы лоб
Зеленью оливы, радостной всем гостям,

1э Чтобы с нею плыть на родину, в пажить тельчих стад [4].
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
35Много он явил умений в хороводе борьбы,
Но бог ли виной,
Людей ли блуждающее мнение,
А вырвана была из рук его высшая честь.

И вот теперь,
40Ловчая Артемида,
Кроткая богиня о золотом веретене,
Славная луком,
Яркую подарила ему победу, —
Артемида,
45Которой некогда Абантиад [5]
И дочери его в красе их одежд
Воздвигли жертвенник
Свидетелем многих молитв.

2с Всевластная Гера
50Обуяла их к бегству из милых отчих палат,
Пригнетя их ум
Роковою необорною силою, —
Ибо шли они еще с девичьими думами
В храм богини, опоясанной багрецом,
55Говоря меж собой,
Что отец их выше богатствами,
Чем она, чем русая подруга Кронида,
Державного,
Широковластного,
60И за то богиня, прогневавшись,
Превратные вдохнула им мысли:
С диким криком
Ринулись они в густолиственную дебрь,

2э Покидая Тиринф и его богозданные площади, —
65Ибо вот уже десять лет
Изгнанники милого Аргоса,
Полубоги о медных щитах,
Бесстрашные пред криками битв,
Обитали здесь при царе меж восторгов и завистей.
70Из-за малого была необорная борьба
Между братьями Претом и Акрисием,
Погибал народ
От неправых распрей и плачевных битв,
И взывал мольбою к Абантовым сынам
75Поделить между собою многоплодный удел
И младшему сесть в Тиринфе,
Пока беды не стали роковыми.
И тогда Кронид,
Почитая род Даная и Линкея — конника,
80Пожелал положить предел их скорбям:
И пришли могучие киклопы [6],
И сложили знатному городу лучшую из стен,
Чтобы жить там героям,
Покинувшим Аргос, пастбище коней, —
85Вот откуда бросились прочь
Синеволосые девственницы Претиды.

3с А сердце отца их стиснула боль,
Непривычною бичуемого заботою:
Он хотел вонзить в грудь двуострый меч,
90Но ласковой речью и силой рук
Одержали царя копьеносцы.

Тринадцать полнолуний
Скитались девы по темным лесам,
Стремясь в Аркадию, кормилицу стад,
95А отец их,
Достигнув Луса [7], прекрасного в струях,
Омыл в нем тело,
И простерши руки
К лучам быстроконной колесницы Солнца,

1003а Он взмолился к волоокой [8] дочери
Латоны под красным покрывалом,
Чтобы вызволила из ярого безумия
Его дочерей:
«Будут тебе жертвою двадцать быков
105В красной шерсти, не знавших ярма!»
И вняла ему
Следопытная дочь высокого отца,
Умягчила Геру,
Положила предел
110Безбожному бешенству
Двух цветами увенчанных [9] дев.
Исцеленные целительнице
Тотчас воздвигнули алтарь и храм,
Тотчас оросили его кровью овец
115И назначили женам хороводный устав.

3э Вот откуда
Вслед ахейским мужам [10], любимцам Ареса,
Ты пришла, богиня, в их конный град,
Поселилась в Метапонте их в добрый час,
120Золотая владычица народов;
И милую тебе рощу
Близ полноводного Каса [11]
[Посвятили предки,]
Когда волею блаженных богов
125С меднолатными Атридами впереди
Сокрушили крепко строенный Илион, —
Но кто здрав умом,
Тот во всяком изочтет поколении
Тысячи подвигов ахеян.

Адресат и год сочинения неизвестны. Ода двухчастная: похвала победителю — миф о Претидах; зачин обращен к богине Артемиде, конец сильно скомкан. Связь между хвалебной и мифологической частью образует тема Артемиды (как в оде 3 — тема Аполлона). Изложение мифа отклоняется от более обычной версии (Геродот, IX.34; Аполлодор, 1.9.12; Диодор, IV.68 и др.): по ней Прет не сам нашел и спас дочерей, а лишь с помощью гадателя Мелампа, который за это потребовал и получил часть Претова царства (Вакхилид мог отбросить этот мотив, чтобы усилить роль Артемиды).

 

1. Золотой Олимп — эпитет редкий, обычно прилагаемый лишь к земным дворцам.

2. Стикс (по-гречески — женского рода) — загробная река, дочь Океана, родившая Победу от титана Палланта; «правосуден» он потому, что клятва Стиксом считалась нерушимой.

3. ...правосудие... — Вакхилид полагает, что олимпийские судьи оказались пристрастны.

4. ...пажить телъчих стад — Италия (этимологизация ее названия).

5. Абантиад — Прет, сын Абанта, внук Гипермнестры и Линкея.

6. Киклопы — степы Тиринфа из исполинских каменных блоков упоминаются еще в «Илиаде», II.559, но с циклопами эти постройки связываются лишь позднее (у Гелланика и Ферекида).

7. Лус — река в северной Аркадии с храмом Артемиды на том месте, где она исцелила Претид: считалось, что вода его излечивала от пьянства.

8. Волоокая (т. е. с большими глазами) — обычный эпитет для Геры и необычный для Артемиды.

9. ...цветами увенчанных — так как они шли в храм, когда их застигло безумие.

10. ...ахейским мужам... — Метапонт в Италии был основан (ок. 700 до н. э.) выходцами из пелопоннесской Ахайи, считавшими себя потомками гомеровских ахейцев.

11. Кас — река близ Метапонта, нын. Базиенто.

[Вакхилид]


ЭПИНИКИИ, 12. ТИСИЮ ЭГИНСКОМУ, НЕМЕЙСКАЯ

{ТИСИЮ ЭГИНСКОМУ,
на победу в борьбе.]

1с Как умный кормчий,
Правь мои мысли,
5Клио, царица песней,
Бывших и сущих!
Божественная Победа
Пролагает мне путь
К счастливому острову Эгине,
10Чтобы ради моих гостеприимцев
Песнями украсить богозданный город

1а И немейские рукопашные единоборства...
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

2а ...В окрестных состязаниях [1]
15Тридцать они отпраздновали блещущих побед [2],
Кто у Пифона,

2э Кто на хвойной горловине [3] Пелопова божественного острова
Кто в святой ограде немейского
Зевса, держателя красных молний,
20[Кто] над серебряною пеною Алфея...

Ни дата, ни адресат не известны; два сохранившиеся отрывка не дают даже угадать композиции оды.

 

1. Окрестные состязания — то ли местные на Эгине и близ ее, то ли Пифийские, устраиваемые амфиктионами 12 окрестных государств.

2. Тридцать побед — общая сумма побед эгинян на разных соревнованиях.

3. «Горловина» Пелопоннеса — Истм.

[Вакхилид]


ЭПИНИКИИ, 13. ПИФЕЮ ЭГИНСКОМУ, НЕМЕЙСКАЯ, <«ЭАКИДЫ»>

{ПИФЕЮ ЭГИНСКОМУ,
сыну Лампона, ученику Менандра,
на победу в разноборье среди мальчиков или юношей.
Год — ок. 485—481.]

52с «...высокоумной спеси
Он положит предел,
Даст людям устои правды.

2а Правнук Персея,
Как он тяжко и ловко
10Налагает руку на сыроядного льва!
Яркая медь, укротительница смертных,
Не в силах войти в чудовищное тело,
Погнет клинок.
Вот мои слова:
15Быть здесь у эллинов
Трудному спору
За венки всеборья».

2а И с тех пор от этих трудов
Кто кладет на жертвенник первовластного Зевса
20Цветы, сплетенные славящею Победою,
Тем и вживе,
Пусть хоть немногим,
Золотая сияет слава меж смертных,
А когда темным облаком их окутает смерть, —
25Бессмертна пребудет слава их дел,
Никаким не колеблемая жребием.

Сын Лампона,
Ты достиг этой славы в Немее,
Ты венчал свою гриву венками в цвету,
30Ты вступаешь в высокостроенный город Эака,
На отчий остров,
В отраду людям,
В шуме шествий, ласкающем слух,
Безмерную свою силу
35Явив всеборьем.

А ты, Эгина,
Пенного потока приветливая дочь,

3а Тебя великою честью одарил Кронид,
Во всякой борьбе [1]
40Явив тебя, как светоч, перед эллинами.
Славу твою
Выкликает гордая дочь твоя,
Белыми ногами
По твоей ступая священной земле,
45Беззаботная, как телка на цветущих холмах,
Легкая, с окрестными красавицами:
3э Увенчавшись по уставу празднеств твоих
Алыми цветами и осокою,
Они в песнях славят имя твое,
50Госпожа гостеприимного острова,
И твое, Эндеида о розовых локтях:
Тобой рождены
[Конный] Пелей и сильный Теламон,
На Эаковом зачатые ложе.

554с А я [призову]
Сыновей их, вздымающих битвы:
Быстрого Ахиллеса
И рожденного милою Эрибеею
Щитоносца Аянта —
60Того, кто, став на корабельной корме [2],
Сдержал порыв
Уже заносившего грозящий огонь
Отважного Гектора в медном шлеме,
Меж тем, как Пелид,
65Кипя на Атридов суровым гневом,

4а Отсрочил участь дарданцев, —
Дарданцев, которые не смели
Выйти из многобашенной красы Илиона
И в страхе убегали от острой битвы,
70Видя на ратном поле
Бешеного Ахилла,
Потрясателя убийственного копья;
Но едва отрекся от брани
Бестрепетный сын Нереиды, увитой фиалками,

754э Как в синем море
Ночной Борей, нависая валами,
Сокрушает мужские души,
Но смиряется пред светлой Зарей,
И попутный ветер разглаживает пучину,
80Южный Нот выгибает паруса,
И отчаявшиеся жадно достигают суши,

5с Так троянцы
Прознавшие, что Ахилл — копьеборец
Замкнулся в своей сени
85Из-за русой женщины, желанной Брисеиды,
Простерли ладони к богам,
Словно из-под бури блеснуло им светлое солнце,
Ринулись вон из стен Лаомедонта
На ратный луг,
90На мощную схватку,
5а Страх вздувая в данаях,
А вели их с твердым копьем Арес
И Локсий Аполлон [3], ликийский владыка.
Они вырвались к берегу моря,
95Они бились при судах с высокой кормой,
Черная земля
Красной стала от крови мужей,
Павших пред Гекторовой силою...
. . . . . . . . . . . . . . полубоги...
1005э . . . . . . . . . . . . . . пред натиском богоравных...
. . . . . . . . . . . . . . с великою надеждою...
. . . . . . . . . . . . . . [дыша] гордыней...
. . . . . . . . . . . . . . конеборные [троянцы]...
Синеглазые [4] [пожечь] корабли...
105. . . . . . . . . . . . . . [скоро] праздновать...
. . . . . . . . . . . . . . в богозданном городе.
Но судьба их была
Прежде кровью окрасить клубящийся Скамандр,
6с Пав пред Эакидом, рушителем стен,
110А если кто из них...
На высоком срубе [погребального костра]...
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Ибо и в беспредельной ночи
Зримую доблесть
115Не скрыть никаким покровом:

6а Окружась неутомимою славою,
Она странствует и по суху
И по много исплаванному морю,
Она чтит и славный остров Эака;
120Она правит над ним
С увенчанной Евклеей, доброй молвой,
И с разумною Евномией [5], добрым уставом,
Дольщицею празднеств,
Блюстительницею мира
125По всем городам благочестивых мужей.

6э Пойте же, юноши,
Прославляемую победу Пифея,
Пойте и заботы
Надобного людям Менандра —
130Его и у струй Алфея
С золотой своей колесницы
Чтила не раз [6]
Высокая духом божественная Афина,
И уже без числа
135Увенчала она таких мужей

7с На всеобщих эллинских соперничествах.
Кто живет, не угрызаясь едкой завистью, —
Тот заслуженную воздает хвалу умелому.
Пусть ничто у нас не скрыто от злословия, —
140Правда привыкла побеждать:
Всеукрощающее время
Всегда возвеличит красивые дела,
А праздная речь зложелателей
Замрет во тьме.
145. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
...[Каждому] надежда греет сердце,
Так и я, положась на Муз
Под красными их покрывалами,

7э Подношу теперь дар новосплетенных песней,
150Благодарность мою за гостеприимный блеск,
От тебя, Лампон,
Непомалу воздаваемый [чарам Муз];
И если Клио в своем цвету
Вложила и мне эти чары в грудь, —
155Сладка прозвучит моя песнь,
Глася имя твое перед народом.

Эта самая длинная ода Вакхилида посвящена тому же борцу и той же победе, что и ода Пиндара Нем. 5; см. об этой династии борцов примечания к этой оде. План симметричный, из 5 частей: похвала победителю — Эгине — Эакидам — опять Эгине — опять победителю; добавками служат зачин о начале Немейских игр (на месте подвига Геракла) и концовка о себе и Музах. Характерна для Вакхилида эпическая плавность в разработке мифа, столь непохожая на отрывистую картинность Пиндара. Начало оды не сохранилось; в уцелевших стихах речь идет о борьбе Геракла с Немейским львом (зрителем этого, судя по вазописи, могла быть Афина или нимфа Немея).

 

1. Во всякой борьбе — т. е. и в спортивной и в военной.

2. ...став на корабельной корме... — описывается «битва при кораблях» («Илиада», XIII), героем которой был Аянт.

3. Арес... и Аполлон — любопытное отклонение от Гомера: у него боги, в силу запрета Зевса, не принимают участия в битве при кораблях.

4. Синеглазые — традиционная роспись корабельного носа.

5. Культ «Евклеи и Eвномии» (последнее имя — одна из Ор, символизирующая «благозаконие») упоминается в одной афинской надписи.

6. Чтила не раз... — Афина «чтила» Менандра, даря победы его ученикам.

[Вакхилид]


ЭПИНИКИИ, 14. КЛЕПТОЛЕМУ ФЕССАЛИЙСКОМУ, ПЕТРЕЙСКАЯ

{КЛЕОПТОЛЕМУ ФЕССАЛИЙСКОМУ,
сыну Пирриха, на победу в колесничном беге.]

1с Удачливая судьба —
Лучший дар от божества человеку.
5Случай, тяжкою приходя стопой,
Сокрушает и достойнейшего из смертных,
А дурного возводит в высь,
Выпрямив перед ними дорогу.
Каждому своя честь:

101а Неисчетны людские доблести;
Но одна между ними — первая:
Правя тем, что в твоих руках,
Правыми путеводствоваться мыслями.
Битвенной страде
15Не пристали звуки лир и светлые хоры;

1э А праздничной поре
Медный стук оружия не надобен.
В каждом людском деянии
Уместность — всего превыше.
20Кто в деле хорош — того и бог поведет.
Так и ныне пришла пора
В дань Клеоптолему
Воспеть нам святыню Посидона Петрейского
И воспеть нам конного победителя —
25Именитого сына Пирриха,
Гостеприимного,
Правосудного...

Адресат ближе не известен. Праздник в честь Посидона Петрейского («каменного») справлялся в Фессалии, близ Темпейской долины.

[Вакхилид]


ЭПИНИКИИ, 14b. АРИСТОТЕЛЮ ФЕССАЛИЙСКОМУ

{АРИСТОТЕЛЮ ФЕССАЛИЙСКОМУ,
сыну Агафокла, на победу в колесничном беге.]

1с Золотопрестольная Гестия,
Умножительница добра
5Больших людей, сыновей Агафокла,
Ты сидишь посреди дорог [1]
Близ Пенея,
В пастбищных долинах Фессалии —
Там, откуда Аристотель
10Пришел в цветущую Кирру
И дважды венчался венками
Во славу Ларисы, правительницы коней...

Адресат ближе не известен. Упоминание Кирры позволяет предположить, что воспевается пифийская победа; но это может быть и началом перечня прежних побед. Точно так же нет уверенности, что Агафокл (ст. 3) — отец победителя, а Лариса (ст. 10) — его родина.

 

173. «Посреди дорог» часто ставились статуи богов, но обычно — Гермеса, а не Гестии.

[Вакхилид]


ЭПИНИКИИ, 2. АРГЕЮ КЕОССКОМУ, ИСТМИЙСКАЯ

{АРГЕЮ КЕОССКОМУ,
на ту же победу, чтобы петь в Коринфе.]

с Молва, оделительница славою,
Ступай на священный Косс,
5О милом имени [1] принеси им весть:
В схватке храбрых рук
Стяжал победу Аргей,
а Обновляя память о той красе,
Какую здесь,
10На славном загривье Истма
Явили мы,
У которых за спиною — божественный остров Евксантия [2]
Семьюдесятью венками [3] наших побед!
э И Муза этих мест
15Созывает уже сладкие посвисты флейт,
Чтоб почтить победными песнями
Милого сына Панфеида.

Короткая песня для исполнения в Коринфе тотчас после одержанной Аргеем победы. Предыдущая, более длинная, сочинена была уже потом, для празднования победы на родине победителя. (По другому восстановлению первых строк — «пришла на священный Кеос» — это песня для встречи Аргея на кеосской пристани, что менее вероятно.)

 

1. О милом имени — двусмысленность: имеется в виду то ли имя победы, то ли имя победителя.

2. Остров Евксантия — Кеос (см. прим. к оде 1).

3. Семьюдесятью венками — 70 побед, одержанных кеосцами на Истме в прежние времена (судя по оде 6, ст. 7, кеосцы особенно охотно выступали на ближнем Истме).

[Вакхилид]


ЭПИНИКИИ, 3. ГИЕРОНУ СИРАКУЗСКОМУ, ОЛИМПИЙСКАЯ, <«КРЕЗ»>

{ГИЕРОНУ СИРАКУ3СКОМУ,
сыну Диномена, на победу в колесничном беге.
Год — 468.]

1с Владычицу благоплодной Сицилии,
5Деметру и Кору [1] в синем венке
Воспой, Клио,
Дарительница сладких даров,
И воспой стремящихся гиероновых коней
В олимпийском беге,

101а Где гордая победа и блещущая Харита [2]
Ринули их над ширью [3] пенного Алфея,
Ими стяжав блаженные венки
Сыну Диномена, —

1э — и грянул люд:
15«Трижды счастлив тот,
Кому от Зевса дано в удел
Многолюднейшее владычество меж эллинов!
Он умеет горы своих богатств
Не окутывать черным плащом темноты:

202с Храмы полны празднествами закланий его,
Улицы полны гостеприимством пиров его,
Золото его мерцающим блеском горит
На высоко выделанных треножниках [4]

2а Перед храмами
25Где святую Фебову землю
Орошают дельфийцы касталийской струей».

Богу, богу
Да воздастся наш блеск —
Нет на свете вернейшего блага!

302э Так когда-то
Владыку лидян, обуздателей коней,
В час свершения Зевсова суда [5],
В час, как Сарды пали под персидскую рать,
Спас Креза

353с Феб Аполлон о золотом мече.
Нечаянного достигнув слезного дня,
Не желал властелин ждать рабской неволи:
Он воздвиг костер
Перед кованными медью палатами,

403а Он взошел на него
С верной женой и неутешными кудрявыми дочерьми,
Он воздел ладони к крутым небесам,
3э Он вскричал:
«Непосильный бог!
45Где благодарность вышних?
Где Феб — владыка?
Вот губится Алиаттов [6] дом
За несчетные [пифийские дары мои],

4с [Рушится город] перед персами,
50Кровью потек золотой Пактол [7],
Неподобно ведут женщин из крепких теремов;
4а И, грозная прежде, мила теперь
Сладчайшая смерть».
Так молвил Крез
55И мягко ступающему [8] слуге
Повелел поджечь деревянный сруб.
Вскрикнули девы,
Милыми руками обвивая мать,

4э Ибо всех смертей страшнее — предвидимая.
60Но когда просквозила уже костер
Яркая мощь грозного огня, —
Вывел Зевс
Тучу, в черный окутанную мрак,
И хлынул на рыжее пламя.

655с Не превыше веры
Забота богов:
Делосский Феб
И старца-отца и узконогих дочерей
Унес на покой в края гипербореян, —

705а Ибо чтил он богов,
Ибо больше всех
Присылал он в божественные Дельфы.

Так и ныне меж владеющих Элладою
Ни единый не скажет смертный,

755э Будто столько нес он золота Локсию,
Как ты,
прославляемый Гиерон!
Кто не кормится завистью,
У того на устах вечная хвала
80Любимцу богов,
Любителю копей,
Воину — мужу,
Носителю Зевсова [праведного] скиптра,
6с Причастнику синекудрых Муз,
85Прежде — грозному [силой рук],
[Ныне — мирно] следящего насущный [час].

Коротка жизнь,

6а А крылатая надежда смущает ум
Мимолетных смертных; но владыка Феб
90Молвил недаром сыну Ферета [9]:
«Кто смертен — тот взращивай двойную мысль:

6э Что завтра — твой последний рассвет,
И что пятьдесят еще лет [10]
Довершишь ты, погруженный в богатство.
95Честное твори и душой веселись,
Ибо это — лучшая из прибылей».

7с Разумеющему ясно слово мое:
Нетленен глубокий эфир,
Не испятнана морская волна,
100Вечно отрадно золото,—
Человеку же не дано,
Миновавши убеленную старость,

7а Воротить себе юношеский цвет.
Но лучистая доблесть
105Но меркнет вслед смертному телу,
Ибо Муза — питательница ее.
Ты, Гиерон,

7э Миру явил лучший цвет удачи;
А кто счастлив в свершениях,
110О том не промолчат,
И в правдивой той похвале [11]
Помянется песнею и этот тебе медвяный дар
Кеосского соловья [12].

Гиерону посвящены три оды Вакхилида (3—5) — 476, 470 и 468 гг.; в сборнике они расположены в обратной хронологической последовательности. Через год, в 467 г. Гиерон умер; заключительная часть оды Вакхилида звучит как утешение перед близящейся кончиной. Простой трехчастный план: похвала Гиерону — миф о Крезе — увещание Гиерону. Миф о событии не легендарном, а историческом (падение Сард в 546 г. было на памяти отцов Вакхилида и Пиндара) необычен в оде и введен как пример того, что боги не оставляют щедрых своих чтителей — таких, как Крез и Гиерон. В другом варианте, очищенном от сказочных мотивов, легенда о Крезе приводится у Геродота (I.86 сл.) и позднейших историков. Здесь Крез не сам сожигает себя, а попадает в плен к Киру, и тот велит его сжечь; и не Аполлон уносит его к гипорбореянам, а Кир милует и делает своим советником. Сохранилась краснофигурная амфора (ок. 500 г., Лувр) с изображением Креза на костре, в царском одеянии, со скипетром и чашей для жертвенного возлияния, т. е. по вакхилидовской версии. Можно предположить, что геродотова версия опирается на дельфийскую традицию (Аполлон помогает Крезу прорицаниями, но Крез неправильно их толкует), а вакхилидова — на делосскую.

 

1. Деметра и Кора — Гиерон был наследственным жрецом их сицилийского культа.

2. Блещущая Харита — этимологическое значение имени «Аглая».

3. Над ширью — редкий эпитет для Алфея (ср. Пиндар, Ол. 5.13 и Вакхилид, 5.98): зимой он широк, но летом, в пору состязаний, сильно пересыхает.

4. Треножники — Гиерон их жертвовал в Дельфы сначала совместно с Гелоном за победу при Гимере, а потом сам, за свои победы на состязаниях. Надписанные постаменты этих треножников раскопаны в Дельфах.

5. Зевсов суд назначал четвертому потомку лидийского царя Гига, убившего законного царя и захватившего власть, в расплату за этот грех; этим потомком и оказался Крез.

6. Алиатт — отец Креза, сильнейший из лидийских царей (ок. 617—560).

7. Пактол — золотоносная река близ Сард.

8. Мягко ступающий — признак азиатской изнеженности, которой особенно попрекали лидян.

9. Сын Ферета — Адмет, царь фессалийских Фер, у которого служил пастухом Аполлон, искупая грех убийства, и, прощаясь, оставил ему свои мудрые советы.

10. Пятьдесят лет — условно, в значении «очень долго».

11. ...в правдивой той похвале... — неясное место; возможен перевод «и с истиною твоих прекрасных дел», т. е. прежде всего — побед в состязаниях.

12. Кеосского соловья — Вакхилид связывает в славе себя и адресата оды, как Пиндар в концовке Ол. 1; перечисление стихий в ст. 85—87 также напоминает знаменитый зачин Ол. 1.

[Вакхилид]


ЭПИНИКИИ, 4. ГИЕРОНУ СИРАКУЗСКОМУ, ПИФИЙСКАЯ

{ГИЕРОНУ СИРАКУЗСКОМУ,
сыну Диномена, на победу в колесничном беге.
Год — 470.]

с Еще любит свои Сиракузы
5Аполлон в золотых кудрях,
Если одаряет он почестью
Гиерона, правосудного городам, —
Ибо вот уже третий раз [1]
Там, где пуп земли меж высоких скал,
10Гиеронова поется пифийская победа
И подвиг быстроногих его коней.
Сладким [крикнул криком]
Петух Урании, лирной госпожи,
В жадный ум отрясши [новые] песни [2].
15а Мы почествовали бы его и в четвертый раз,
Не склонись в [чужую сторону]
Чаша весов Справедливости;
Но теперь за то должны мы сплетать венки
Сыну Диномена,
20Чтоб единственный он меж земных людей
Достиг достигнутого
В приморской Крисе, в долине меж скал,
И две его петь приалфейские победы [3].
Что лучше, чем быть
25Любимцем богов,
Что лучше, чем брать
Всех благ [4] свою полную долю?

Маленькая, срочно написанная ода такого же рода, как оды Аргею (2) и Лахону (6). На ту же победу написал знаменитую оду Пиф. 1 Пиндар.

 

1. ...третий раз... — собственно, после прежних дельфийских побед Гиерона 482 и 478 гг.; по-видимому, он состязался и в 474 г., но не добился победы — из-за несправедливого судейства, как полагает Вакхилид в ст. 11—13.

2. Плохо сохранившееся и по-разному восстанавливаемое место; перевод следует толкованию К. Галлавотти — Г. Мелера: Урания («небесная») — Муза, «петух» ее — поэт (или — петух ее и Аполлона спутник, вдохновляющий поэта).

3. Приалфейские победы — в Олимпии, в 476 и 472 гг.

4. Всех благ... — т. е, вдобавок к мощи, богатству и воинской славе — еще и славу пифийской победы.

[Вакхилид]


ЭПИНИКИИ, 5. ГИЕРОНУ СИРАКУЗСКОМУ, ОЛИМПИЙСКАЯ, <«МЕЛЕАГР»>

{ГИЕРОНУ СИРАКУЗСКОМУ,
сыну Диномена, на победу в конном беге.
Год — 476.]

1с Счастливый вождь
5Сиракузян на клубящихся колесницах,
Вот сладкое тебе приношение,
Отрада увенчанных фиалками Муз,
И ты один из живущих на земле
Верно его поймешь [1].
10Правосудным духом
Отрешись от тревожащих забот
И ко мне обрати свой помысел.
Помощью глубоко подпоясанных Харит
Вытканный этот гимн
15Посылает с божественного острова
В именитый ваш город
Гость,
Не последний служитель
Золотом повитой Урании,
20Чтоб излить из сердца
1а Звучный клик во славу Гиерона.

Так в выси
Рассекает бездонный эфир
Рыжим и быстрым крылом
25Орел [2],
Вестник всевладычного громовника Зевса,
Смелый верою в мощь своей силы,
И в страхе пред ним
Расточаются щебечущие пташки;
30Ни вершины пространной земли,
Ни крутые валы неустанного моря
Не удержат его, —
Он ширяет над вечною бездною,
Овевая Зефиром легкие перья свои,
35Зримый и ведомый смертным взглядам.
1э Так и мне
Тысячи открыты путей
Петь подвиги,
От синеволосой дарованные Победы
40И Ареса [3] в медной его броне,
Вам, державные сыны Диномена [4], —
Да не оскудеет щедрая милость богов!

Карего Ференика
Мчащегося, как буря,
45Победным видела золотолокотная Заря [5]
Над пенной ширью Алфея

2с И у трижды святого Пифона.
Ладонь приложа к Земле,
Клянусь:
50Ни в едином беговом споре
Пыль от опередивших
Не касалась
Ференика, рвущегося к пределу.
Натиску подобный Борея,
55Волю блюдущий наездника,
Он мчится, в рукоплесканиях
Новую воздвигая победу
Гиерону — гостеприимцу.
Блажен, кого бог
60Дольщиком сделал в красоте
И кому завидная выпала участь
Жить изобильно до самого конца;
К полному же счастью
Ни один не рожден из жителей Земли.

652а Оттого и сказывают так:
Муж победы,
Рушитель [6] городовых ворот,
Поросль Зевса, сверкающего молнией
Погрузился в сень узконогой Персефоны,
70Чтобы злобного зубами пса [7],
Исчадие неподступной Эхидны
Вывесть из Аида к земному дню.
Много злополучных душ
Угадал он над струящимся Коцитом,
75Несчетных, как листья в ветре [8]
Над светлой Идой, кормительницей стад.
А первым меж ними виделся —
Смелого духом, колеблющего копьем
Образ Порфаонова [9] внука.
80В латном блеске взвидевши его,

2э Дивный герой от Алкмены
Звонкую напряг тетиву на лук,
Вскрыл колчан,
С медным клювом наложил стрелу, —
85Но душа Мелеагрова,
Став пред ним, узнав его, вымолвила:
«Сын великого Зевса!
Стой, где стал,
Улыбни свой дух,

903с Злою стрелою тщетно не меть
В мертвых теней:
Страху здесь нет причины».
Так молвил он;
Изумясь,
95Воскликнул царственный Амфитриониад:
«Кто из богов и смертных,
Где и в какой земле
Этот дивный взрастил побег?
И кто ему был убийцею?
100Не того ли и на меня
Обратит подпоясанная Гера?
Но да будет это заботою
Русой Паллады».

Слезно отвечал ему Мелеагр:
105«Тяжко смертному против божьего замысла, —
3а Будь иначе,
Конный бичеватель, отец мой Иней*
Умягчил бы гнев
Строгой Артемиды о белых локтях и в цветном венке,
110Без счета ей закалая коз
И быков о красном загривке.
Но неодолим
Явился тот гнев:
Размашистого в силе, безудержного в борьбе
115Дикого вепря устремила дева
На цветущие хороводами калидонские луга:
В приливе сил
Клыками крушил он виноградники,
Рвал овец
120И любого, на него выходившего.
3э Лучшие из эллинов,
Твердо тогда мы встали на смертную борьбу
Шесть дней подряд,
И бог дал нам, этолийцам, одоление,
125И погребли мы павших от ревущего натиска вепря, —
Анкея и Агелая,
Лучшего из братьев моих,
От Алфеи рожденных в славном Энеевом тереме.

4с Всех погубила губительница-судьба:
130Не смирила гнева своего
Дочь Латоны, надменная охотница —
За рыжую шкуру зверя
Твердо мы вышли на стойких в бою куретов,
И там меж многих
135Пали от меня Ификл и доблестный Афарой,
Быстрые братья моей матери,
Ибо ни друга, ни родича
В сече не знает яростный Арес,
Ибо слепо летят копья из наших рук
140По душу врага,
И приносят смерть
Тем, чья угодна богу.
4а Но о том не думав,
Горькая моя мать,
145Фестиева гордая дочь,
Страха не ведающая женщина
Замыслила мне погибель:
Из резного ларца
Бросила она в огонь
150Головню [10] моей скорой смерти —
Ту, которой сказано было некогда
Стать пределом жизни моей.
И я в тот час
Обнажал от добытого доспеха
155Дивное тело Даипила,
Клименова доблестного сына,
Застигнутого под самыми башнями
Средь бежавших спастись
За крепкие степы древнего Плеврона.
1604э Как отхлынула от меня сладкая жизнь,
Я почуял бессилие
И в слезах испустил мой последний вздох,
Расставаясь с блещущею юностью».

Тогда-то, говорят,
165Бестрепетный сын Амфитриона
Увлажнил свои взоры,
Сокрушился о доле злополучного
И ответил:
«Лучше всего для смертного —
1705с Не родиться, не видеть лучащегося солнца;
Но что пользы в стенании?
Что можно сделать, о том и говори.
Есть ли в палатах
Воинствующего Энея
175Неподбрачная меж дочерей,
Видом — как ты?
Рад я взять ее светлою себе супругою!»
И ответила ему
Тень Мелеагра, не умевшего отступать:
180«Деянира осталась в доме моем,
Свежим цветом цветет ее шея,
И еще не ведома ей чаровательница Афродита».

5а Здесь сдержи,
Белокурая Каллиопа [11],
185Славно слаженную колесницу:
Песни твоей ждут
Зевс Кронион, первый меж олимпийцев,
И неутомимый поток Алфея,
И мощь Пелопа,
190И Писа,
Где примчался к победе славный Ференик
И откуда принес он к башням Сиракуз
Листья счастья владыке Гиерону.
Кто обрел удачу — того нам и хвалить,
195Во имя правды
В две руки отстраняя людскую зависть:
5э Так гласил беотийский Гесиод [12],
Служитель сладостных Муз:
«Кого боги чтут, того и смертный славь».
200Так и я готов
Пустить к Гиерону
Славящую песнь по правому пути —
А от песни цветут посевы всех благ,
Какие Зевс, всевышний отец,
205Блюдет некасаемыми под сенью мира.

Ода на первую победу Гиерона в Олимпии — ту самую, которой Пиндар посвятил знаменитую Ол.1. Вакхилид посылает ее с Кеоса в Сиракузы. Гиерон уже страдал каменной болезнью; поэтому Вакхилид напоминает ему, что нет счастья без несчастья, и приводит в пример судьбу Мелеагра, погубленного матерью в цвете лет, и Геракла, которому тень Мелеагра предлагает брак с Деянирой, не зная, что брак этот будет роковым. Композиция обычная, трехчастная: похвала Гиерону (и его коню, и самому себе, славящему обоих) — миф о Геракле и Мелеагре (плавный рассказ, хорошо связанный с предыдущей частью и резко обрывающийся перед последующей) — и опять похвала Гиерону.

 

1. Верно его поймешь — ср. Ол. 1.103 (на ту же победу): оба поэта хвалят Гиерона как ценителя искусства.

2. Рыжим... крылом орел — имеется в виду «золотой или горный» орел с коричневыми перьями и золотым отливом вокруг шеи; ср. тот же образ у Пиндара в Ол. 2.95—97, в Нем. 5.20 и 3.80.

3. От... Победы и Ареса — от первой удачи в состязаниях, от второго — в недавней битве при Гимере.

4. Сыны Диномена названы вместе в честь только что состоявшегося примирения Гиерона с Полизалом.

5. Заря — олимпийские скачки начинались рано утром.

6. Рушитель... — имеются в виду взятие Гераклом Трои (при Лаомедонте), Пилоса («Илиада», XI.689) и Эхалии (перед смертью).

7. Пса — Кербер считался сыном дракона Пифона и полуженщины-полузмеи Эхидны («Феогония», 310), реже — Тартара и Земли.

8. ...как листья в ветре... — знаменитый гомеровский образ («Илиада», II.468), перешедший и к Аполлонию (IV.210), и к Вергилию «Энеида», VI.309), и к Сенеке («Эдип», 600).

9. Порфаон — отец Инея, отца Мелеагра. Этолия делилась на восточную, калидонскую, принадлежавшую Инею, и западную, плевронскую, населенную куретами (ст. 125) с их царем Фестием; его дочерью была Алфея, мать Мелеагра, а сыновьями — Ификл и Афарей (ст. 127), убитые Мелеагром.

10. Головня — этот сказочный мотив отсутствует у Гомера и кикликов (Мелеагр гибнет в бою или от стрелы Аполлона), а входит в литературу только у Вакхилида и (почти одновременно) у афинского трагика Фриниха.

11. Каллиопа названа здесь как муза эпоса; впрочем, ее имя (как и имена Урании в одах 4, 6, 13 и Клио в 3, 11, 12) скорее всего, названо просто в значении «Муза».

12. Гесиод — в сохранившихся его произведениях такого высказывания нет; дальнее сходство можно усмотреть в «Феогонии», 81 сл., и более близкое у Феогнида, 169: «Кто богами почтен, того и хулители хвалят».

[Вакхилид]


ЭПИНИКИИ, 6. ЛАХОНУ КЕОССКОМУ, ОЛИМПИЙСКАЯ

{ЛАХОНУ КЕОССКОМУ,
сыну Аристомена,
на победу в беге среди мальчиков,
чтобы петь перед домом победителя.
5Год — 452.]

с Лахон, Лахон-Залучитель
Залучил от великого Зевса
Лучшую славу быстроногих,
Такую стяжав победу,
10За какие и в прежние годы
Виноградный Кеос,
Побеждая в беге и в схватке,
Не раз был пет
Юношами в расцветших венках.

15а А ныне тебе,
Чьи ноги — как ветер,
Тебе, победитель,
Сын Аристомена,
Пред домом твоим
20От Урании [1], царицы напевов,
Поется честь,
Ибо стало и твое одоление
Славою Кеосу.

Короткая, спешно сочиненная песня, чтобы приветствовать победителя, не дожидаясь общего праздника его победы. Пелась «перед домом» (ст. 13) — то ли на Кеосе, то ли в Олимпии, где Лахон жил со спутниками. Начало оды обыгрывает этимологический смысл имени Лахона.

 

1. Урания — см. прим. к 5.176.

[Вакхилид]


ЭПИНИКИИ, 7. ЛАХОНУ КЕОССКОМУ, ОЛИМПИЙСКАЯ

{ЛАХОНУ КЕОССКОМУ,
на ту же победу. Год — 462.]

с Светлое дитя
Времени и Ночи,
5Пятидесятого месяца
Шестнадцатый день,
Тебя в Олимпии
[Утвердил Пелоп]
Волею Кронида с тяжелым громом...
10. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Чтобы право судить меж Эллинами
Быстроту проворных ног
И могучесть сильных рук;
А кому от тебя на долю
15Высшим даром дарована победа, —
Тот цветет меж людей,
В многой славе и меж многой зависти.
Ныне же тобою увенчан
Лахон, сын Аристомена...

Обращение к олицетворенному дню олимпийских состязаний (50 лунных месяцев от игр до игр): вероятно, эта песня пелась в Олимпии, а предыдущая на Кеосе. Игры справлялись попеременно через 50 и 49 лунных месяцев, в третье или второе полнолуние после солнцестояния; начинались они в 11-й день месяца, а кончались в 16-й раздачей наград.

[Вакхилид]


ЭПИНИКИИ, 8. ЛИПАРИОНУ КЕОССКОМУ (?)

{[Липариону Кеосскому?]]

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

2с ...воспевая Пифонову скалу, где закалают овец,
Воспевая Истм и Немею;
5Ладонь приложа к земле,
Смело я крикну —
Ибо в истине все обретает блеск:
Ни один из эллинов меж сверстных своих,
Ни мальчик, ни муж
10Не венчался столькими победами!

Ты, о Зевс, чье копье — как гром,
Здесь, над серебряными крутнями Алфея
Свершил ты его мольбы
О великой славе, дарованной от богов,
15И венчал ему лоб
Этолийскою серою оливою [1]
В громких играх Пелоп — фригиянина.

Папирусный столбец между этой и предыдущей одами разрушен; поэтому неясно, представляют ли они начало и конец одного большого произведения в честь мальчика Лахона (так считал Джебб) или же в пробеле начиналась новая ода, взрослому атлету, уже одержавшему много побед; последнее вероятнее. Если этот атлет тоже был с Кеоса, то его можно отождествить с Липарионом, сыном Липара, за которым в кеосском списке победителей значится больше всего побед (истмийских и немейских).

 

1. Этолийскою... оливою — см. прим. к Ол. 3.12.

[Вакхилид]


ЭПИНИКИИ, 9. АВТОМЕДУ ФЛИУНТСКОМУ, НЕМЕЙСКАЯ, <«АСОПИДЫ»>

{АВТОМЕДУ ФЛИУНТСКОМУ,
сыну Тимоксена, на победу в пятиборье.]

1с Вы, Хариты с золотым веретеном,
Дайте мне славу, убедительницу смертных [1]!
5Я, божественный пророк синеглазых Муз,
Наготовился петь
И Флиунт,
И цветущий дол Немейского Зевса,
Где вскормила Гера из белых рук
10Губителя стад,
Тяжко ревущего льва,
Первого меж славных подвигов Геракла.

1а Это здесь полубоги о красных щитах [2]
Отборнейшие от аргивских сил,
15Почтили первыми играми
Архемора,
которого в нежном сне
Безмерный змей с глазами из огня
Убил — в предвестие ждущих убийств.
20О, всевластная Доля!
Сам Оиклов сын не склонил вернуться мужей
К людным улицам Аргоса.
Так надежда отъемлет человечий ум!

1э Не она ли сослала к Фивам
25Адраста, сына Талая,
Мстить за судьбу Полиника?

Но счастливы те,
Кому славные немейские игры
Украшают русые кудри
30Венком своего трехлетья [3]!
И этот удел
По воле божества
Победителю выпал Автомеду [4].

2с Он сиял среди пятиборцев,
35Как лучистая луна полнолунья
Затмевает звездные светы;
Без числа окружившим его эллинам
Явил он дивный свой облик,
Метнув кружащийся диск,
40И воздвиг народные клики,
Устремив рукою в крутой эфир
Древко чернолиственной бузины

2а Или выстояв стремительную борьбу.

Высокий духом и силой,
45Наземь простерши мощные тела,
Ныне воротился он к багровому Асопу,
Слава которого течет по земле
До самого дальнего Нила, —
Ибо даже над струей Фермодонта [5]
50Дочери Ареса, торопящего скакунов,
Изощренные в копьях,

2э Вкусили мощь потомков твоих,
О царь всех рек, завидный в судьбе,
Как вкусила и высоковратная Троя.
55Тысячи путей широки лежат
Молве о роде твоем,
О твоих дочерях, опоясанных в блеск,
Кому в добрый час от вышних богов
Указано быть
60Неприступных городов первоначальницами:

3с Не ведом ли всем
Синеволосой Фивы крепко строенный град
Или громкое имя Эгины,
На ложе мощного Зевса
65Понесшей героя, [спасителя сил],
Который в земле ахейцев
Испытанную явил справедливость [6]...
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
3а . . . . . . . . . . . . . . [и Клеону] под милым покрывалом,
70И Пирену, деву в витом венке,
И всех, всходивших к прославляющему ложу богов
Честных дочерей
Древнего шумящего потока.
[Ныне же] город...
75[Ликует о] победе...
[Лиры и] клики флейт...
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
3э ...синеволосую славить золотую
[Киприду,] мать беспощадных страстей,
80Славную меж смертных...
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . гость ...
. . . . . . . . . . . . . . песнь ...

4с [Честь лелея] и для опочившего,
85[Чтобы] в вечное время
Возвещать рождающимся поколениям
Эту твою немейскую победу:
Знатное дело,
Сродную обретя себе песню,
90В высоте возлегает пред богами [7];
В правде своей
И по смерти остается для умершего
Лучшая услада подпоясанных Муз.

4а Много человеку [открыто путей],
95Но лишь воля богов
Решает скрытое в черной ночи:
[Слабейшего] и сильнейшего
[Одинаково ведет...]
. . . . . . . . . . . . . . немногим лишь
100Смертным дано прозревать грядущее.

4э [Вам, флиунтяне,] свыше дано
Именем Деметры и Дионисовым [8]
Населять вам город, угодный богам,
. . . . . . . . . . . . . . с золотым жезлом:
105Кто благо несет — тому от всех похвала;
Так пойте же ныне шественную песню
Пятиборному победителю,
Сыну Тимоксена.

Трехчастная ода обычного типа: похвала городу и победителю — миф — поучение. Флиунт — небольшой город недалеко от Немеи на реке Асопе (в Греции были и другие реки этого имени); дочерьми Асопа считались нимфы Эгина, прародительница Эакидов, Фива и Клеона, покровительницы одноименных городов, Пирена, нимфа источника близ Коринфа, и другие; им и посвящена мифологическая часть оды. Адресат ближе неизвестен.

 

1. Смысл: знаменитому человеку люди верят больше, чем безвестному.

2. ...полубоги о красных щитах — Семеро против Фив (красные щиты упоминаются в греческой поэзии только здесь). Об Археморе и учреждении Немейских игр; см. выше, стр. 435.

3. Трехлетие — по греческому счету, промежуток между немейскими играми, справлявшимися каждые два года.

4. Автомед победил в трех видах пятиборья, но этого оказалось достаточно, чтобы стать первым.

5. С Нила приходил с помощью к Трое Мемнон, с Фермодонта — Пенфесилея с амазонками; и тот и другая погибли от Эакида (Асопида) — Ахилла.

6. ...явил справедливость... — имеется в виду Эак.

7. ...возлегает пред богами — т. е. бессмертна.

8. Деметра и Дионис особенно почитались в плодородном Флиунте.

[Вакхилид]


ИЗ «ВОЙНЫ МЫШЕЙ И ЛЯГУШЕК»

Прежде всего облекли они ноги и гибкие бедра,
Ловко для этого стручья зеленых бобов приспособив, —
Их же в течение ночи немало они понагрызли.
А с камышей прибережных сняв шкуру растерзанной кошки,
5Мыши, ее разодравши, искусно сготовили латы.
Вместо щита был блестящий кружочек светильни, а иглы
(Всякою медью владеет Арес!) им как копья служили.
Шлемом надежным для них оказалась скорлупка ореха.
Во всеоружье таком на войну ополчились мышата.

[Гиппонакт]


© Север Г. М., 2010. На сайте используется греческий шрифт.


ХРОНОЛОГИЯ • ПЕРЕВОДЧИКИ • ЛИТЕРАТУРА • МАТЕРИАЛЫ • ИЗОБРАЖЕНИЯ • СЛОВАРЬ

© C. SEVERVS • MMDCCLX • MMDCCLXVII